Влад М – НЕДОСТИЖИМАЯ-3: Падение (страница 6)
— Мы готовы, — сказала она. — Вместе.
— Вместе.
Сергей стоял у окна своей съёмной квартиры и смотрел на дом Марка.
Бинокль был старым, советским, но он привык к нему. Видел всё — и сад, и крыльцо, и детей, играющих во дворе.
Вера. Надя. Лиза.
Он знал их имена. Знал, где они учатся, что любят, чего боятся.
Он знал всё.
— Скоро, Марк, — прошептал он. — Скоро ты узнаешь, что такое терять.
Он опустил бинокль.
Начался снег.
Конец пролога
Марк проснулся от того, что Лиза прыгнула ему на живот.
Девочка была лёгкой, как пушинка — всего полтора года, но она уже научилась добиваться своего. Утром она требовала кашу, днём — мультики, вечером — сказку на ночь. Если ей отказывали, она надувала щёки, хмурила брови и смотрела на родителей с таким выражением, будто они совершили величайшую несправедливость в мире.
— Папа, вставай! — крикнула Лиза, дёргая его за волосы.
— Ещё рано, — простонал Марк.
— Нет, не рано! Солнце встало! Птички поют! Я хочу кушать!
— А что ты хочешь?
— Кашу!
— Какую?
— Вкусную!
— Это не ответ.
— Манную! С клубникой!
— Сейчас нет клубники.
— Тогда с вареньем!
— Хорошо. С вареньем.
— Ура!
Лиза сползла с кровати и побежала на кухню — босиком, в розовой пижаме с зайцами, растрёпанная и счастливая.
Марк посмотрел на часы. Половина седьмого. Воскресенье.
Он повернулся на бок. Вика спала, разметавшись по подушке, светлые волосы закрывали лицо. Он осторожно убрал прядь, поцеловал её в щёку.
— Доброе утро, — прошептал он.
— Доброе, — ответила она, не открывая глаз.
— Лиза требует кашу.
— Лиза всегда требует кашу.
— С вареньем.
— В кладовке есть варенье. Вишнёвое.
— Она просила с клубничным.
— Пусть ест с вишнёвым.
— Она будет спорить.
— А ты не спорь. Скажи: «Или вишнёвое, или никакое».
— Она выберет никакое.
— Тогда будешь кормить её супом.
— Она не любит суп.
— Значит, научится любить.
Марк тяжело выдохнул.
— Ты жестока, Вика Янсон.
— Я справедлива.
Она открыла глаза, улыбнулась.
— Иди, я встаю.
Марк поцеловал её ещё раз и пошёл на кухню.
Вера и Надя уже сидели за столом.
Вере было семь, Наде — восемь. Они были почти ровесницами, почти сёстрами, хотя кровного родства между ними не было. Надя называла Веру сестрой, Веру называла Надю сестрой, и никто не задавал лишних вопросов.
— Папа, а мы сегодня поедем в Москву? — спросила Вера.
— Зачем?
— Хочу посмотреть ёлки. Скоро Новый год.
— Ещё рано. Новый год через месяц.
— А ёлки уже ставят!
— В торговых центрах.
— Вот туда и поедем!
Марк тяжело выдохнул.
— Поедем, если мама разрешит.
— Мама разрешит!
— Откуда ты знаешь?
— Я попрошу красиво.
Она сложила руки на груди, сделала умильное лицо.
— Мамочка, пожалуйста, мы так хотим посмотреть ёлочки!