Влад М – НЕДОСТИЖИМАЯ-4: Искупление (страница 20)

* * *

День тянулся медленно. Слишком медленно.

Марк пытался работать. Открыл документы. Закрыл документы. Позвонил партнёру. Не услышал половину разговора. Вышел в сад. Вернулся. Снова посмотрел телефон.

14:17. 14:26. 14:41.

Время издевалось.

Вера уехала на занятия. Надя — в центр помощи детям. Лизу забрала Вика на репетицию. Дом опустел. Остались только Марк, Глеб Сергеевич и двое охранников на территории.

В 15:08 раздался звонок в ворота.

Все трое посмотрели на монитор камеры.

Женщина. Тёмное пальто. Шарф. Открытая голова. Прямая осанка. Она стояла спокойно, будто пришла в гости.

— Впустить? — спросил охранник по связи.

Марк почувствовал, как сердце ударило слишком сильно.

— Да.

Глеб Сергеевич поднялся.

— Я рядом.

— Нет.

— Марк...

— Я сам.

— Это глупо.

— Возможно.

* * *

Он вышел в прихожую.

Дверь открылась через минуту. Она вошла без суеты. Сняла перчатки. Посмотрела вокруг. Большой дом. Тёплый свет. Картины. Лестница. Семейные фотографии на стене.

На лице её не было ни зависти, ни злости. Только внимание.

Татьяна оказалась моложе, чем он ожидал. И старше одновременно. Тёмные волосы, собранные назад. Серые глаза. Красивое лицо, в котором что-то было надломлено так глубоко, что не исправить ничем.

Она посмотрела на Марка. Долго. Почти спокойно.

— Здравствуйте, Марк Янсон.

— Здравствуйте.

— Красивый дом.

— Спасибо.

— У вас всё красивое.

Он не ответил.

— Проходите, — сказал он наконец.

Они вошли в гостиную.

Глеб Сергеевич остался в соседней комнате. Татьяна это поняла сразу.

— Вы не один.

— А вы ожидали иного?

— Нет. Просто отметила.

Она села в кресло, не спрашивая разрешения. Сняла шарф.

— Чай? Кофе?

— Ничего.

— Тогда говорите.

Она улыбнулась. Не губами. Глазами — ни капли.

— Вы меня не помните.

— Видимо, должен?

— Должны.

Тишина между ними натянулась как проволока.

— Кто вы? — спросил Марк.

— Татьяна Волкова.

Имя ничего не дало первую секунду. Потом будто щёлкнул замок. Волков. Сергей. Суд. Письма. Пожар. Угрозы.

— Сестра.

— Наконец-то.

Марк медленно сел напротив.

— Это вы стояли за всем?

— Почти за всем.

— Зачем?

Она наклонилась вперёд.

— Потому что десять лет моей жизни принадлежат вам.

— Я вас впервые вижу.

— В этом и проблема.

* * *

Он смотрел на неё внимательно. Изучал. В её лице не было той гладкой, отработанной ненависти, которую он ожидал. Было что-то другое. Усталость. И одновременно — странная, почти болезненная решимость.

— Ваш брат сам выбрал свой путь.

— Как и ваш отец?

— Не начинайте.

— Почему? Неприятно?