Виталий Зыков – Малк. И когда ты ее нашел (страница 71)

А вот после активации филактерии… да, тогда-то самое интересное и началось. Чтобы действительно напугать Младшего Магистра, не чурающегося демонической магии, это надо постараться. И тут можно смело замахиваться на ранг Охотника за плотью или Сборщика душ, а то и вовсе на Слушающего Бездну.

Хотя в случае последнего Малк бы точно не выжил. И никакие сдерживающие узы, отразившиеся в его сознании в виде той особой нити, не спасли бы. Она и так продержалась недолго.

Но возвращаясь к филактерии… Что вообще произошло, как она изменила демона? Добавила ему мощи, раскрыла потенциал или наложила усиливающие чары? Ответа не было. И вряд ли Малк способен со своими нынешними знаниями до него докопаться. Однако гораздо более важный с точки зрения Малка вопрос звучал иначе, а именно: что бы случилось, если бы Малк воззвал к Кетоту, не находясь под угрозой атаки инфернальных сил, а просто так? Ударила бы магия Святого по его ближайшему окружению, преобразила его самого, а может, выдернула бы из Пекла «помощника»? Или вообще бы ничего не случилось, и Малк сдох бы, как глупый пес, слишком доверившийся словам жреца?!

Да, вот это он бы очень хотел узнать!

Следующая тема, которая волновала Малка, это его взаимоотношения с Третьим жандармским корпусом и Канцелярией. Прошлая догадка, что его активно «ведут», используя как живца, вроде бы подтвердилась. Лоялисты на провокацию клюнули, к охотникам на Малка присоединился то ли эмиссар авалонского посла, то ли сам посол, и властям осталось лишь захлопнуть ловушку. О чем прямо говорили стянутые к месту казни строптивого Адепта немалые силы.

Но что Малку непонятно, так это, Святые подери, почему его даже не задержали?! Спору нет, для него лично подобная инициатива крайне выгодна. Малка не взяли как соучастника, не назвали пострадавшим, даже в личном деле теперь не появится отметка о еще одном приводе в жандармерию. Однако откуда такое человеколюбие? Что за приступ внезапной любви и понимания?

И ведь это капитан Тырхат еще не знал, что Малка в убийствах обвинить нельзя. Демоническая мартышка все тела поглотила, все следы скрыла. А так бы его вполне можно было хотя бы в чрезмерном для низшего ранга и черной звезды применении силы обвинить и наказание накрутить по максимуму. Но нет. Отпустили, даже не выясняя, что он там накуролесил.

Так в чем причина? Снова хотят в какой-нибудь операции задействовать?! Проклятье, а ему-то, дураку, казалось, что одну и ту же наживку дважды не используют и после успеха с лоялистами его должны оставить в покое… Или он чего-то не понимает?

Ладно, но ведь на этом странности не заканчиваются и появляется удивительно ловко подброшенная капитаном Тырхатом записка. Малк, успевший подозрительную бумажку сжечь, мысленно повторил короткое даже не предложение, а приказ: «Через два дня, в шесть вечера в таверне „Два жезла“». Ни подписи, ни каких-то пояснений — только дата, время и место. А еще очевидно женский почерк, которым написан текст. Такой вот сюрприз. И думай что хочешь. То ли такова личная инициатива капитана и в качестве маскировки писала совершенно посторонняя женщина, то ли о себе вновь напоминает госпожа Леара, что опять возвращает к вопросу о повторном использовании наживки.

— Вот попал так попал… — протянул Малк, зло скрипнув зубами.

Снова накатило понимание, что настоящую свободу, свободу от чужого влияния и самостоятельность в поступках, он сможет достичь, только став действительно сильной фигурой. Кем-то, кто сможет сказать нет власти секретных служб, влиянию общественных устоев и могуществу аристократии. Развитие, только постоянное развитие как мага — вот единственно возможный для него путь! Жаль, только сделал он по нему всего несколько шагов, и как далеко удастся пройти, до сих пор неизвестно.

Неожиданно вспомнилась троица дворян, что так неудачно для себя попыталась достать Малка еще в доме на улице Святых Защитников и за которых приходил «просить» представитель Дома Лейнир. Вроде бы лоялисты до мозга костей — увлеченные, идейные, — однако ж на расправу с ним пришел только любитель теней. Верховодящий в троице знаток Молний и по совместительству член младшего Семейства Дома Громовой Птицы в этой крайне неудачной для «демонолюбов» акции не участвовал. И вряд ли по состоянию здоровья: без старших родственников тут точно не обошлось. Учитывая же секретность операции, произошедшее навевало неприятные мысли о чересчур избирательном подходе к некоторым категориям граждан. Получалось, что юные аристократы могли заниматься чем угодно, хоть против Триумвирата козни строить — их пальцем не тронут. Ну, может быть, пожурят. Однако стоит появиться угрозе жизни или здоровью, как их моментально спрячут под крыло родственники и проигнорирует даже пугающая Канцелярия.

Это даже звучало обидно…

— Нет, надо из города уходить! Сначала в Варганд, а дальше… дальше как получится. Но обязательно уходить! — снова пробормотал Малк и, помедлив, с досадой добавил: — Но позже.

Увы, пережитая ночь обещала разрешить — если, конечно, об этом вообще уместно сейчас говорить! — далеко не все сложности Малка. И дело не в грядущей встрече с автором записки и не в подвешенном в непонятном состоянии конфликте с андалорскими «демонолюбами»… Нет, неизменной осталась ситуация с получением диплома об окончании курсов Общества, до сих пор требовали прояснения взаимоотношения с друзьями — столь внезапный разрыв Малка все же не устраивал, — а еще он жаждал взглянуть в глаза Старику и поговорить по душам с жрецом Кетота. Так что рано еще было уходить, слишком рано.

Хотя, положа руку на сердце, если бы не заинтересованность в нем Канцелярии, очень может быть, что Малк и сбежал бы, поддался соблазну. Потом крыл бы себя последними словами за слабость, но все равно сбежал бы. Слишком уж впечатлила его разминувшаяся с ним на волосок смерть, чтобы и дальше рисковать ради всякой ерунды.

Но… Темная Канцелярия есть Темная Канцелярия. И шутки с ней шутить могут себе позволить лишь великие Дома. А значит, никаких побегов и строгое следование тому списку дел, который Малк успел набросать в голове за утро. Вряд ли это что-то всерьез изменит, но так он хотя бы разберется с повисшими на нем «хвостами». И, по крайней мере морально, подготовит себя к новым поворотам Судьбы.

Купальни Малк покинул около десяти утра и сразу же направился на улицу Отставников. Правда, как раньше, напрямик, поехать туда не получилось. Часть улиц была перекрыта — жандармы ловили пособников террористов. Какие такие террористы, не объяснялось, но народная молва уже соотнесла магические всплески в одном из городских кварталов с активностью стражей порядка, так что никто не сомневался — охотятся то ли на сумасшедших «демонолюбов», то ли на не менее безумных монархистов.

Не добавляли ясности и газетчики. Малк специально купил свежий таблоид, но о вчерашнем бое, о призыве демона и участии в явно противоправном действе подданного Авалона практически ничего не было. Зато рассказывалось о разгроме банды налетчиков, взрыве нелегальной мануфактуры по производству фейерверков — вот чудо из чудес, находилась она аккурат по тому адресу, где Малк и дал бой лоялистам, — и мутная статья о коррупции в мэрии, которая допустила подобную преступную небрежность.

Пока еще говорить было рано, однако, похоже, кто-то тихонько спускал случившееся на тормозах. Ну да Малк и не сомневался. За историю про злых аристократов-лоялистов, надумавших принести в жертву рядового Адепта ради улучшения магического таланта, редакцию проштрафившейся газеты гарантированно навестил бы какой-нибудь представитель высшей знати. И устроил бы показательное аутодафе, благо среди них полно и Старших Магистров, и даже Архимагов. В назидание всем прочим и во избежание проблем с бунтующей чернью.

В результате до улицы, где располагался дом Дерека Урвала — Малк решил начать рубить «хвосты» именно с него, — он добрался хорошо если через пару часов. И, немного разозленный задержкой, сразу же направился к флигелю Старика. Свернул к калитке, привычно потянулся к отодвигающей запор ручке и… помянул недобрым словом тещу Йорроха.

На двери висел тяжелый замок, а на окнах флигеля, хорошо видных Малку поверх забора, белели плотно закрытые ставни. На памяти Малка такое было впервые. Тем не менее, словно отказываясь верить собственным глазам, он яростно дернул за ручку, калитка загремела и… из соседнего палисадника донесся скрипучий голос соседки:

— Чего ломишься? Нет Дерека, к родне уехал!

За время учебы у Старика Малк видел старушку не раз, даже пару раз болтал с ней, поэтому причин не верить ее словам у него не было.

— У… у мастера есть родня? — Малк так и не смог назвать Дерека наставником или учителем и ограничился более нейтральным словом.

— Есть. Отчего не быть? — даже возмутилась соседка. — Далеко, правда, живут. Где-то на юге. И отношений с Урвалом почти не поддерживают. Но так это же не повод кровные узы рвать… — видимо, сев на любимого конька, принялась рассуждать старуха.

— Не знаю, что там насчет повода, но Старик… мастер!.. он же демонов до дрожи боялся. Носу из дома не показывал, специально поближе к воякам поселился — и вдруг помчался куда-то на юг? В провинцию, где смертность от когтей демонов выше, чем от инфлюэнцы?! Что ж, хорошо хоть не в Колхаун… — скривился Малк.