Влад Генделев – Минута до полуночи (страница 1)
Влад Генделев
Минута до полуночи
МИНУТА ДО ПОЛУНОЧИ
ПРОЛОГ
Антон Белов понял, что в квартире кто-то есть, когда услышал, как на кухне звякнул стакан.
Звук был тихим, почти домашним. Такой мог возникнуть от случайного прикосновения к сушилке возле раковины или от того, что плохо поставленный стакан чуть сдвинулся по столешнице.
Белов перестал расстёгивать рубашку и прислушался.
Тишина.
Он стоял посреди спальни, держа пальцами вторую пуговицу сверху, и смотрел в тёмный коридор. Свет там он не включал. Из гостиной падала узкая жёлтая полоса — телевизор работал без звука, мелькали лица ведущих, какие-то графики, рекламные заставки.
— Есть кто-нибудь?
Он произнёс это и сразу почувствовал себя глупо.
Квартира была заперта.
Он сам повернул ключ, войдя минут двадцать назад. Потом, как всегда, проверил замок. Эта привычка появилась у него после того, как три года назад обокрали соседей этажом ниже.
Белов подошёл к двери спальни.
— Эй!
Никто не ответил.
Он вышел в коридор.
Пятьдесят два года, врач, заведующий отделением, человек, который большую часть жизни объяснял другим, что страх обычно возникает от недостатка информации, сейчас он сам ощутил именно это: неприятное холодное движение под рёбрами.
Не страх пока.
Предупреждение.
На кухне горел свет.
Белов остановился.
Он совершенно точно помнил, что не включал его.
Вернувшись домой, он бросил ключи на тумбу, снял пальто, прошёл в гостиную, включил телевизор, налил себе немного виски и отправился переодеваться.
На кухню он не заходил.
По крайней мере, ему так казалось.
— Прекрасно, Антон Сергеевич, — пробормотал он. — Скоро начнёшь забывать собственное имя.
Он сделал ещё несколько шагов.
Кухня была пуста.
Окно закрыто. Форточка тоже.
На столе стоял стакан.
Белов нахмурился.
Обычный высокий стакан из набора, который ему подарили на Новый год. Шесть штук. Он почти ими не пользовался.
На дне плескалось немного воды.
Белов взял его.
Белов машинально провёл большим пальцем по стеклу и поставил стакан обратно.
Он посмотрел на сушилку возле раковины.
Там стояли ещё пять.
Получалось шесть.
Ничего странного.
Он уже хотел поставить стакан обратно, когда заметил второй.
Тот стоял у противоположного края стола.
Белов медленно перевёл взгляд на него. Тоже пустой. Но теперь стаканов было семь.
Несколько секунд он просто смотрел. Потом подошёл к сушилке и пересчитал.
Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Он усмехнулся.
Конечно. Пять там, два здесь.
Шесть из набора и один старый. Наверняка старый. Просто похож.
Белов поставил первый стакан на прежнее место.
Телефон лежал в гостиной.
Он вдруг очень ясно вспомнил, что собирался позвонить дочери.
И так же ясно понял, что хочет уйти с кухни.
Он сделал шаг к двери. За спиной снова звякнуло стекло. Белов замер.
Теперь он не мог объяснить это памятью.
Он не обернулся сразу. Стоял, чувствуя, как сердце делает тяжёлый удар, второй, третий.
Потом медленно повернул голову. Стаканы находились там же. Два.
Ничего больше.
— Чёрт.
Он подошёл к окну и проверил ручку.
Заперто. Девятый этаж. Балкон находился в гостиной, и попасть с него на кухонное окно было невозможно.
Белов вернулся в коридор. Проверил входную дверь. Верхний замок закрыт. Нижний тоже.
Цепочка наброшена.
Вот цепочка заставила его окончательно остановиться.
Он редко пользовался ею. Но сегодня набросил. Помнил совершенно точно.
После этого войти снаружи никто не мог.
Он прошёл по квартире. Гостиная. Пусто.
Кабинет. Пусто.