Влад М – НЕДОСТИЖИМАЯ-4: Искупление (страница 3)
Татьяна молчала.
— Что я должна сделать? — спросила она.
— Ждать.
— Чего?
— Моего звонка.
Мужчина встал, подошёл к окну.
— Вы не будете убивать. Вы не будете угрожать. Вы будете просто ждать. А когда придёт время — вы нанесёте удар.
— Какой?
— Тот, который разрушит его жизнь.
Татьяна закрыла глаза.
Ради брата, — подумала она. — Ради Серёжи.
— Хорошо, — сказала она. — Я согласна.
Она стояла у окна и смотрела на дом Марка Янсона.
Бинокль был старым, советским — она купила его на рынке за пятьсот рублей. Изображение слегка двоилось, но разглядеть всё нужное было можно. Вот веранда. Вот сад. Вот качели, на которых качалась маленькая девочка.
Лиза.
Татьяна знала её имя. Знала, где она учится, что любит, чего боится. Знала всё о семье Марка. О Вике. О Вере. О Наде.
Она следила за ними десять лет. Ждала. Готовилась.
— Скоро, Марк, — прошептала она. — Скоро ты узнаешь, что такое терять.
Она опустила бинокль, улыбнулась.
Начался снег.
Крупные хлопья падали с неба, ложились на землю, на деревья, на крыши. Двор становился белым, пушистым, почти сказочным.
Татьяна смотрела на снег и думала о том, как много изменилось.
Десять лет она ждала. Десять лет она готовилась. Десять лет она училась ненавидеть.
Теперь настало время.
Она достала телефон, набрала номер.
— Алло, — ответил мужской голос.
— Я готова, — сказала она.
— Начинайте.
Он сбросил звонок.
Татьяна убрала телефон, посмотрела на дом.
— Прощай, Марк, — прошептала она. — Ты не знаешь, что тебя ждёт.
Марк сидел на веранде, смотрел на закат.
Небо было розовым, золотым, багряным. Ветер стих, и тишина стояла такая, что слышно было, как дышит лес.
Он постарел. Волосы стали седыми, на лице появились морщины, руки уже не такие сильные, как раньше. Но глаза остались прежними — зелёными, живыми, с той искрой, которую не погасили ни годы, ни испытания.
Он думал о прошлом.
О Волкове, который сидел в тюрьме. Об Алине, которая уехала в другой город. О Лене, которая умерла. Об отце, который так и не успел попросить прощения.
Всё прошло, — думал он. — Всё кончилось.
Но внутри было тревожно.
Он не знал почему. Может быть, потому что он слишком долго жил в мире. Слишком долго не боялся.
Вика вышла на крыльцо, села рядом.
— Ты о чём задумался? — спросила она.
— О жизни.
— И что ты понял?
— Что она прекрасна.
— Всегда?
— Нет. Только когда есть ради кого просыпаться.
Она взяла его за руку.
— Я люблю тебя, Марк.
— Я знаю.
— Скажи это.
— Я люблю тебя, Вика. И я люблю нашу жизнь.
Они смотрели на закат.
Вдалеке залаяла собака.
Марк посмотрел в сторону леса. Там было темно, тихо, таинственно.
Кто-то там есть, — подумал он. — Я чувствую.
Он не знал кто. Но знал — скоро узнает.
Телефон завибрировал.
Марк достал его, посмотрел на экран.
Неизвестный номер: «Ты думал, что всё кончилось? Только начинается, Янсон.»
Он замер.
— Что там? — спросила Вика.
— Ничего.
— Не ври.