Влад Эверест – Защитник Аурелии. Часть 2. «Становление» (страница 2)

Марк молчал, слушая. История была знакомой – не в деталях, но в сути. Человек, который отказался переступить черту. Который выбрал совесть вместо подчинения. И заплатил за это всем.

– Шрамы перечеркнули, – продолжал Грок. – Имя стёрли. Для орков Грок теперь мёртвый. Хуже мёртвого – мёртвых помнят. Грока забыли.

– И ты пришёл сюда?

– Грок долго ходил. – Орк пожал плечами. – Работал вышибалой. Телохранителем. Наёмником. Потом нашёл это место. Тихо. Спокойно. Иногда приходят люди. Платят за проход. Иногда дерутся. Грок побеждает.

– Всегда?

– Почти. – Ухмылка стала шире. – Был один гном. Хитрый. Почти победил Грока. Потом стали друзьями. Пили три дня.

Марк невольно усмехнулся. Орк ему нравился – против воли, против здравого смысла. В нём была простота и честность, которых не хватало большинству людей.

– У меня есть предложение, – сказал он.

– Грок слушает.

– Мы заплатим за проход. Но я хочу нанять тебя.

Орк приподнял бровь – или то, что у орков заменяло брови.

– Нанять? Для чего?

– Охрана каравана. До Сильверхолда. Может, дальше – до самой столицы.

– Зачем Марку Грок? У Марка есть солдаты.

– Солдаты подчиняются капитану, который меня ненавидит. – Марк покачал головой. – Мне нужны люди, которым я могу доверять. Которые будут драться рядом, а не смотреть, как меня убивают.

Грок долго молчал, разглядывая его маленькими чёрными глазками. В них не было глупости – только спокойная, оценивающая мудрость.

– Марк странный человек, – сказал он наконец. – Хочет доверять орку. Орку-изгою.

– Ты отказался убивать детей. Это больше, чем сделало большинство людей, которых я знаю.

Снова молчание. Потом Грок медленно поднялся – и оказался ещё огромнее, чем казался сидя. Почти семь футов роста. Гора мышц и шрамов.

– Сколько платишь? – спросил он.

– Десять серебряных в день. Еда и ночлег за мой счёт.

– Мало.

– Пятнадцать.

– Двадцать. И Грок ест первым.

Марк хмыкнул.

– По рукам.

Он протянул руку. Грок посмотрел на неё секунду – а потом его огромная ладонь сомкнулась вокруг ладони Марка. Рукопожатие было осторожным, почти нежным. Орк явно привык контролировать свою силу.

– Грок идёт с Марком, – объявил он. – Будет интересно.

1.3. Философия силы

Караван двинулся через перевал, и Грок шагал рядом с конём Марка.

Орк не стал садиться в телегу и отказался от предложенной лошади – заявил, что ноги у него крепче, чем у любой клячи, и шёл пешком, легко поспевая за повозками. Топор он закинул на плечо, как другие носят дорожный мешок, и напевал что-то себе под нос – низкий рокочущий мотив без слов.

Солдаты косились на него с опаской. Холт, когда узнал о найме, лишь скривился и отвернулся – очередной чужак в караване, очередная головная боль. Валентин осмотрел орка с холодным интересом, кивнул Марку и ничего не сказал. Лира держалась в стороне, но Марк видел, как она изучает нового спутника – оценивает, взвешивает, раскладывает по полочкам.

Финн, напротив, был в восторге.

– Ты правда был военачальником? – спрашивал он, почти подпрыгивая в седле. – Настоящим? С армией и всем таким?

– Грок командовал двумя сотнями воинов, – ответил орк с достоинством. – Лучшие бойцы клана.

– А сколько сражений ты выиграл?

– Грок не считал. Много.

– А какое было самое большое? А самое опасное? А правда, что орки едят своих врагов?

Грок остановился и посмотрел на полуэльфа сверху вниз. Финн побледнел, сообразив, что, возможно, зашёл слишком далеко.

– Маленький эльф много говорит, – произнёс орк. – Мало ест. Потому слабый.

– Я не… я не эльф. То есть, наполовину эльф. Полуэльф. И я не слабый, просто…

– Грок шутит. – Ухмылка обнажила железный клык. – Маленький эльф смешной. Грок будет называть его… – Он задумался. – Воробей. Маленький, громкий, прыгает много.

Финн открыл рот, закрыл, не зная, обижаться или смеяться. В итоге выбрал второе – нервный смешок, переросший в настоящий хохот. Грок хмыкнул, довольный произведённым эффектом.

– Ты странный орк, – сказал Дарен, подъезжая ближе. – Я встречал ваш народ раньше. Они не шутили.

– Грок научился. – Орк пожал плечами. – Раньше был как все. Серьёзный. Злой. Потом понял – жизнь короткая. Зачем тратить на злость?

– Мудро.

– Грок не мудрый. Грок просто старый. – Он постучал себя по лысой голове. – Тридцать пять зим. Для орка – много. Видел достаточно, чтобы понять – сила не всё.

Марк слушал молча, и что-то в словах орка отзывалось внутри. Сила не всё. Он провёл двенадцать лет, становясь сильным, – и что получил? Одиночество. Пустоту. Жизнь, в которой не было ничего, кроме контрактов и крови.

– Что тогда важно? – спросил он.

Грок повернулся к нему. В маленьких чёрных глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

– Марк задаёт правильные вопросы. – Он помолчал, подбирая слова. – Сила нужна, чтобы защищать. Не чтобы разрушать. Воин, который убивает ради убийства – не воин. Зверь.

– А ради чего ты убивал?

– Ради клана. Ради семьи. Ради чести. – Грок вздохнул – звук, похожий на рычание далёкого грома. – Потом клан сказал – убей детей. И Грок понял: это не честь. Это безумие.

– И отказался.

– Да. – Орк кивнул. – Потерял всё. Имя, дом, семью. Но не потерял себя. Это важнее.

Финн слушал, раскрыв рот. Дарен задумчиво кивал. Даже Лира, державшаяся позади, чуть подалась вперёд, ловя каждое слово.

– В моём народе есть поговорка, – продолжал Грок. – «Сломанный клык не позор. Позор – когда кусаешь того, кто слабее». Грок сломал много клыков. Но ни разу не кусал слабого.

– Красиво, – сказала Лира. В её голосе не было насмешки. – Для орка.

– Лира думает, орки глупые? – Грок повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло веселье. – Лира умная. Грок видит. Быстрая, опасная. Убивает тихо, как змея.

– Ты наблюдательный.

– Грок старый. Старые всё замечают. – Он снова ухмыльнулся. – Лира – не змея. Лира – кошка. Делает вид, что равнодушная. Внутри – голодная.

Лира приподняла бровь, но промолчала. Марк заметил, как её губы дрогнули – то ли от раздражения, то ли от неохотного веселья.

– А Марк? – спросил Финн. – Какой зверь Марк?

Грок посмотрел на Марка долго и внимательно. Потом сказал:

– Волк. Одинокий волк, который ищет стаю. Притворяется, что не нужна. Но нужна. Очень нужна.