Влад Тарханов – Коронованный судьбой (страница 23)
Этот пассаж вызвал у слушателей одобрение, но суета, вызванная этой речью, быстро улеглась, уж больно острые новости принёс в клювике их гость.
— Потому-то слуги антихристовы и свергли Михаила Николаевича, заступника нашей веры. А вы знаете, что в домашней церкви император Михаил молился двуперстно и иконы там приказал развесить наши, правильные?
Ууууххххх… возглас удивления покинул грудные клетки присутствующих. Ничего себе новости!
— А после того. Александр Безбожник своего брата-тюхтю Николашку сверг, а чтобы власть свою упрочить — объявил о том, что Михаил Николаевич, отец настоящего великого князя Александра, чудом спасся! Только чуда-то не было! Никонианцы и их ставленник Иоанн, коего именуют Кронштадтским подменили Михаила Николаевича, на своего человека! Дабы он передал отродью Антихриста власть над русскою землею!
Зашептались, зашевелились купчики, стали креститься. Страшные новости принёс их московский брат. И хотя не была старообрядческая церковь единым механизмом — слишком разные, слишком независимые друг от друга, порою даже изолированные с ней оказались общины, но общий их посыл — выжить и вернуть себе былое влияние — остался у всех един. Прохор Матвеевич немного выждал, когда шумок улегся продолжил, но голос его окреп и в нем появились весьма оптимистические нотки.
— Но Пресвятая Богородица не попустила злу овладеть Святой Русью! Настоящий государь Михаил Николаевич, защитник истинной веры — спасся. Не чудом спасся, а трудами наших собратьев в далеком карельском краю.
Говоривший размашисто перекрестился. Все присутствующие тут же осенили себя крестными знамениями.
— Истинно говорю вам, спасся император истинный, защитник веры нашей, Михаил Николаевич! Подтвердил волю свою, как вернет себе трон, свергнет слуг антихристовых, воссияет правда на Руси! Запретит государь-император никонианскую церковь, как запретил католикам, слугам антипапы и антихриста служить в государстве Российском! А для вас, господа астраханские такой наказ — принять государя-императора тайно, но с честью! Следует государь в окраины восточные, земли сибирские, где нашли пристанище наши братья по вере. Они станут основой его воинства, они вернут его на трон государства Московского! И нам готову быть предстоит: людно и оружно. И помочь общему делу деньгами, куда же без этого. Сам государь от вас и копейки не возьмет: нет у него надобности. А вот войску его многое потребно будет. И еще… Гарнизоны на его стороны переходить будут. Солдатушек отблагодарить надо будет, дабы почувствовали они крепость веры. Нашей, истинной. Готовы будьте. О дне, когда прибудет в Астрахань император сообщу вам окольными путями.
Произнеся последнюю фразу, Прохор Матвеевич еще раз перекрестился, отвесил земной поклон и быстро удалился, оставив господ купцов переваривать свалившееся на них счастье. И о том, что такие вести след держать в тайне говорить не стал — люди тут собрались солидные, сами всё понимают…
[1] Сарацинское зерно — устаревшее название риса.
Глава восемнадцатая
Камо грядеши
Глава восемнадцатая
Камо грядеши
Москва. Лубянская площадь. Здание ОСИ
26 июля 1896 года
Перед самым новым, девяносто шестым, годом, накануне Рождества торжественно открыли новое здание на Лубянской площади. Оно в РИ известно, как место размещения страхового общества «Россия» и даже одно время было доходным домом. Но в ЭТОЙ версии событий его сразу же проектировали и строили как главное управление Объединенных Спецслужб Империи.
Как вы понимаете, главой ОСИ стал Полковников, но и я имел свой кабинет в этом солидном сооружении, которое вскоре приобрело у местных острослов статус самого высокого здания в Москве. Ибо из него хорошо виден Магадан. Ну виден… и не только Магадан. Соловки тоже неплохо так просматриваются. Так что строили мы этот комплекс сразу же с расчетом постоянного притока новых сотрудников с чистыми руками, горячим сердцем и холодным разумом, а также с местными аналогами значка «Ворошиловский стрелок» на груди. Правда, учитывая новые веяния по эмансипации женщин и привлечение их на государственную службу, у некоторых новичков из числа прекрасного сии знаки отличия не весели, а
Да и архитектуру здания сделали непривычной для современников, спроектировав ее в стиле конца двадцатого века, дабы не совсем отходить от классических норм, но и в архаику (современную мне сейчас) не ударится. Кое-какие наброски мы с Полковниковым сделали, Виктор Андреевич Величкин, который это здание взялся проектировать, поначалу сопротивлялся, а потом как-то проникся нашими идеями и дом-вместилище спецслужб Российской империи получился как с иголочки и весьма похож на современный мне когда-то вид. Чем очень обрадовал своего нового руководителя.
(
Алексей Васильевич (в ЭТОЙ реальности) Полковников (изначально он же Николай Степанович, один из руководителей проекта «Вектор») себе даже организовал кабинет с диваном. Ибо мог задержаться настолько допоздна, что ехать на пожалованную квартиру смысла особого не было. Нет, как и любой руководитель высокого ранга он отправлялся в командировки, встречался с людьми, отчитывался перед императором, участвовал в коллегиях и совещаниях самого различного уровня. Но основное время проводил в своем кабинете, оснащенном всем необходимым, в том числе комнатой отдыха с парочкой спортивных тренажеров и личным санузлом.
Вот и сегодня он понимал, что придется засидеться допоздна, может быть и заночевать. Как карта ляжет. Оставалось еще одно дело, к которому у него никак руки не доходили. Поначалу оно казалось даже чем-то анекдотичным: ну, появился очередной самозванец, выдающий себя за Михаила Николаевича, экс-императора, уступившего трон сыну Александру. Разве в мире современных информационных технологий (имелось в виду телеграф и телефон, газеты и радио) возможно такое явление? Это же вам не застывший в информационном невежестве восемнадцатый век, и даже не середина девятнадцатого! Но… он появился… Толстая папка с донесениями, которую Полковников уже несколько раз пересматривал, но его не оставляло ощущение, что что-то очень важное он упускает. Но что?
Стал пересматривать донесения. Первое упоминание о самозванце — Астрахань. Так… Агентурные рапорты, слухи — и ничего определенного. А дальше… дальше степь, Великая степь, если быть точнее. Вот тут стали поступать большее количество донесений. Его (самозванца) видели то тут, то там, в сопровождении двух десятков казаков. По описаниям — ветеранов, не молодых безусых парней, а вполне себе заслуженных и опытных бойцов. Так… фотография, сделанная репортером, изъятая жандармами у газеты… Полковников взял лупу и внимательно стал изучать снимок, сделанный с реквизированного негатива. Определенное сходство имелось. Но! Самозваный император передвигался в открытой коляске, на лошадь не садился ни разу… Что это? Точно не из казаков? Или специально так маскируется под вельможу, которому невместно на конячке трепыхаться? Так… а вот это уже серьезно… несколько нападений на полицейские участки. Нет, не сам «император Михаил» и не его охрана (а никем иным казачки оказаться не могли), а какие-то «сторонники». Впрочем, если полицейские не оказывали сопротивления, их просто разоружали и отпускали, побив немного — больше для порядка, чем по злобе. Никого не забили насмерть! А вот в двух местах полиция открыла огонь. Там закончилось все плохо. Участки сожгли. Ценности и оружие растащили. Но опять-таки… неизвестные сторонники!
Но ведь театральщина какая-то! Бред!
А вот то, что три засады на самозванца провалились — это уже серьезно. Значит, кто-то его ведет, ему помогает. А зачем? Цель? Какая тут цель? Что хотят этим добиться? Новой пугачевщины? Так не получится. Ага… Ампиратор Михаил появляется в становищах кочевников: калмыков, башкир, татар… Его охрана выросла до сотни — кроме полусотни казаков примкнули батыры из кочевых племен… Последняя засада была самой серьезной — полурота солдат да десяток казачков. И место выбрали такое, что не обойти. Напали с двух сторон: с фронта отвлекающий удар, а полусотня (по повадкам пластунов) пробралась с тыла. Вырезали всех. А что крестьяне? И почему император не обещает им дать земли? Тогда крестьяне за ним потянутся. Не надо ему это? Не рассчитывает на самые широкие слои населения. А на что рассчитывает? Чего хочет? В больших селах останавливается редко. Крестьянам обещает «милость», но ничего определенного. Им же земля нужна — позарез! Мельчают участки, кормить семью не могут! А еще подати платить! Нет, за время правления Михаила удалось значительно благосостояние крестьянства улучшить, но не настолько же, чтобы крестьянского бунта, бессмысленного и беспощадного не опасаться!