Виталий Зыков – Великие Спящие – 2 (страница 4)

И вот, когда он привык к безнаказанности и окончательно расслабился, Ларет — некогда слуга в нолдском посольстве в Старом Гиварте, а теперь мелкий служка во Дворце Закона — приносит весть об интересе к личности Сяо Гана со стороны Шиповников. Мало того, на следующий день новость получила подтверждение: миссионер от Храма Владыки во время утренней прогулки заметил за собой слежку. Угрюмый здоровяк в нелепо сидящем гражданском платье ходил за ним как привязанный, едва ли не дыша в затылок. И что самое главное, он даже не пытался скрыть свой интерес. То ли ошалев от наглости, то ли банально не обладая необходимыми навыками. Для Сяо Гуна, прошедшего школу агентов Чиро Кунише, подобный непрофессионализм показался даже несколько оскорбительным.

Он что, не достоит внимания со стороны Наказующих, раз к нему подобных дуболомов приставляют⁈ Или это одно из следствий маленькой гражданской войны, нарушившей отлаженный механизм государственной машины? Сяо Ган не знал ответа, однако был безумно рад тому факту, что интерес к нему возник уже после того, как на Нолде побывал Владыка! От мысли, что по вине посланника первосвященника Гарука и агента Чиро Кунише, пусть даже косвенной, мог как-то пострадать император Сардуора, у Сяо Гана всё холодело внутри…

Хотя всё-таки как же удивительно, что он смог лично пообщаться с Владыкой. И главное где — в сердце Нолда! Дома даже издали своего бога редко видел, а на чужбине сподобился. До сих пор голова кругом идёт. Впрочем, он ещё ничего, взятый на встречу с Владыкой Ларет до сих пор из восторженного ступора не вышел. Итоги контакта фанатика с императором Сардуора оказался чрезвычайно разрушительными. Что будет, когда до него дойдут слухи о гибели Архимага — великого Архимага, прославленного главы всех Истинных — от руки Владыки, Сяо Ган отказывался даже представить…

Тем не менее, главная проблема Сяо Гана сейчас была связана прежде всего с внезапной слежкой. Потому как если в обычные дни он не слишком бы возражал против сопровождения наглого громилы — его планам это не мешало, то именно сегодня он собирался проповедовать на одной частной квартире, куда захаживают не только люди творческих профессий, но и ученики магов. А последним пристальное внимания властей к их скромным персонам точно было не нужно. Так что приводить туда филёра явно не стоило.

С таким настроем Сяо Ган покинул доходный дом, где молодая община последователей Владыки снимала ему жильё, и решительно устремился на южный рынок города. Если где и можно было сбросить хвост, так это в лабиринте торговых рядов и шумном хаосе толпы.

Он не успел пройти и сотни саженей, как из первого же поворота показался знакомый дуболом и с невозмутимостью шестилапа затопал следом. Сяо Ган едва сдержался, чтобы не помахать ему рукой. Вместо этого ускорил шаг, надеясь решить вопрос с преследователем максимально быстро. Заторопился и филёр.

За четверть часа они проскочили два квартала — Сяо Ган даже запыхался. И только тогда сбавил скорость. Всё же в скором времени ему предстояло хорошенько побегать, так что сейчас имело смысл поберечь силы.

Внезапно из-за спины донёсся звук быстро приближающихся шагов. И интуиция ханьского воина заставила Сяо Гана, забыв обо всём, нырнуть в первый попавшийся проулок, а уже там припустить со всех ног. На бегу проповедник Храма Владыки бросил взгляд через плечо и увидел несущегося за ним следом здоровяка. Лицо филёра раскраснелось, со лба стекал пот, но он упрямо гнался за Сяо Ганом.

И какой только мархуз его укусил, что он решил наброситься на ханьца⁈

Сяо Ган поднажал, мысленно прикидывая свои дальнейшие действия: оторваться от преследователя, затеряться во дворах, затем окончательно запутать след на рынке и уйти на запасную квартиру… Вроде ничего сложного, но продолжающая работать интуиция настойчиво предупреждала о подвохе.

В этот момент узкая и прямая как стрела улочка вывела беглеца на небольшой пустырь, к которому прилегали несколько дворов. Всё что требовалось от Сяо Гана — это быстро пересечь открытое пространство и перемахнуть через ближайший забор, а там пусть «топтун» ищет его среди десятков хозяйственных построек!

Однако, как выяснилось, Сяо Ган слишком рано принялся праздновать победу. Внезапно под ногу ему попал вывернутый из брусчатки камень и ханец кубарем покатился по пыли. Тотчас вскочил, оглянулся и… увидел свирепо смотревшего в его сторону здоровяка с зажатой в руке хрустальной полусферой. А между ними прямо в воздухе и во всю ширину улицы золотом горели линии ловчего заклятья. Не споткнись Сяо Ган, и он обязательно попал бы в колдовскую сеть.

Ловушка⁈ Неуклюжесть филёра на деле была лишь маской? И всё, чего он хотел, это сначала увести Сяо Гана подальше от посторонних глаз, а затем спеленать чарами⁈

— Именем Совета Мастеров, приказываю тебе сдаться! — внезапно подал голос преследователь.

И ханец тотчас прекратил изображать соляной столп.

Резко посерьёзнев, он развернулся и бешеным скортом рванул по намеченному ранее пути. Перепрыгнул через забор, обежал грязный и вонючий курятник, затем с разбегу забрался на крышу какого-то сарая, перескочил ещё на амбар, перебежал на другую сторону и уже оттуда спустился на другую улицу. А там припустил что есть духу.

Он даже успел обрадоваться, тому что так удачно вырвался из лап преследователей, как перед заброшенным храмом Двуликого Орриса влетел в новую ловчую сеть. Шнуры колдовских энергий мгновенно лишили Сяо Гана подвижности, и он рухнул на брусчатку.

«Да как этот хфургов ищейка смог его обогнать-то⁈» — только и успел удивиться агент империи, как буквально в десятке шагов от него из-под заклятья Невидимости появился воин в лёгком доспехе и маске.

И уж его-то даже язык не повернулся бы назвать неуклюжим или неловким. Перед Сяо Ганом стоял Наказующий.

Проповедник тяжело вздохнул и облизал враз пересохшие губы. Кажется все его прошлые успехи напрямую действительно были связаны с дрязгами в тайных службах Нолда. И когда те закончились — ну или же определился явный победитель — за Сяо Гана взялись всерьёз.

Что ж, свой долг он исполнил. Посеял в сердцах островных мракобесов семена истинной веры, наладил агентурные каналы для нужд службы Чиро Кунише, помог самому Владыке… Хотелось бы достичь большего, но значит не судьба. И настало время уходить.

Поймав взгляд направляющегося к нему Наказующего, Сяо Ган гордо вскинул подбородок и со словами «Во славу Владыки!» активировал дремлющее у него под сердцем чары. Незаметное даже для магов плетение вспыхнуло и… в один миг сначала испепелило сердце ханьца, а затем направило в ещё не затронутые смертью энергетические каналы разъедающий всё и вся яд. Только так можно было гарантировать, что нолдские кудесники не смогут добраться до содержимого разума агента Сардуора.

Однако то ли самоубийственные чары дали сбой, то ли так и было задумано, но в миг смерти, крохотные способности Сяо Гана к волшбе внезапно выросли до вполне приличного уровня, и он обрёл способность видеть мир магии. Даже не на мгновение, а на какой-то крохотный миг, но и его вполне хватило, чтобы тускнеющие глаза первого на земле Нолда миссионера Храма Владыки увидели купол заброшенного святилища Двуликого Орриса так, как его видят маги, и разглядели истекающие со шпиля на его вершине тоненькие ручейки Силы. Белесой и омерзительной даже на вид Силы.

«Надо… сообщить… Владыке…», — мелькнула последняя мысль Сяо Гана, и его сознание, наконец, погасло.

Глава 1

Легендарная страна Ночных эльфов, долгие столетия игравшая на Торне роль одной из главных страшилок светлых рас — наряду с Запретными землями, мифической Закатной империей и не менее мифическим Некрондом — медленно умирала. Процесс этот был сложный, простому глазу незаметный, но совершенно очевидный для умеющих смотреть и думать.

Разумеется, в её лесах всё так же жили М’Ллеур, воздух дышал Силой, а древняя земля по прежнему хранила не менее древние секреты, но всё это не более, чем мишура. Потому как рана была нанесена в самое сердце государства Тёмных, и если в скором времени её не исцелить, гибель станет неотвратимой.

Южный сосед, этот рольт в овечьей шкуре, давил по всем фронтам, шаг за шагом разрушая основы государства Тёмных эльфов. Словно не замечая ожесточённого сопротивления и вовлечения в противостояние всё более могущественных сил. Порой казалось, что вернулись времена Некронда, бросавшего вызов не только древним М’Ллеур, но и легендарной Закатной империи. И пусть тогда страна некромантов проиграла, сегодня колдуны Смерти не выглядели обречёнными на поражение.

Всё дело в выбранной ими стратегии. Вместо лобовых столкновений, фронтальных ударов и попыток навязать генеральное сражение, король Тлантоса предпочитал захватывать форты на ключевых направлениях, загонять отряды М’Ллеур в «котлы» и планомерно бить по корням могущества Тёмных — по Источникам Силы. Войну это, конечно, затягивало, но в то же время с пугающей неотвратимостью вело к конечной цели — полному уничтожению эльфов Ночи. И пусть сейчас о таком пока говорить было рано, стремительно растущее число жертв среди гражданского населения и общие потери в войсках вполне себе позволяли оценить масштаб трагедии.