Витта Лин – Феникс (страница 7)

Я медленно выдыхаю. Но я не могу упустить шанса выбраться отсюда.

– У меня есть условие.

– Ты считаешь, что можешь ставить мне условия?

Его губы растягиваются в улыбке, открывая идеально белые зубы.

– По-моему вполне закономерно танец за танцы. Но ты ко мне не притронешься.

– Я согласен оговорить только одно условие. Я не трахну тебя.

– И не будешь принуждать меня к минету.

– Никакого принуждения. Ты захочешь его сделать сама, кукла. Сегодня в десять вечера жду тебя у себя. А теперь покинь мой кабинет.

Я выхожу довольная, что у меня появится шанс сбежать. Хотя даже странно, что он согласился на это. Он что-то задумал? Исследовав остальную часть дома, я нашла интересное место. Коридор закончился большой комнатой без двери. Вдоль стен от пола до потолка полки с книгами. В центре стоит мягкий диван и два кресла. В углах высокие растения с широкими листьями. Это место напомнило джунгли. Большое окно смотрит на деревья. Очень уютно. Я подхожу к полке и ищу книгу для себя, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о вечере. Наконец нахожу детектив и устраиваюсь на диване. Сюжет захватывает всё моё внимание. И только через несколько часов меня окликает Анна, приглашая на ужин.

За столом меня ждёт неприятный сюрприз в виде Аманды. Мужчин нет.

– Добрый вечер. Мы будем вдвоём? – Я пытаюсь проявить вежливость.

– А тебе нужно внимание всех мужчин в доме, чтобы поесть?

Судя по язвительной интонации, Аманда мне не очень-то и рада.

– Я лишь спросила.

– Да, мы будем вдвоём, никто не собирается тебя здесь развлекать.

Не знаю, что не так с этой девушкой, но похоже она думает, что я как-то оскорблюсь. Наивная.

– Однако ты за столом со мной. Раз все уехали, а ты нет, разве ты здесь не для того, чтобы я не скучала?

– Я член семьи. А ты никто!

Я вспоминаю сцену у дверей кабинета, понятно даже слепому, что она не от пончиков рот вытирала.

– Ты родственница и при этом спишь с Морелло? Да что вы за извращенцы такие?

– Глупышка. Я не родственница. А любовница.

Что с эти мужиком не так? Есть тот, кто будет вытанцовывать на нём хоть три раза в день, но надо было именно на мне зациклиться.

– А не могла бы ты получше справляться со своими обязанностями?

Я забираю тарелку и ухожу есть в комнату. Аманда что-то отвечает мне в спину, но похоже это было не на английском. Я не поняла ни слова.

Вечером Анна приносит мне несколько пакетов. И я знаю, что в одном из них наряд для моих вечерних танцев, но что в остальных? В одном я нахожу пижаму – шёлковые шортики и майка, несколько комплектов обычного белья. В другом лежат джинсы, футболки. Он правда рассчитывает, что я здесь надолго? Остаётся последний пакет. Я боюсь увидеть там что-нибудь максимально развратное. Не хотелось бы провоцировать это животное, хоть он и обещал, что не возьмёт меня силой. Я двумя пальчиками разворачиваю бумагу и достаю чёрное боди.

– Твою мать!

Глубокий вырез декольте, закрытая спина, зато на попе сужается до тонкой полоски. Спасибо хоть не кружево. Переодеваюсь в этот кусочек ткани. Такое чувство, что голая. Лифчик под него не надеть, будет давить и мешать. Поэтому сквозь чёрную тонкую ткань проступают соски. Делаю пару танцевальных движений, чтобы понять комфортность. Но тут же понимаю, что нужно быть аккуратнее, так как зона бикини прикрыта довольно декоративно. Ровно в 22 часа я выхожу из комнаты и добегаю несколько метров до спальни Дерека, пока никто меня не заметил активно стучу. Дверь распахивается и на пороге меня встречает полуголый Морелло. Точнее всё, что на нём сейчас есть – это полотенце, прикрывающее бёдра.

– Заходи, – его низкий и немного насмешливый голос не добавляет мне уверенности. Я делаю шаг внутрь, и мужчина тут же закрывает за мной дверь. Дерек проходит к дальней стене, нажимает пару кнопок на музыкальной станции и садится на банкетку в основании кровати. Он откидывается назад и ставит локти на постель.

– Музыка играет. Я готов. Приступай, – командует словно король.

Я несмело иду в центр комнаты, пытаюсь уловить ритм музыки. Он выбрал довольно медленную композицию и честно говоря, она придаёт слишком много похоти моменту. Стараясь двигаться плавно, но не вызывающе, я закрываю глаза и отдаюсь музыке. К чувственным низким нотам фортепиано добавляется саксофон. Я сосредотачиваюсь на звуках. Тело само несёт меня в импровизации. На мгновения я забываю, где я, о всех проблемах, о боли, о злости. Обо всём. Есть только я и музыка. Я снова в своей стихии. Привычные движения возвращают мне чувство безопасности, как будто я репетирую у себя дома.

Но этот миг заканчивается, когда моей талии касается рука, а затем я спиной чувствую голую мужскую грудь.

Глава 6

Алиса Реброва

Я замираю, глубоко дышу, отчего моя грудь высоко поднимается. Я не хочу открывать глаза и возвращаться в реальность. Просто стою, вдыхая запах кожи, леса и табака и слушая музыку. Его руки обвивают моё тело, но я никак не отвечаю. Я не реагирую на то, что мне в попу упирается его возбуждение. Так же остаётся без внимания то, как он ведёт губами по моей шее, плечу. Когда Дерек проводит ладонью по моей груди, тело впервые даёт реакцию на его прикосновения. Мне приятно. И это осознание меня выдёргивает в реальность. Я распахиваю глаза и отхожу в сторону, выворачиваясь из его объятий. Морелло меня не удерживает. Мы просто стоим и смотрим друг другу в глаза. Как только мелодия заканчивается я срываюсь с места и убегаю в комнату. С остервенением срывая с себя боди я встаю под прохладные струи воды в душе.

Дерек Морелло

Хлопок двери приводит меня в чувство. Впервые я был так заворожен грацией женщины. То, как она изгибалась было не пошло, не вульгарно и совершенно не напоминало её танец там в клубе. Но сдерживать себя я даже не собирался. Когда Алиса остановилось мне до зуда в пальцах захотелось её коснуться. Её округлые ягодицы, красивые бёдра заставили мой член напрячься ещё в середине её танца. Не знаю, как мне хватило сил позволить ей сбежать, в то время как мой внутренний зверь уже видел её голой, распятой подо мной.

Мне нужно потрахаться. Немедленно. Я уже тянусь к телефону, чтобы написать Аманде, но в последний момент понимаю, что она собьёт настрой несмотря на то, что она очень изобретательна в постели. Срываю полотенце и иду в ванную. Стоя под душем, я закрываю глаза и вспоминаю изгибы тела этой русской. Чертовка! Возбуждение смешивается со злостью. Мне ещё никогда не отказывали. Никто. Наивные девочки пытались набивать себе цену, изображая, что они «не такие», но все они в итоге оказывались на коленях между моих ног. Обхватываю член, который уже пульсирует от желания оказаться внутри Алисы. Я дрочу как малолетка, чего не делал уже кучу лет. Но образы в голове только сильнее подстёгивают меня. Ускоряю движение руки пока со стоном не кончаю. Сперма заливает стену душевой, но легче не становится. Опираюсь обеими руками в стену, включаю тропический душ и просто стою, в ожидании, когда вода принесёт мне успокоение. Хочу, чтобы русская пришла ко мне сама. Хочу, чтобы она пришла и молила её трахнуть. Чтобы она стонала, кричала и царапалась, пока я буду выбивать из неё всю принципиальность. Сжимаю челюсти до скрежета зубов. Я поимею тебя, девочка! Рано или поздно.

С этими мыслями выхожу из душа, вытираюсь и ложусь в постель. У меня до хрена проблем с испанцами, и то, что ей так сложно не ебать мне мозг, а просто раздвинуть ноги, бесит. Ворочаюсь в кровати до двух часов ночи. Только начинаю засыпать, когда снова слышу знакомые крики.

– Блять!

Накинув халат иду в комнату Ребровой. Она снова мечется по постели, что-то выкрикивая, сквозь слёзы. Сажусь на кровать и беру её за руку.

– Алиса, просыпайся, тебе снится кошмар. Это всего лишь сон.

Она не открывает глаз, но при звуке моего голоса, уже не кричит, а лишь всхлипывает. С тяжёлым вздохом беру её на руки и несу к себе в спальню. Сегодня она решила одеться, хах. Трусики и футболка явно лишние на её теле. Кладу её на свою постель. Глядя на её податливое тело разметавшиеся по подушке волосы, собираю всю свою силу воли, чтобы не воспользоваться моментом Всхлипы становятся всё тише и реже. Удивительный характер. Редко встретишь женщину и уж тем более молодую девушку не из мафиозного мира, которая, пережив личную боль, увидев убийство продолжает бороться за себя. Многие бы сломались. Провожу по её губам большим пальцем. Пухлые, мягкие. Из её рта вырывается тёплый выдох. Сжимая челюсти, заставляю себя раздеться и лечь.

Просыпаюсь как по будильнику в шесть утра. Посмотрев на безмятежное лицо Алисы иду мыться, одеваюсь и покидаю спальню. Хотелось бы, конечно, увидеть ей реакцию, когда она проснётся в моей спальне, но увы, работа не ждёт.

После завтрака собираю совещание. Томас – мой консильери, иначе говоря, мой советник, приходит первым. Ему уже за сорок, но его дальновидность и умение просчитывать ходы много раз спасали меня, когда мне внезапно пришлось взять управление бизнесом на себя. Отец продумал как сбежать и предать свою семью, но не учёл, что мне 22-летнему, тогда ещё солдату, нужно будет выгрызать себе место под солнцем. За эти восемь лет я закалился как никогда. Наконец собрались все.

– Джей, что по испанцам?