Влад Волков – Хроники Бальтазара. Том 3 (страница 15)

– Хотелось бы для начала выяснить, в чём причина того, что мы здесь встретились при таких обстоятельствах, – проговорил Бальтазар. – Никак посол Дайкона натравила на мой край замкнутых обычно за своими стенами соседей.

– Вы звучите так, словно чего-то от меня требуете. Я ведь не обязана отчитываться о своих действиях перед вами, – сверкнула глазами Кагуя-химэ.

– Кхм-кхм… Достопочтенная принцесса, – обратился к ней Ильдар-чародей, чей язык после немалого количества выпивки слегка заплетался, – как я понял, у вас что-то произошло, о чём вы несколько раз писали Мортимеру и сочли, что лорд Червегора остался глух к вашим просьбам. Потому перешли к военным действиям, так как выбора у вас попросту не оставалось. К нашему всеобщему счастью, лорд Мортимер скоропостижно скончался, потеряв голову уж… Сколько месяцев там прошло? – поглядел он на Бальтазара, но ждать ответа не стал, тут же продолжив. – И милорд интересуется, что же случилось? Теперь Бальтазар Кроненгард владеет этими землями. Владел и этими, – похлопал он ладонью по полу, – пока вы деревню не захватили.

– Из ваших мелких вассалов пограничный Нипу край принадлежит рыцарю Дельвигу Хаймлигу, – спокойным тоном, по-женски звонким, но в строгой военной манере чеканила принцесса.

– Дельвиг уж много лет не заявлялся в эти края, не собирал дань и налоги, он совсем отошёл от дел и живёт уединённо в своей башне, – сообщил ей да и остальным Велетир.

– Он заточил в этой башне, как в темнице, дочь моего правителя от первого брака. Микадо Нипа принимал рыцаря как посла со своей делегацией, но покинули они наш край в «расширенном составе», нагло прихватив с собой принцессу Оясунэ! – рассказывала Кагуя.

– Что?! – протрезвел от рисового вина сразу же Ильдар.

– Не может быть… – полезли глаза на лоб у седеющего генерала.

– Похитил! Выкрал! Спёр! Стырил! Уволок в уголок! – жмурясь, перечисляла Кацуми.

– Ешь свою булочку, – фыркнула на неё принцесса, повернувшись затем снова к мужчинам. – Даймё, военные феодалы, по-вашему «бароны» или «князья», были весьма огорчены таким известием. Мы просили правителя разобраться, но нас проигнорировали, пришлось самим начать путь до замка похитителя! – констатировала принцесса.

– Надеюсь, вы уже поняли, что никто вас не игнорировал, – произнёс Бальтазар. – Вышло небольшое недоразумение. Правитель не получал ваших писем. Если вы сдержите натиск, перестав убивать жителей деревень, я отправлюсь поговорить с этим рыцарем и разрешу ситуацию.

– Ах, разве ж может мужчина желать чего-то решить словом, а не кровопролитием? – дивилась Кацуми. – Глядите, какой ценный экземпляр нам попался!

– Чиаса, дай уже ей что-нибудь погрызть, пусть помолчит, – вздохнула, теряя терпение, Кагуя. – Да и что слова?! – хмурилась она. – Надо вернуть Оясунэ, а не разговаривать с похитителем! Вызволить девушку, вернуть дочь отцу!

– Не понимаю, вам-то какой с этого прок? Минус наследница от первого брака, если уж вы вторая принцесса, – произнёс некромант.

– Оясунэ не претендует на трон. Она полукровка от иноземной женщины, которую ещё в качестве теньши взял сироткой к себе наш правитель. У Оясунэ необычные золотистые волосы, она главная красавица дворца, но не самая завидная невеста в Нипе, – рассказывала темноволосая чародейка.

– Вот только госпожа хочет от неё совсем противоположного, – сделав безо всякого тоста большой глоток авамори после того, как съела всё печенье и пирожные, рассмеялась рыжая беззаботная девица.

– Кацуми! – повернулась со строгим взглядом к ней Кагуя.

– Так меня зовут, ага! – жмурилась та в улыбке. – Обожаю слышать своё имя!

– Хотите вернуть девушку, чтобы она взошла на престол вместо вас?! – не понимал Бальтазар.

– Как бы вам сказать… – не повернув головы, говорила принцесса. – Мы помолвлены, но я не слишком рвусь замуж.

– Кагуя-сама выдвинула ряд невыполнимых условий для женитьбы микадо, но он никак не уймётся, – хихикала, доев последнюю булочку, Кацуми, обмахиваясь теперь веером.

– Когда я была совсем маленькой, меня отдали в школу теньши на обучение. Однажды мимо проезжал молодой принц со свитой, объезжал владения, в том числе и к нам в городок заглянул, – рассказывала Кагуя. – Завидев меня, он упал с лошади. Сломал себе руку и бедро, кажется, ещё пару рёбер… И велел привести меня во дворец. Я думала, меня казнят, но сказали, что я самая красивая девочка, которую он видел. Меня оставили на содержание, обучая письму, музыке, танцам, многому. Но я никогда не была влюблена в принца и никогда не соглашалась выйти за него замуж.

– А теперь он сам на престоле и куда более настойчив, – взмахивала двумя рыжими веерами компаку, чьи красивые рукава наряда навевали сравнение с крыльями бабочки.

– Не совсем так, – поправляла принцесса. – Я была простолюдинкой из бедной семьи. Родители-старики вообще говорили, что молились богу луны и меня нашли в бамбуке. В общем, отец того принца, предшествующий правитель Нипа, вынудил его жениться на дочери одного иноземного богатея-чиновника, сумевшего когда-то с семьёй перебраться в наши края и остаться здесь жить. Это было нужно, дабы укрепить торговые связи с дальними областями Дайкона, ведь его подопечные налаживали сеть поставок по нашим регионам. Злаки с полей, ткани, древесина, чтобы мы не вырубали собственные леса.

– Интересно всё складывается, – откинулся некромант назад, так что стена избы не дала ему упасть.

– Аккуратнее, милорд, – заволновался за него чародей.

– Супруга микадо родила ему дочь-златовласку Оясунэ, а несколько лет спустя погибла при покушении враждебного клана. Внутренние войны изрядно потрепали Нип, но нам было чем защититься. И в итоге край выстоял. Девочка не может унаследовать престол, микадо обязан вновь жениться. И он надеется, что я рожу ему сына-наследника, – вздохнула Кагуя.

– Она вам приёмная дочь, выходит? Как-то у вас там всё запутано… – вздыхал некромант, хмурясь в задумчивости.

– Ну, теперь-то можно про три сумасбродных желания? – вертела над собой где-то раздобытую засахаренную вишню за хвостик Кацуми, словно подразнивая самую себя перед тем, как съесть.

– Ох, я не хотела замуж и выставила условие, чтобы он передал мне всю свою армию в подчинение. Разумеется, это было немыслимо и недопустимо. Даже если бы это свершилось, его бы попросту не поняли чиновники, друзья, наместники городов, соседние правители… Этот хитрец собрал мастеров и кудесников, они вылепили точную копию всех, кто служил в Нипе, создали скульптуры воинов и вдохнули в них жизнь, – рассказывала им Кагуя.

– Песчаные големы, чёрт меня побери, – хлопнул по лицу Ильдар.

– Это терракота, жженая земля с крошкой красной глины, минералов и толчёного камня. Но когда они разрушаются и собираются, это и вправду похоже на песок, – поправляла его принцесса. – Керамика без покрытия глазурью, кажется. Сама я таким не занималась, хотя посуду, бывало, лепила.

– И лягушечек! – напоминала с хитрым взором компаку.

Едва вздрогнув кончиками губ, Кагуя смущёно отвернулась. Но Бальтазар заметил, что на нервной почве она теребила в руках салфетку, сложив из неё красивого журавля, словно успокаиваясь этим искусством. Символизировал ли тот желание свободы, как птица в небе или же просто получился сам собой по памяти выработанных движений женственных пальцев с блестящими чёрными ногтями под тон таких же волос, некромант мог только догадываться.

– Госпожа очень талантлива, – улыбнулась Чиаса. – Желаете ещё чаю? – предложила она и принялась разливать по чашкам беседовавших на застолье.

– Кто-то их создал, заклял, оживил, а вы приводите в движение, как марионеток? Сил вам хватает? – интересовался Бальтазар.

– Способности у меня врождённые. Приёмные родители не желали, чтобы я стала ведьмой. Это не самая престижная деятельность в Дайконе. Да и обучить грамоте и искусствам для них было куда важнее и почётнее. А вот во дворце жрецы и советники моим даром восхищались. Нет, восхищались они, понятное дело, моей внешностью, – вздохнула принцесса. – Я не преисполнена гордыни, лорд Кроненгард-сама, но мне всю жизнь только и твердят, какая я красивая. Хочешь – не хочешь, а приходится принимать это на веру. И дабы как-то проводить со мной время, заполучить моё внимание, может, своего рода поддержку и дружбу, придворные чародеи обратили свой взор на мои способности, многому обучили. Я могу держать свою терракотовую армию под контролем.

– Мы и представить не могли, что микадо окажется способен выполнить это пожелание! – широко раскрыла с выражением явного потрясения Кацуми.

– Пришлось уступить ему в венчании. Мы стали помолвлены… Благо оставалось ещё два желания, – отвела взор Кагуя-химэ. – Но и он второе умудрился выполнить. А теперь я попросила его отправить меня на луну. Хочу, мол, увидеться с богом-отцом, так ведь обо мне говорят. Хочу в дальнее путешествие. Надо же было придумать что-то невероятное и попросту невообразимое! Пусть поломает голову. Надеюсь, хоть это ему не под силу.

– На Луну?! – дивился сейчас со взором не меньшим, чем у компаку, Ильдар-чародей. – Сказал бы, что это может быть небезопасно, но с вашими способностями кто его знает… Что, если вы и вправду дочь бога?

– Тогда пусть мой небесный отец хоть раз проявит себя как-то и не позволит мне выйти замуж! – приподняла принцесса глаза к потолку, прокричав нервным голосом. – Я во что бы то ни стало верну во дворец похищенную Оясунэ и уговорю её присмотреть себе жениха из вельмож, даймё, почтенных самураев или сыновей соседних правителей, – опустила она свой пронзительный взор на собеседников. – Многие хотят жениться на златовласке, и не все так уж плохи. Можно было бы устроить тайные смотрины, визиты, свидания… Но приехавший рыцарь-посол всё испортил! Выкрасть дочку микадо и не подумать, что это приведёт к войне?! Каков наглец! Мы ждали три года, послали письма, на которые никто не ответил, а затем начали готовить военную кампанию, – сообщала гостям принцесса.