Вив Дэниэлс – Только ты (ЛП) (страница 20)

Девушка закатила глаза.

— Не моя вина, что ты заранее всё не продумал, Кингсли. Может, это послужит тебе уроком, и ты поймешь, что не являешься центром вселенной.

Я встала между ними. Нет необходимости устраивать ядерные разборки. Благодаря матери я научилась разруливать подобные ситуации так, чтобы каждый получал желаемое.

— Элейн, трудность в том, что я работаю по четвергам и пятницам, поэтому единственное время, которое мы можем проводить в лаборатории, это вечера с понедельника по среду. Я уверена, что мы сможем составить расписание, по которому нам всем удастся к сроку закончить наши проекты.

— Ой, да ладно. Раз уж постелила постель рядом с этим парнем, то и лежи в ней. Я предупреждала тебя, что от него не стоит ждать ничего хорошего. Любой человек, обладающий хотя бы толикой разума, знает, что для завершения проекта необходима лаборатория и оборудование, которые нужно бронировать заранее. Кингсли же считает, что он выше всех правил.

Откуда она могла знать, какое именно оборудование нам нужно? Похоже паранойя Дилана небеспочвенна.

— Элейн, серьезно, — произнес Дилан, — будь выше этого.

— Да пошел ты, — снисходительно ответила девушка и, развернувшись на каблуках, умчалась прочь.

Во взгляде Дилана я прочитала явное желание вновь ударить по стене.

— Похоже, у этой девушки проблемы, — сказала я ему. — Что именно ты ей сделал?

— Я же уже говорил тебе, в первый год обучения я выиграл соревнования первокурсников.

— Она ненавидит тебя, — скептически заметила я. — Это не просто соперничество. Она на самом деле тебя ненавидит.

— Да. — Он пожал плечами. — Как ты могла заметить, у нее проблемы.

Я покачала головой. Что-то не сходилось.

— Ты уверен, что всё дело в ее проигрыше? Ты не задушил ее котенка, не пролил вино на ее шелковое платье, не переспал с ней и после этого не перезвонил?

— Нет! — произнес Дилан и замолчал на пару секунд. — Но на первом курсе я переспал с ее соседкой по комнате.

Я уставилась на парня.

— Ты что?

— Переспал с ее соседкой. Два года назад. Осенью. — У Дилана был раскаивающийся вид. — Она была первой из трех.

Я ударила его по руке.

— Дилан!

Он отшатнулся.

— Что? Мне было восемнадцать. Я был первокурсником, которому только что разбили сердце… — произнес парень, а после махнул рукой. — Впрочем, ты и так всё знаешь. — Он опустил голову и вновь заговорил: — Я совершил ошибку, Тесс. Разве с тобой такого не случалось?

— Случалось. — Моя ошибка заключается в том, что за два года я так и не перезвонила Дилану, разбила ему сердце и позволила уйти.

Но опрометчивый поступок соседки Элейн, которая два года назад переспала с Диланом, никак не оправдывал саму Элейн, устраивающую сейчас саботаж нашему проекту. Даже если она и разозлилась на Дилана, что само по себе было нелепо, я ей ничего плохого не делала.

— Да уж, — проворчал он, — твоя ошибка в том, что ты выбрала меня своим партнером. Не могу поверить, что из-за меня мы облажаемся.

Возможно, партнерство с Диланом в конечном итоге и обернется для меня крахом, но это случится не из-за грубых махинаций Элейн. И вообще, она и понятия не имеет, с кем связалась. Я всю жизнь сталкивалась с людьми, которые не желали мне успеха. Если Тесс Макманн и облажается, то только на своих чертовых условиях. Если бы я позволила отцу взять над собой верх, то никогда в жизни не стала бы студенткой Кантонского университета.

— Дилан, без боя мы не сдадимся. Элейн не является хозяйкой лаборатории. Я передвину свои смены в «Верде» на начало недели. Зарезервируем лабораторию на четверг и пятницу. Если понадобиться, будем приезжать к шести утра.

— Но тебе нужны вечерние смены по пятницам. В эти дни ты зарабатываешь больше чаевых.

Он обратил и на это внимание.

— Всё будет нормально. Если мы выиграем, я не пропаду.

— А если мы не победим? — спросил Дилан, покачав головой.

— Буду разбираться с этим позже, — ответила я, пожав плечами.

Дилан одарил меня проницательным взглядом своих глубоких светло-голубых глаз.

— Ты чудо, Тесс. Ты знаешь об этом?

— Дай ручку, — коротко произнесла я, пытаясь не окунуться в радость от произнесенных им слов, — я отмечу наши дни в расписании.

— Я серьезно. Я же знаю настоящую причину, по которой ты одалживала мой учебник. Вообще-то, я очень умный парень.

— Точно, — сказала я, сосредоточившись на заполнение граф. — Так вот почему в последнее время ты оставлял мне большие чаевые?

— До тех пор, пока ты будешь одалживать у меня учебник, я буду их оставлять, — пошутил он. — Мне не нравятся, оставленные тобой стикеры.

Я посмотрела на него с серьезным выражением на лице.

— Я не хочу, чтобы ты давал мне денег, Дилан. И я не хочу, чтобы ты заставлял оставлять деньги издевающихся надо мной придурков, — произнесла я и вновь вернулась к заполнению граф.

Тесс Макманн и Дилан Кингсли. Тесс Макманн и Дилан Кингсли. Дилан Кингсли и Тесс Макманн, поменяла я местами наши имена. Кингсли / Макманн. Тесс + Дилан.

А вот последнюю запись я уж точно не собираюсь делать.

— Эти придурки не заслуживают денег так, как заслуживаешь их ты, мирясь с их дерьмом, — тихо проговорил он. Дилан сместился и оказался позади меня. Его голос перешел в шепот. Моя ручка застыла в воздухе.

— Перестань, — прошептала я.

— Почему? — Он стоял слишком близко. От его тела волнами исходил жар. Его дыхание шевелило волоски на моей шее.

— Ты знаешь почему. — Я ненадолго прикрыла глаза, стараясь утихомирить ожившее желание. Если мне удастся сосредоточиться на дыхание, если я смогу думать о чем-то другом — об уроках, погоде, о странном звуке, временами раздающемся в двигателе моей машины — всё пройдет. Я не хочу набрасываться на Дилана. Я могу быть лучше своих родителей. Я смогу преодолеть свое влечение.

— Да, знаю. — Дилан отступил назад, и я вздохнула с облегчением. Когда я обернулась и сосредоточила на нем свой взгляд, он достал свой телефон и забил новое расписание в календарь. — Мне пора на лекцию, — произнес он, не поднимая глаз. — Я вышлю тебе новое расписание, чтобы оно было у нас обоих.

— Ладно.

— Если захочешь, можем встретиться позже и разработать план нападения, — предложил он, наконец подняв голову. — Как бы там ни было, не похоже, чтобы у нас имелись другие планы на вечер.

— Хорошо.

— У меня? В полшестого? Я приготовлю ужин.

— Ладно, — на автомате снова повторила я. Не понимаю, зачем я согласилась. Мне следовало быть умнее. Я должна была догадаться, что за этим последует.

Нам обоим следовало.

******

Тем же вечером, когда я подъехала к корпусу Свифта и оказалась возле квартиры под номером 202, до меня донесся аромат приготовленной Диланом еды. К тому времени как он открыл дверь, я уже изошлась слюной.

И его внешний вид не облегчил моего состояния. Контактные линзы исчезли, глаза вновь спрятались за стеклами очков, волосы, небрежно свисающие на лоб, были влажными и спутанными. На парне красовались джинсы и футболка, и он был босой. Он мог быть моим. Всё это время он мог быть моим, но я сама оставила его.

— Входи, — произнес Дилан. — Я только что из душа. Ходил в тренажерный зал.

Расскажи мне больше об этом душе, подумала я, перешагивая через порог. Его визиты в тренажерный зал были очевидны. Сквозь узкую футболку четко проступали мышцы на руках и груди, в который раз послужившие мне напоминанием того, что, несмотря на очки и взлохмаченные волосы, я больше не имела дело с восемнадцатилетним юнцом.

— Что готовишь?

Он улыбнулся и чуть ли не понесся в кухоньку.

— Надеюсь, тебе понравится. Греческие креветки с сыром Фета и помидорами.

— Я люблю Фету и помидоры. И креветки. С гренками.

— Я тоже, — произнес он. — Прошлым летом мы с семьей ездили в Грецию, и с тех пор я подсел на греческую кухню. — Дилан схватил бутылку вина и изящно мне ее преподнёс. — Когда-нибудь пробовала рецину?²⁰

— Нет, — ответила я. — Я не особо употребляю спиртное.