Влад Чекрышов – БАГРОВЫЙ РАЗЛОМ (страница 3)

Через пять минут к нише подошёл бармен, Гектор, его лицо было потным и невыразительным.

–Тебя, – буркнул он, кивнув в сторону угла, где устроился пришелец. – Говорит, есть груз для «Призрака».

Касс не шевельнулся. Его прозвище здесь знали немногие. И те, кто знал, понимали, что его не называют вслух.

–Откажись, – тихо сказал Касс, не глядя на бармена.

–Офер, – Гектор выдохнул, – он сказал слово «Зеркало». И показал это.

Бармен сунул под стол маленький планшет.На экране светился медицинский снимок – биопечень, искусная, идеальная, модель «Феникс-7». Рядом – криптоключ на её получение в любом автофоржере Крепости. Цена, за которую убивают города.

Касс перестал растирать пальцы. Внутри всё на мгновение сжалось, потом отпустило волной холодного адреналина. Они знали. Знают его диагноз. Знают, что его отторгаемый имплант «Хаос» медленно, но верно превращает его собственную печень в ядовитый комок фиброза. У него есть, может, полгода. «Феникс-7» – это не просто жизнь. Это десять, двадцать лет.

Он поднял глаза и впервые за вечер встретился взглядом с незнакомцем. Тот чуть кивнул.

Правила менялись.

Касс встал и пересек зал. Шум на мгновение стих – несколько пар глаз скользнули за ним, оценивающе. Он сел напротив. Незнакомец был моложе, чем казалось издалека. Его лицо было почти идеально симметричным – работа хорошего генного косметолога, но вокруг глаз лежала тень глубочайшей усталости, которую не стереть никакими процедурами.

–«Призрак», – сказал незнакомец. Его голос был ровным, без эмоций.

–У меня нет имени, – отрезал Касс. – И ты его уже использовал. Говори, что везешь и куда. Быстро.

–Меня зовут Айрик. Я – логист. Мне нужен провод через Разлом. На восток, в сектор «Ветры». Двое пассажиров. Живой груз.

–Люди – не груз. Они – проблема. Отказываюсь.

–Это не вопрос, – Айрик чуть наклонился вперёд. – Это последний шанс. Для всех. Смотри.

Он положил на стол ещё один планшет. На нём были две фотографии. Женщина лет тридцати, строгое интеллигентное лицо, короткие волосы. И мальчик, лет девяти, с огромными, слишком спокойными глазами.

–Айлин Сорет, – тихо сказал Айрик. – Бывший квантовый биолог Института Конвергенции. В розыске по статье «Кибер-ересь» и «Распространение деструктивных мемов». Она – пакет номер один.

–А мальчик? – Касс почувствовал, как по спине пробежал холодок. Взгляд ребёнка был пугающе взрослым.

–Лев. Пакет номер два. Из поселения «Рассвет». Тот самый, что выжил после… зачистки.

Касс медленно откинулся на спинку стула. «Рассвет». То самое поселение группы «Возрождение», данные по которому он пытался анализировать на «Зеркале». Которое было официально расформировано. Говорили, из-за эпидемии. Но в отчётах пахло ложью за километр.

–Ты везешь учёную-предательницу и ребёнка-свидетеля через самое горячее пекло на континенте, – Касс гово⁸рил почти шёпотом. – Кто ты на самом деле? Миссионер? Гуманист-самоубийца?

–Я – тот, кто знает, что было на «Зеркале» на самом деле, – глаза Айрика вспыхнули на миг лихорадочным блеском. – И тот, кто знает, что Айлин везёт в голове не данные. Она везёт ответ. А мальчик… мальчик – ключ. И если они не дойдут, следующая фаза войны начнётся не с выстрелов. С чего-то похуже.

Внезапно, без всякого перехода, Касс увидел. Не глазами. Его сломанный имплант «Хаос», тот самый, что медленно убивал его, дал сбой – или, как он давно подозревал, показал правду. Вокруг Айрика не было обычного мутного энергетического шлейфа, как у всех людей. От него расходились чёткие, прямые, алые линии, как лучи на схеме. Они тянулись сквозь стены, в потолок, на восток, к Чащобам, и на запад, к огням Крепости. Этот человек был не логистом. Он был узлом. Живой антенной в чужой, непонятной сети.

И в тот же миг снаружи, сквозь грязные стёкла, пробился луч яркого белого света. Он резал темноту, выхватывая клубы пыли. Потом второй. Третий.

Прожектора.

Из динамика под потолком рявкнул искажённый голос Гектора:

–«Киберус»! Всем на пол! Проверка!

В таверне на секунду воцарилась мёртвая тишина. Потом её взорвал звук ломающейся мебели, крики и грохот опрокидываемых столов. Айрик схватил Касса за запястье. Его хватка была холодной и сильной, как тиски.

–Ты принял груз, когда посмотрел на снимок, – прошипел он. – Твой выбор был между медленной смертью и шансом. Ты выбрал шанс. Теперь веди.

Дверь «Ржавого Клапана» с треском отлетела с петель, и в проёме, залитые слепящим светом, выросли три силуэта в чёрной, обтекаемой броне с синими светодиодными полосами. «Киберус». Прямоходы Крепости.

Касс вздохнул. Он посмотрел на стакан с недопитым виски, на паникующую толпу, на алые линии, пульсирующие вокруг Айрика. Где-то в горле встал знакомый горький ком.

Правила действительно кончились.

Он рванулся с места, не к чёрному ходу – его уже бы заблокировали, – а к старой, заваренной наглухо вентиляционной шахте за стойкой. Одним точным ударом механической левой руки он выбил решётку.

–За мной! – бросил он через плечо. – И если твой «пакет» не бежит быстрее смерти – мы все уже трупы.

Холодный ветер с Разлома ворвался в таверну, неся с собой запах окисленной стали и далёких гроз. Погоня началась.

ГЛАВА 2. ПРОТОКОЛ «МОЛЧАНИЕ»

Часть 1: Метка

Сканирующий синий луч из визора солдата «Киберуса» был не просто светом. Это был крик в эфире. Кричащий пакет данных: координаты, тепловые отпечатки, спектральный анализ био-поля.

Касс, таща за собой Айрика под руку, нырнул в зияющий люк старого вентиляционного коллектора. В последний миг, прежде чем ржавая крышка захлопнулась за ними, он оглянулся. Тот солдат не бежал за ними. Он стоял, как монолит, его шлем повернут в их сторону. Из щелевидного визора исходил тот самый ровный, не моргающий луч. Он не освещал – он прошивал пространство, оставляя в воздухе невидимый глазу, но для сенсоров яркий как маяк, след.

– Пометил нас, – хрипло выдохнул Касс, спотыкаясь в темноте. В горле встал ком от бешенства и… страха. Профессионального, холодного страха. Его знали.

– Спутниковая привязка, – тут же отозвался Айрик, его голос в подземелье звучал странно звонко. – Теперь мы у них на карте в реальном времени.

– Заткнись и беги. Налево.

Луч солдата был нервным импульсом. И этот импульс, преодолев сорок километров по защищенным квантовым каналам, был принят, обработан и отображен в виде пульсирующей красной точки на идеально черном экране.

Часть 2: Операционный центр «Киберус»

Тишина в Операционном зале «Киберус» была не отсутствием звука, а его инверсией. Её создавали: едва слышный гул криоохладителей серверов, щелчки тактовых генераторов и монотонный, андрогинный голос ИИ-диспетчера, озвучивающего каждое изменение на карте.

«Нарушение периметра. Сектор 7-Дельта. Координаты подтверждены. Цели: три тепловых сигнатура. Один соответствует профилю «Призрак» (Валериан, Касс). Идентификация: 94.7%. Биометрический резонанс: аномален».

В центре зала, перед панорамным экраном, размером со стену, стоял командор Элиан. Он не сидел. Сидение подразумевало расслабленность. Он был на посту.

На нем была не броня, а темно-серый китель с идеальными стрелками, без единой складки. На груди – ряд минималистичных значков: не ордена, а пиктограммы завершенных операций. «Зачистка. Изоляция. Стерилизация». Его лицо было бледным, почти восковым под холодным светом голограмм, с жесткими, будто высеченными из камня чертами. Только глаза – очень светлые, серые, как лед на стали – двигались, следя за данными.

На экране пульсировала красная точка. Рядом текли столбцы данных: частота сердечных сокращений (повышена у двух целей), состав выдыхаемого воздуха (следы стресс-ферментов), уровень фонового пси-излучения (красный, критический порог, особенно вокруг цели «Лев»).

Элиан не повысил голоса. Он его даже не изменил.

–Диспетчер. Углубить анализ цели «Лев». Сравнить пси-отпечаток с архивом инцидента «Зеркало».

«Выполняю. Совпадение: 99.3%. Отпечаток идентичен аномальному паттерну, зафиксированному за 11 секунд до потери связи. Классификация: носитель «Тишины». Уровень угрозы: «Критический».

Элиан почти неуловимо сжал челюсть.В его височной артерии дрогнул пульс.

–«Тишина». Они принесли её к нашим стенам.

Его взгляд на секунду оторвался от экрана и упал на единственный личный предмет в стерильном пространстве – на тонкую цифровую рамку, вмонтированную в поверхность консоли. В ней, за стеклом, медленно менялись изображения. Мальчик. Улыбка. Школа. Потом – та же улыбка, но на фоне белых больничных стен. Потом – лицо, неподвижное, с закрытыми глазами, к которому были подключены трубки и провода. Сын. Код диагноза: «Синдром пост-резонансного коллапса». Медицинское название для того, что произошло с детьми в школе «Гармония» после первого, спонтанного пси-выброса из Чащоб. Они не умерли. Они просто… отключились. Ушли в «Тишину».

Элиан снова посмотрел на пульсирующую точку. Теперь это была не просто цель. Это был переносчик чумы. Вирус, который мог украсть ещё тысячи умов, обратить их в тихие, пустые сосуды.

– Майор Кроу, – произнес Элиан, не оборачиваясь.

Из тени за его спиной вышел человек в полной лёгкой броне«Киберуса». Его лицо было скрыто за затемнённым шлемом, но осанка говорила о привычке к мгновенному повиновению.

–Командор.