Влад Шустов – Четыре континента Лемурии (страница 2)

– Пап, а у меня будут свои Лемуры?

– Конечно, сынок! Ты чистая душа, Лемуры сами к тебе придут, ты их почувствуешь, и они тебя услышат. Твоя связь с ними будет неразрывна. Они обитают в глубинах священного Иб, в Мембране твоего сердца. Каждая душа выбирает себе Лемура в качестве посредника и хранителя, с которым роднится и с которым проводит всю жизнь в священном союзе, разорвать который могут только Боги. У наших огненных Лемуров алмазное тело, они само воплощение божественного света.

Благодаря нашей верности традициям нам стали открываться тайны. Во снах мы стали видеть Сфинксов, теперь Боги являются нам намного чаще. Они помогают нам вновь почувствовать Мембрану сердца, резонирующую теперь уже с новой полярностью земли. Поэтому Южный континент сейчас переживает невероятный подъем. Наша цивилизация названа Атлантида, мы – истинные дети Лемурии. Нам единственным удалось восстановить связь с природой. Хотя в какой-то мере это удалось и жителям восточного континента.

– А что случилось с восточным и западным континентами? Есть ли с ними какая-то связь?

– Да, конечно, есть. Хоть расстояние между континентами и очень большое, мы всё же сумели создать корабли, управляемые силами природы. Великая Роза ветров позволяет нам перемещаться между материками, но это с каждым разом становится всё опаснее: западные и северные народы одержимы жаждой завоевания новых земель. Они создают свои суда, быстрые и надёжные, которые вскоре позволят им добраться до всех континентов. Тогда может произойти нечто ужасное – первая межконтинентальная война.

– А разве жители восточного и западного континентов нам не помогут защититься от северного народа?

– Едва ли. С восточным народом мы сейчас ведём переговоры. Они наши братья по духу, поэтому я думаю, что переговоры пройдут успешно. Но люди запада, скорее, похожи на северян, у них схожие интересы.

– А что там, в западном царстве? Ты там был?

– Да, мне доводилось бывать в тех землях. Люди, живущие на западном континенте, поклоняются стихиям воды. Высшими творениями они считают Левиафанов, но поклоняются им уже не так, как Сфинксам. Большинство из них называют свои природные аватары телами, хотя, к счастью, и не все. Они одомашнивают морских млекопитающих и чувствуют с ними особое душевное родство, их Мембрана ещё отчасти понимает морских обитателей, в этом их основная магическая сила. Но не все им подчиняются. Например, Дельфинидаэ и Левиафаны существовали на протоконтинете задолго до появления там людей. Их история такая же загадочная и таинственная, как и у Сфинксов. Ходят легенды, что Сфинксы эволюционировали в этих древних и разумных животных. Западные верят, что эти млекопитающие заглатывают вечернее солнце и доставляют его утром на восточные земли, чтобы зародился новый цикл временного витка жизни на земле. Хотя на самом деле всё обстоит иначе. Солнце и Луна поделили землю на две части, Южный и Восточный континенты относятся к Солнцу и его стихиям огня и ветра, в то время как Северный и Западный континенты относятся к стихиям земли и воды. Вся земля – это Роза мира, разделённая на четыре части, в центре которой находится Роза ветров, чьи духи и ветра пронизывают всё живое на планете. Эти духи и ветра порождают вьюги и ураганы, кружат по земле воздушные массы, создают приливы и отливы. Каждому континенту присуща своя стихия. Мы, жители Юга, научились управлять своими стихиями. Наши оракулы извлекают из них магию, которая помогает нам жить и чувствовать связь с природой. Это огромная сила, которую мы постепенно возрождаем, и пока природа к нам благосклонна.

Атум взглянул на сына.

– Скоро тебе предстоит увидеть всё это своими глазами. Нас ждёт удивительное путешествие, и я хочу подготовить тебя к нему. Я расскажу тебе всё, что знаю о других землях. Эти знания помогут тебе достойно выдержать испытание. А пока идём отдыхать, мы уже засиделись, завтра рано утром оракулы решат, готов ли ты к испытанию.

– Пап, ты же знаешь, что я готов, – ответил Шу.

Он был уверен в себе и хотел поскорее стать настоящим мужчиной. Ему хотелось совершить подвиг, чтобы стать взрослым и независимым. Шу день ото дня становился все более ответственным и самостоятельным, при этом оставаясь в душе беззаботным ребёнком. Это единство качеств наделяло атлантов огромной и безмерной душой с открытой всем ветрам Розы мира Мембраной. Шу ещё не знал, насколько опасное испытание его ждёт, но был уверен, что готов к нему как никогда.

– Я вижу, какой ты у меня смелый, и горжусь тобой, – произнёс Атум, – но это испытание опасно и для тебя, и для меня. Ты должен понять, что пройти его будет очень непросто. Тебя и всех, кто отправится с нами в путь, будет подстерегать смертельная опасность. Возможно, кому-то не суждено вернуться в родные края. Но я буду с тобой до самого конца, чем бы ни обернулось наше путешествие.

– Не беспокойся за маня, отец, я выполню всё, что от меня требуется, – храбро ответил Шу, которому на тот момент исполнилось одиннадцать земных лет.

– Я в этом не сомневаюсь, я лишь хочу сказать, что нужно реально оценивать свои силы и помнить, что от нас самих иногда мало что зависит. Порой обстоятельства решают исход событий, поэтому от них и нужно отталкиваться, сохраняя холодный ум и горячую веру, которая умеет творить чудеса. Веру, в которой живут наши Боги и через которую они нам помогают. Запомни это.

– Хорошо пап, идём.

Атум помог сыну подняться и залезть на лошадь. Они взглянули на солнце, уходящее за горизонт, и отправились в обратный путь, домой, в главный дворец Атлантиды, где их уже ждали.

Глава 2. Церемония

У входа во дворец их уже ждала Иусат, мама Шу и жена Атума, главного атланта и правителя тех земель. Их город находился вдали от центрального мегаполиса Атлантиды, прямо у океана, поэтому его называли Эдемом прежней Лемурии. Крыши домов блестели на солнце, переливаясь золотом и отражая сияние солнечных лучей. Цветущий город наполняли растения и цветы, которые обвивали хрустальные дворцы, мосты, колонны и улицы. Только огромные пирамиды переливались на солнце, не затронутые дивными растениями. Они возносились так высоко в небо, что казалось, на той высоте нет ни притяжения, ни воздуха.

Иусат встречала своих любимых у главных врат дворца. Она знала о предстоящем испытании, и материнская Мембрана души и вселенны переполняла её переживаниями. У неё было странное предчувствие, но она гнала его прочь, заставляя себя верить в то, что всё пройдёт хорошо. Увидев мать, Шу на ходу спрыгнул с коня и побежал к ней навстречу. «Как же быстро пронеслись одиннадцать лет», – подумала Иусат. Ее мальчик уже вот-вот станет мужчиной. Казалось, ещё совсем недавно она поднимала его и кружила на вытянутых руках.

– Мама! Мама! Папа мне сегодня показал своё тайное место, мы были у Западного Сфинкса. Вблизи этот Сфинкс как живой, мне показалось что он на меня смотрит.

Шу подошёл ближе к матери, встал на одно колено и поцеловал её руку, то же самое сделал и Атум. Иусат положила руки на плечи своих любимых и обняла их.

– Пойдёмте, мои герои, сегодня у нас особый ужин, вся семья уже в сборе.

– Пойдём, Шу, пойдём, – сказал Атум сыну. – Ты первый, а мы с мамой за тобой.

Шу пошёл быстрым шагом в перёд. У ворот гостиного зала стояли члены их семьи, они приветствовали Шу перед завтрашним испытанием. Ужин удался на славу: такого обилия блюд на столе не было давно. Этот вечер Шу и вся семья запомнят надолго, особенно танцы, в которых захотел поучаствовать каждый без исключения. Наконец, когда все стали расходится, Шу пошёл спать первым. Завтра с восходом солнца его ожидала церемония омовения, после которой его должны были повести к оракулам в главный храм города. Там произойдёт судьбоносный обряд, называемый Ах-Сах-Сехем-Иб-Рен-Ба.

***

–Шу, мальчик мой, просыпайся, – нежно произнесла Иусат. – Она не хотела будить сына. По своему обыкновению она хотела лечь с ним рядом, обнять его и смотреть, как он спит. Но время неумолимо шло. Понимая, что, возможно, больше никогда не сможет этого сделать, Иусат положила руку на спящего сына и произнесла вновь:

–Шу, просыпайся.

– Я уже не сплю, – ответил Шу, повернувшись к матери. – Полежи со мной?

Иусат улыбнулась сквозь слёзы, которые сдерживала изо всех сил. Шу увидел мокрые глаза матери, он понимал её боль и переживания. Иусат прилегла с ним, как обычно она это делала, когда Шу был ещё маленький. Сейчас ей ужасно этого не хватало.

– Не плачь, мам, мне тоже будет тебя не хватать, – сказал Шу, целуя руку матери. Ты только верь в меня и в папу, и твоя вера будут оберегать нас в дороге. Мы всегда будем чувствовать твою заботу, твои переживания и молитвы. Твоя любовь и вера – это щит, который нас всегда оберегал, надёжнее его ничего нет. Доверься Богам, и Сфинксы нам помогут, они приведут нас домой.

– Ты говоришь как зрелый мужчина! Ты вобрал в себя всю мудрость своего отца, не зря священное Древо избрало тебя. Я буду неустанно молиться Богам, чтобы ты скорее обрёл своих четырёх Лемуров, и чтобы они помогли тебе стать Сфинксом.

Шу с улыбкой посмотрел на мать. Мгновенье спустя он поднялся и помог встать матери, после чего они вместе направились в зал омовения. Это была обязательная церемония очищения перед тем, как зайти в священный храм Эдема. В центре зала омовения располагалась огромная ванна, по размерам больше похожая на бассейн. Сёстры устилали лепестками цветов зал и бросали их в ванну омовения, в которой Иусат должна была лично омыть сына перед древним обрядом. Сёстры подошли к брату Шу и стали снимать с него одежду. Шу не чувствовал никакого смущения, это чувство не было присуще их расе. Физическое желание появлялось у них только во время священного таинства зарождения новых душ и только в определённые моменты жизни. Нагой Шу медленно вошёл в воду огромной ванны, где его ждала мать в священных одеждах обряда, которые, казалось, были сотканы из хрусталя, кристаллов и драгоценных камней.