Виталий Зыков – Великие Спящие – 2 (страница 11)

Поле битвы оставалось за М’Ллеур. Вот только нужна ли им была такая победа?

— Минош, за мной! — севшим голосом сказал Тверен, и пока остальные пытались осмыслить случившееся, набросил на себя и Миноша чары ускорения и помчался к медленно гаснущему овалу пространственного перехода.

Фердинанд должен сегодня уйти к предкам, и если для этого маги М’Ллеур должны преследовать его в Серых Пределах, значит так тому и быть. И пусть среди присутствующих варреков к подобному готовы лишь они двое, это совсем не повод праздновать труса и отказываться исполнять свой долг. В решении ученика Тверен не сомневался ни на мгновение, и Минош не собирался разочаровывать Наставника. В серую мглу Тропы они нырнули одновременно…

Глава 2

Возвращение домой К’ирсана Кайфата после нолдской авантюры — а называть операцию по захвату жизненно важных для молодого государства секретов как-то иначе он отказывался даже мысленно — прошло вполне буднично и спокойно. Троица авантюристов на прыгающем по волнам кораблике без происшествий добрались до места встречи, пересели там на пузырь и уже в относительном комфорте — всё-таки первое воздушное судно Империи было маловато — долетели до Старого Гиварта. А там… там на тряхнувшего безрассудной стариной правителя опять навалились скучные государственные дела.

Нет, разумеется грозному Владыке пришлось выслушать немало упрёков со стороны членов ближнего круга, ошарашенных выходкой своего господина. Даже первый министр, всё ещё опасающийся лишний раз обращать на себя внимание Кайфата, и тот попенял императору на излишнюю тягу к риску. Что уж говорить про остальных, затянувших заунывную песню про обязанности монарха и долг перед народом. И ведь не поспоришь — они были правы!.. Как прав был К’ирсан, который ради одной только возможности вырваться из тупика незнания, не побоялся поставить на кон свою жизнь… и победил! А победителей не судят.

Жаль только отодвинуть прочь заботы ради вдумчивого изучения добытых материалов и последующих магических опытов, никак не получалось. Обладание ресурсами целого государства хоть и сильно расширяло возможности К’ирсана, как исследователя магической науки, но в то же время налагало на него серьёзные ограничения. Всегда есть список дел, которые никак нельзя отменить или перенести на более позднее время. Всегда есть распорядок, под который приходится подстраиваться и которому необходимо следовать.

Империя только-только завершила тяжёлую завоевательную кампанию, которая заметно ослабила страну. И теперь внимания государя требовала не только предстоящая борьба с остатками сопротивления на захваченных территориях, но и необходимость восстановления разорённых земель, борьба с голодом, разрухой, беззаконием. Спихнуть проблему подобного масштаба на советников и помощников не получится.

Пока Кайфат отсутствовал, в двух провинциях, граничащих со Стеклянной пустыней, случился мятеж. Местные барончики, не иначе как науськанные Длинноухими, вдруг решили выразить недовольство политикой императора-мага и напали на размещённые в их вотчинах гарнизоны Северной армии. Хотя восстание и удалось быстро подавить силами Шипов и клана Серебряной луны, не дав ему перерасти в нечто большее, считать вопрос закрытым К’ирсан не спешил. Расследование случившегося он взял под личный контроль, и Чиро Кунише теперь каждые три дня докладывал о результатах.

А ведь своего часа ещё ждала кипа накопившихся бумаг — прошений, писем, предложений и воззваний. Просили об аудиенции советники и придворные, именитые маги и влиятельные воины, представители сословий и цеховые старейшины, послы иностранных государств… А ещё, мархуз побери, у К’ирсана была семья, сын. И обделять их вниманием тоже было нельзя.

Впрочем седмицы через три после возвращения Кайфата в Старый Гиварт произошло нечто такое, из-за чего планы всё же пришлось менять и многое откладывать на потом. В столицу империи прибыл чрезвычайный посол Восточного Кайена и привёз предложение, от которого никак нельзя было отказаться. Торгаши из страны по ту сторону Стеклянной пустыни без военных угроз и каких-либо дипломатических усилий со стороны Кайфата вдруг изъявили желание стать частью молодого и — чего уж там скрывать — агрессивного государства. Так мало того, что они привезли предложение одним махом увеличить территорию империи почти в полтора раза, так ещё и про дары не забыли. Золото, артефакты, предметы искусства — подарков оказался целый грузовой пузырь.

Всё это было настолько хорошо, что даже ответные просьбы хозяев Восточного Кайена не показались чрезмерными. Торгаши, слишком увлёкшиеся помощью повстанцам в Пяти королевствах и теперь потерявшие доступ на тамошние рынки, жаждали защиты от гнева Перворождённых, мечтали об участии в восстановлении земель бывшего Харна и очень хотели равных прав с имперцами во внутренней торговле. Отвечать отказом на подобное предложение было бы совершеннейшей глупостью, вот К’ирсан и не стал совершать подобных ошибок.

Разве что спросил у посла, внезапно:

— А вы уверены, что назвали все причины, побудившие вас пойти на столь сложный и… необратимый шаг?

Намёк на неприятие самой идеи возможного разрыва заключённых договорённостей прозвучал достаточно угрожающе, но гость из Восточного Кайена сделал вид, будто и не заметил этого предупреждения.

— Ваша императорское величество, ваша проницательность может соперничать лишь с вашим могуществом! — с поклоном ответил посол и с немного натянутой улыбкой продолжил: — Богатство Восточного Кайена известно далеко за пределами Сардуора. И пусть наше государство не столь влиятельно как Джуга или любая другая страна Протектората, свою славу оно заслужило… Однако, там где достаток, там и зависть, желание разбогатеть за чужой счёт. Ранее мы справлялись с угрозами своими силами, вербуя наёмников… — Посол замолчал.

— И что же изменилось? — уточнил Кайфат.

Посол впервые за весь разговор посмотрел прямо в глаза К’ирсана.

— Появился молодой, влиятельный политик, огнём и мечом расширяющий границы своего молодого государства. И если сегодня проигнорировать его устремления, то завтра или послезавтра — не важно когда именно — Восточный Кайен станет его следующей целью… Собственно, чтобы понять это не надо быть политиком, достаточно посмотреть на карту.

Гость из Восточного Кайена неловко, даже как-то заискивающе улыбнулся.

К’ирсану на это ничего не оставалось, кроме как кивнуть с каменным выражением лица. Хорошо когда ближайшие соседи настолько высоко оценивают твои способности. Выше, чем оцениваешь их ты сам!..

Организацией торжественной церемонии по присоединению Восточного Кайена к империи Сардуор — или воссоединению Западного и Восточного Кайена, отношение к происходящему зависело от точки зрения — занялся Курас грасс Суом. Лидер партии роялистов взялся за дело с пылом неофита, дорвавшегося до настоящего дела. Аннексия юга Зарока и Саурмы, завоевание Харна — ничто не отмечалось столь же пышно, как вхождение Восточного Кайена в состав Империи Сардуор. Поначалу К’ирсан планировал участвовать в подготовке к торжествам наравне с Курасом, но чем больше вникал в вопрос, тем меньше ему хотелось этим заниматься. Выбор места проведения мероприятия, составление списка гостей и списка выступающих, работа с пропагандистами Мигуля Шесть струн и проповедниками Гарука — вот лишь малая часть забот организаторов. Забот очень важных и, вместе с тем, абсолютно не интересных для Кайфата.

И в какой-то момент он попросту отошёл в тень, самоустранился, вернувшись к привычным делам императора-мага. Точнее делу — старому, немного подзабытому, но внезапно всплывшему на поверхность именно в связи с появлением посольства Восточного Кайена.

Речь идёт о странноватой истории с попыткой ограбления королевской сокровищницы змееногом. И пусть с порождением Бездны К’ирсан разобрался сразу, причины его самоубийственной попытки ограбления оставались невыясненными. Да, император поручил Канду докопаться до истины, но особых иллюзий на этот счёт не питал. Сложно найти то, не знаешь чего, особенно когда и без того полно других обязанностей.

Но Кайфат недооценил способности Канда. Его упёртость и умение нестандартно мыслить. Рырга знает, как он до этого дошёл, но в одной из ножек кресла старинной работы молодой маг обнаружил непонятного назначения сферу. Белую, немного неровную и даже бугристую, на ощупь похожую на кость, и лишённую характерной для артефактов магической ауры. Какое-то время Канд пытался разобраться с ней самостоятельно, рассчитывая вручить Владыке не только свою находку, но и ответы на неизбежные вопросы. Однако, несмотря на все старания, потерпел фиаско. И сразу по возвращению К’ирсана с Нолда передал сферу своему Наставнику.

Находка Кайфата заинтересовала. И он честно потратил несколько часов на попытки разгадать её секрет. Но разыскиваемая змееногом вещица оказалась крепким орешком, и в конце концов Владыка тоже сдался, отложив её до лучших времён.

Наверное, загадочная сфера так и валялась бы в хранилище артефактов среди зачарованных предметов всех размеров и форм — всеми забытая и никому не нужная, если бы посол Восточного Кайена уже под конец переговоров вдруг не поднял тему Ордена Памяти. Как оказалось, разведка торгашей пристально следила не только за военными успехами правителя молодой империи, но и за тем, какие решения тот принимает во внутренней политике. Поэтому странная нелюбовь К’ирсана Кайфата к жрецам Орриса, особенно творящих обряды в старых храмах времён постройки ещё до Принятия Скипетра, не могла укрыться от их глаз. И мастера тайной войны начали расследование… Расследование, которое закончилось штурмом тайного молельного дома и полноценной битвой с жаждущими смерти фанатиками. О жертвах сторон посол умолчал, зато передал К’ирсану в дар ещё один костяной шар. Чуть меньшего размера, но в остальном, как выяснилось позже, почти идентичный уже имевшемуся у Кайфата. Что это и для чего нужно гость с восточного побережья не имел ни малейшего понятия, однако из допросов пленных знал, что вещь эта весьма ценная и важная для иерархов Ордена Памяти. А значит… вполне достойная стать подарком для императора-мага.