Витта Ред – Брат моего мужа (страница 7)

Той ночью на балу я перешагнула черту. И теперь мне придется идти до конца.

Глава 5. Невыносимая близость

Проходит три дня, и я учусь жить с этой тайной.

Утро начинается одинаково. Я просыпаюсь в шесть, пока Максим еще спит, бесшумно выбираюсь из кровати и иду на кухню. Варю кофе, готовлю завтрак, накрываю на стол. Мои движения отточены до автоматизма, как у машины. Тональный крем ложится на скулу плотным слоем – синяк еще не прошел, но под макияжем почти не заметно.

Артем выходит к завтраку ровно в восемь. Каждый раз я чувствую его приближение за несколько секунд до того, как он появляется в дверях. Слышу шаги, чувствую запах его геля для душа – свежий, с нотками мяты и чего-то древесного. Сердце начинает биться быстрее, но я держу лицо. Заставляю себя смотреть на него как на чужого человека.

– Доброе утро, – говорит он, садясь за стол.

– Доброе утро, – отвечаю я ровно.

Максим уже сидит во главе стола, листая новости в планшете. Он не поднимает головы, только бросает:

– Кофе.

Я наливаю ему чашку. Потом наливаю Артему. Когда я ставлю чашку перед ним, наши пальцы почти касаются. Я отдергиваю руку быстрее, чем успеваю подумать. Артем смотрит на меня, но ничего не говорит.

Завтрак проходит в молчании. Максим жует, не отрываясь от экрана. Артем ест неторопливо, иногда поднимает глаза и смотрит на меня. Я чувствую эти взгляды кожей, но не отвечаю. Не могу. Если я посмотрю на него, Максим заметит. Он всегда замечает то, что ему нужно заметить.

После завтрака Максим уходит в душ, потом в кабинет. Я мою посуду и слышу, как Артем подходит к кухонному проему.

– Лика.

– Не надо, – говорю я, не оборачиваясь.

– Что не надо?

– Не надо так смотреть на меня. Он заметит.

– Он ничего не замечает.

Я оборачиваюсь. Артем стоит, прислонившись к дверному косяку. На нем простая футболка и джинсы, волосы еще влажные после душа. Он выглядит так, будто сошел с обложки журнала, и от этого зрелища у меня перехватывает дыхание.

– Заметит, – повторяю я. – Он заметил засос. Он заметит твой взгляд.

– И что он сделает? Ударит тебя? – В голосе Артема звучит глухая злость. – Он уже это сделал. За то, что ты посмела быть счастливой хотя бы одну ночь.

– Артем, прошу. – Я сжимаю край раковины, чтобы руки не дрожали. – Не надо. Не сейчас.

Он молчит, потом кивает.

– Хорошо. Не сейчас.

Разворачивается и уходит.

Я остаюсь на кухне одна. Смотрю на его пустую чашку и чувствую, как внутри поднимается что-то огромное, болезненное, невыносимое. Я хочу к нему. Хочу подойти, прижаться, почувствовать его запах, его тепло. Но не могу.

Выхожу в коридор и слышу голоса из кабинета. Максим говорит по телефону. Я поднимаюсь в спальню, закрываю дверь и сажусь на пол у кровати. Обнимаю колени и просто сижу, глядя в одну точку.

Что я делаю? Что мы делаем? Эта ситуация не имеет выхода. Я жена его брата. Даже если бы я не была замужем, даже если бы Максим исчез, между нами всегда будет эта тень. Артем не сможет смотреть на меня и не вспоминать, что я принадлежала его брату. А я не смогу забыть, что предала человека, который когда-то казался для меня спасением.

В полдень Максим уезжает. Я слышу, как хлопает дверь, и выдыхаю. Теперь у меня есть несколько часов, чтобы не играть роль. Чтобы быть собой.

Спускаюсь вниз и вижу Артема. Он сидит в гостиной с книгой, но, когда я вхожу, поднимает голову.

– Уехал?

– Да.

– Хорошо. – Он откладывает книгу. – Может, поговорим?

– О чем?

– О том, что будет дальше.

Я сажусь в кресло напротив, но он встает и подходит ближе. Останавливается в шаге, смотрит сверху вниз.

– Лика, ты не можешь оставаться здесь.

– И куда я пойду?

– Ко мне. Я сниму квартиру, мы уедем, начнем все сначала.

Я смеюсь, но смех выходит горьким.

– Ты серьезно? Я его жена. У меня нет денег, нет документов, нет ничего. Он найдет меня и...

– Что? – Голос Артема становится жестче. – Что он сделает? Ударит? Убьет?

– Может быть.

– Я не позволю.

– Ты не сможешь меня защитить. – Я поднимаюсь, чтобы он не нависал надо мной. – Артем, я знаю его лучше, чем ты. Если мы уйдем, он не остановится. Он найдет нас, и тогда пострадаешь не только я.

Артем сжимает челюсть, желваки ходят на скулах.

– Значит, ты предлагаешь остаться? Смотреть, как он тебя калечит? Делать вид, что между нами ничего не было?

– Да, – говорю я, хотя каждое слово дается с трудом. – Именно это я и предлагаю.

– Я не смогу.

– Придется.

Он смотрит на меня, и в его глазах столько боли, что у меня сжимается сердце.

– Ты любишь его? – спрашивает он вдруг.

– Нет.

– А меня?

Я молчу. Не могу ответить на этот вопрос. Не имею права.

– Лика, – он берет меня за руку, и я не отдергиваю. – Той ночью между нами было что-то настоящее. Я знаю, ты это чувствуешь.

– Чувствую, – шепчу я.

– Тогда почему мы не можем быть вместе?

– Потому что жизнь не сказка. – Я смотрю на наши переплетенные пальцы. – Потому что есть закон, есть обязательства, есть...

– Есть страх, – перебивает он. – Ты просто боишься.

– Да. Боюсь. – Я поднимаю глаза. – Я боюсь не за себя. Я боюсь за тебя. Если Максим узнает, он убьет тебя. Не покалечит, не изобьет – убьет. Я знаю его. У него есть связи, деньги, возможности. А у тебя ничего.

Артем молчит. Потом подносит мою руку к губам и целует каждый палец.

– У меня есть ты, – говорит он тихо. – Это уже что-то.

Я закрываю глаза. Его губы обжигают кожу, и каждая клетка моего тела кричит: да, да, да. Но я заставляю себя выдернуть руку.

– Не надо. Пожалуйста, не надо.

– Хорошо, – он отступает на шаг. – Не буду.