Виталий Зыков – Малк. И когда ты ее нашел (страница 76)

Мало того, одновременно с всплеском чувств жреца усилились и запахи. Зловоние крови и гнили теперь не просто витало в воздухе, оно вытесняло все прочие ароматы. И не было тому конца и края.

— Клятва, клятва… Клятва!!! — Жрец больше не мог сопротивляться распирающим его эмоциям и захохотал в голос, переходя от густого баса до тонкого визга и обратно.

От одного звучания его смеха по спине Малка принялись маршировать легионы мурашек, а волосы на голове словно бы зашевелились. Уже догадываясь, что в храм он заглянул, возможно, в самый неудачный день своей жизни, Малк принялся медленно пятиться к двери.

Это явно рассердило милес Драго. Иначе почему бы тот вдруг резко замолчал и вперил в него тяжелый взгляд?

— Кстати, милес Драго, а вы как, успешно прорвались в зеленый ранг? — неестественно спокойным голосом спросил Малк, чтобы хоть как-то заполнить повисшую паузу. — Вы ведь этим последнее время занимались, готовились к прорыву? — Чувствуя, как пересохли губы, он торопливо их облизал и добавил: — На моем уровне ритуал выглядит устрашающе, а каково это в ранге Бакалавра, даже боюсь представить… Как и то, насколько возрастает опасность неудачи…

Он уже приготовился рвануть к двери, однако милес Драго его опередил. Бакалавр внезапно вытянул в сторону выхода обе руки, и из раскрытых ладоней ударил поток сырой, смердящей не холодной Смертью, а теплой и вонючей гнилью Силы. Несмотря на то что магия жреца получилась какой-то расфокусированной, лишенной цельности, а отголоски использованной Власти максимум соответствовали оранжевому рангу, створки захлопнулись, а засов с лязгом встал на свое место.

— О да-а-а!!! Я прорвался… И успешно, очень успешно!!! — снова зашелся в безумном смехе милес Драго.

Малк же, чей побег сорвался, по дуге отступил к противоположной от жреца стене. Туда, где некогда пылилась старая, поблекшая от времени картина по какому-то сюжету из Послания Потомкам, а теперь… теперь блестела свежими красками ее точная копия.

— Если успешно, это хорошо! — криво ухмыльнулся Малк и, заведя руку за спину, провел ладонью по раме картины.

Пальцы кольнуло ощущение как от грубо наложенного заклинания, и он презрительно фыркнул. Йоррохов мост пусть и выпил из него все моральные и физические силы, но зато дал возможность приобрести ценный опыт по работе с магической «грязью». Уж на что на что, а на дрянные чары он насмотрелся.

— Вот только мне непонятны изменения в природе Власти после ритуала. — продолжил он. — Разве переход не усиливает ее стихиальный «окрас»? Разве ваша Власть не должна приобрести атрибут Огня? И… — Малк замолчал, активируя заклинание Рассеивания, спустя мгновение с размаху припечатал его в центр картины и одновременно рявкнул в голос: — Разве она не должна стать мощнее?!!

Будь милес Драго в обычном своем состоянии, быстро с его заклинанием Малк бы не справился. Не Адепту-недоучке тягаться в волшбе с Бакалавром. Но что-то пошло не так, кое-как слепленные чары были буквально сметены магией Малка. И на свет появилось то, что пытался скрыть жрец… За считаные удары сердца вновь покрылась пылью рама, вернулась прежняя блеклость к краскам, однако все это фиксировалось лишь краем сознания. В глаза прежде всего бросалось другое — многочисленные пятна и потеки крови, складывающиеся во вполне узнаваемое «БЕГИ!».

И Малк побежал. Не тратя на раздумья ни одной лишней секунды. К сожалению, выход был закрыт, поэтому, подчиняясь какому-то глубинному инстинкту, он ринулся к той самой «живой» статуе Кетота, у которой он давал клятву и обретал Наследие. А как оказался рядом, так развернулся к милес Драго, попутно активируя со всей доступной ему Властью заклинание Рассеивания и вкладывая в него то ли пять, то ли шесть эргов.

Решение оказалось правильным. Потому как, запоздав на какую-то долю секунды, в Малка ударила все та же сырая Сила, разве что самую малость оформленная в виде чего-то вроде кулака. Однако столкновения с волшбой Малка заклинание жреца не пережило, и вместо того, чтобы переломать ему все кости, лишь отшвырнуло сильно ослабленным потоком энергии на статую.

На мгновение перед глазами Малка все затянула кровавая дымка, впрочем быстро растворившаяся в воздухе. А вслед за ней исчез и прикрывавший истинный облик храма морок.

— Рог Йорроха тебе в бок!!! — простонал Малк, с отвращением оглядываясь по сторонам.

Стены, пол, детали мебели и внутреннего убранства — все оказалось заляпано кровью. Кое-где, как и в случае с картиной, багровые пятна образовывали слова, призывающие бежать, спасаться, убивать демонов или взывать к Святым. Однако самая жуть находилась на потолке. Он весь оказался затянут чем-то вроде паутины из плоти, из центра которой на бугристом щупальце свисала… голова с лицом милес Драго. Если можно представить себе жреца Кетота с кукольной улыбкой до ушей, акульими зубами и высунутым языком раза в три длиннее, чем полагается человеку. Полупрозрачные линии иллюзорного облика, с помощью которого тварь выдавала себя за Бакалавра, еще можно было разглядеть, но и они продолжали стремительно гаять.

— Ах ты ж с-собака!!! — не удержался от очередного ругательства Малк, чем выдал себя чудовищу.

— О-о-о, мальчик догадался! Он нас разглядел… — подхихикивая, простонал лжежрец. — Плохой, плохой мальчик!!! Теперь он решит, что мы некрасивые. Ха-ха-ха. А мы очень, очень красивые. Еще умные и… — Тварь внезапно затрясло, по паутине на потолке побежали волны, и она сорвалась на истошный визг: — Сильные!!!

Словно разом забыв все то, что когда-либо знало или умело, существо, некогда бывшее милес Драго, стремительно приблизило голову к Малку на расстояние вытянутой руки и надавило Властью. Накатила новая волна гнилостной вони, а на языке появился мерзостный привкус, однако это стало единственными физическими проявлениями новой атаки. Целью нападения оказалось не тело Малка, а его Дух. И судя по той интенсивности, с которой Власть твари теркой проходила по его внешней оболочке, угроза была нешуточная.

— Чтобы убить меня, милес Драго достаточно было лишь сконцентрироваться, но ты… ты не он. И твоя Власть ненамного выше моей! — прорычал Малк сквозь стиснутые зубы.

Сделал шаг навстречу чудовищу и нанес тот самый изученный во сне удар ладонью прямо в центр пародии на человеческое лицо. Точнее, попытался нанести… Чуть замешкавшись с созданием в руке нового Рассеивания, он дал гадине сориентироваться и в панике убраться куда-то под потолок.

— Плохой, плохой, плохой… — зашипели сверху, а затем вызывающим отвращение голосом принялись шептать слова на непонятном языке.

Возникло предчувствие, что дела идут скверно и плохая ситуация вот-вот превратится в катастрофическую. Не добавляло оптимизма даже прекратившееся давление на Дух Малка. Наоборот, это лишь подтверждало простую мысль — тварь готовила ему что-то по-настоящему серьезное.

— Умные, говоришь?! Красивые?!! — прорычал Малк. — Ну так отправляйся в Пекло, там тебя уже заждались поклонники!!!

Что делать, какой магией сражаться, он не имел ни малейшего понятия. Слишком мал его магический арсенал, слишком скудные знания мистических законов и принципов, чтобы всерьез на них рассчитывать. Единственное, что приходило на ум, это экзорцизм — тот самый навык из Наследия Кетота, что неплохо показал себя в случае с мостом.

Вот только поможет ли он сейчас?

Не обращая внимания на льющийся сверху речитатив, Малк постарался успокоиться и мысленно настроиться на Кетота. И, надо сказать, получилось у него сразу. То ли повлияла близость к статуе, то ли нарастающая смертельная опасность, то ли и то и другое, вместе взятое, однако ощущение изливаемого фигурой Четвертого Святого тепла пришло почти сразу. Будто сам собой перед внутренним взором возник образ священной книги, набатом зазвучал гимн Кетоту, зашелестели несуществующие страницы и… по храму покатилась волна очищающего света, как-то чересчур уж сильно смахивающего на духовное пламя из ритуала перехода Власти в следующий ранг. А вместе с ней к великому множеству запахов, отравивших атмосферу дома Четвертого Святого, добавился и тонкий аромат Смерти.

— Вуо-уу!!! — завыло со всех сторон.

Сверху посыпался пепел, с громким стуком принялись падать какие-то малопонятные ошметки. Последней грохнулась голова твари, почему-то теперь без щупальца, но с паучьими лапами. На которые она удивительно ловко встала и, зверски выпучив глаза, засеменила к Малку. Лжежрец оказался чересчур живучим даже для твари из Пекла.

Экзорцизм вытянул из Малка около десяти эргов, оставалось чуть больше пяти. Следовало быстро решить, как их потратить. С одной стороны, напрашивалось повторное использование удара ладонью с Рассеиванием, а с другой… с другой, если прорваться к выходу, то магии как раз хватит, чтобы выломать засов. И последнее выглядело сейчас наиболее разумным решением.

Малк уже даже сделал шаг влево, чтобы избежать встречи с приближающейся тварью, как внезапно на поле битвы появился новый персонаж. Точнехонько позади гадины возник полупрозрачный, дунешь — развеется, силуэт карлика. Одарив Малка злобной усмешкой, гаденыш в два шага нагнал никак не желающую умирать тварь, погрузил явно нематериальную ладонь ей в затылок и… рывком выдернул ее обратно с зажатым между пальцами золотистым, чуть тронутым коррозией сгустком света. Этого лжежрец уже не пережил. Не иначе как по инерции пробежав еще половину сажени, монстр завалился назад и упал замертво. Прямо на глазах потерял телесную плотность и начал растекаться в пузырящуюся лужу. Что до «этого деда Бонифация», то он запихал добычу в пасть, с натугой сглотнул и, прежде чем Малк сделал в его сторону хотя бы одно движение, с торжествующим хохотом исчез.