Виталий Важнов – Пантеон: книга первая (страница 16)
— Босс! Происходит что-то не понятное. Накопители... они все опустели!
Прежде чем Серый успел что-либо понять, произошла вспышка ослепительного света. Удерживающие магические оковы рассыпались словно пыль. Время словно замерло, растягивая мгновения в бесконечность, тело юноши плавно начало подниматься над столом. Его глаза открылись и вспыхнули ослепительным золотым пламенем, пронизывая пространство вокруг сиянием, которое невозможно было выдержать взглядом. Каждое его движение теперь казалось исполненным величественной силы и необъяснимой мощи, будто сама судьба склонилась перед этим пробуждением.
Серый попытался атаковать внезапно ожившего парня, но его заклинание просто растворилось в воздухе, едва сформировавшись.
— Что происходит?! — уже не скрывая панического ужаса воскликнул Фарик, когда его собственные защитные чары исчезли.
Севан встал и сделал шаг вперед, и оба мага внезапно замерли, их глаза сразу же остекленели.
В этот момент активировался древний механизм внутри ауры Севана – алтарь Тароха начал поглощение магических конструктов напрямую через установленную магами ментальную связь.
Буквально через минуту тела Серого и Фарика безвольно, словно куклы, осели на пол.
Севан медленно приходил в себя, чувствуя спиной жуткий холод от лежания на каменном полу. Перед глазами все расплывалось, но он смог разглядеть два безжизненных тела, лежащих рядом. В голове внезапно вспыхнула и буквально хлынула яркая волна информации — имена, лица, схемы, пароли, сети тайных убежищ, имена агентов...
Но прежде чем каскад этих знаний успел полностью осесть в его сознании, в памяти всплыли и другие воспоминания — более свежие и тревожные. Он вспомнил, как заходил в свою комнату, которую снял у Йорга. Обычный день, только вот Йорг почему-то вел себя как-то необычно. Тогда он отнес это на счет своей усталости или чрезмерной осторожности, но сейчас понимал, что Йорг, возможно, сдал его. Ведь после того как он вошел в комнату, то получил сзади удар по голове, а очнулся уже на полу в незнакомом месте с двумя криминальными личностями под боком.
Эта мысль пронзила его, как ледяной клинок, но времени обдумать ее уже не осталось. Реальность резко накрыла его новой волной боли и дезориентации. Его тело отказывалось подчиняться. Критическое состояние организма не давало сосредоточиться. Мысли путались, а перед глазами снова вспыхнули светящиеся символы:
В тот же миг в его сознание начали проникать фрагментарные воспоминания, словно обрывки чужих снов, окутанные туманом. Образы вспыхивали хаотично, будто кто-то перебирал страницы старой книги, роняя их на пол. Вот мелькнуло лицо молодой женщины с холодными глазами, вот звук шагов по мраморному полу, вот запах дыма и крови. Севан увидел себя со стороны — нет, это был не он, а Серый, который шептал что-то на древнем языке, держа в руках пылающий кристалл. Потом картина сменилась: он был Фариком, который стоял в темной комнате, окруженный свечами, и чертил на полу сложные символы. Его губы двигались, произнося слова, которые Севан не мог расслышать, но чувствовал их тяжесть, будто каждое из них могло разрушить мир.
Но тут снова перед глазами всплыла горящая надпись:
Севан едва мог различать расплывающиеся перед глазами символы, но инстинкт самосохранения все же взял верх. "Да", — прохрипел он, почти теряя сознание. Пространство вокруг задрожало, и перед ним возник мерцающий голубой портал. Собрав последние силы, Севан сделал такой трудный шаг вперед, проваливаясь в него. Мир завертелся, а затем сознание поглотила темнота.
Глубоко под землёй, где непроглядная тьма словно обволакивала всё вокруг, отряд гномов с неукротимой решимостью продирался сквозь запутанный лабиринт коварных и смертоносных ловушек. Каждый шаг давался ценой невероятного напряжения, а воздух, казалось, был пропитан самим дыханием опасности, готовой в любой момент поглотить их. Каждый шаг был подобен игре со смертью — невидимые клинки рассекали воздух, ядовитые испарения вырывались из стен, а пол усеивали острые шипы, готовые пронзить любого, кто осмелится ступить неосторожно. Трещины на стенах древних тоннелей казались глубокими шрамами, оставленными временем и магией, которая всё ещё пульсировала в этих местах, как едва бьющееся сердце. Отряд терял бойцов одного за другим. То один исчезал в бездонной пропасти, скрытой иллюзией, то другой падал, сражённый невидимым врагом. Но те, кто оставался, продолжали двигаться вперёд, несмотря на боль, страх и кровь, текущую по их лицам.
Когда они наконец достигли массивной двери, ведущей в логово Серого, их осталось всего триннадцать. Лидер группы, старый воин Гримнир, чья броня была уже изрядно покорёжена, а лицо изрезано глубокими ранами, обвёл взглядом своих товарищей. Все до единого были изранены, их доспехи буквально трещали по швам, а лица были бледны от потери сил. Но глаза горели — не просто решимостью, а чем-то большим. Они знали: цель близка. И отступать было нельзя.
— Это последний рубеж, — произнёс Гримнир, его голос был твёрже камня, который окружал их. — Мы не можем позволить себе отступить. Серому не уйти от нас.
Дверь в тайную комнату, где скрывается Серый, была запечатана мощными защитными чарами. Маг отряда, коренастый гном с длинной седой бородой, начал чертить руны на поверхности двери. Его пальцы слегка дрожали, но он старался не допускать ошибок. Воздух вокруг них внезапно завибрировал, будто сам мир предупреждал их об опасности.
— Что-то не так, — прошептал маг, оборачиваясь к остальным. Его голос был едва слышен, но в нём звучала тревога. — Кажется нужно срочно…
Его слова потонули в оглушительном грохоте. Это дверь неожиданно распахнулась, и вместе с этим стены кабинета за ней засветились ярким красным светом. Глухие щелчки невидимых механизмов, активирующихся один за другим, раздавались всё громче, пока не слились в единую волну надвигающейся беды.
— Назад! — закричал Гримнир, но было уже поздно.
Комната потонула в ослепительной вспышке. Стены начали рушиться, словно песчаные замки под напором морской волны. Обломки камней и металла летели во все стороны, огненные вихри смешивались с потоками энергии, создавая хаос. Те, кто был ближе всех к двери были погребены под обломками почти мгновенно. Другая часть отряда во главе с Гримниром в последний момент успели выставить магические щиты. Амулеты защиты, которые каждый из них носил на поясе, засветились ярким светом, поглощая ударную волну. Щиты держались из последних сил, треща и искря, пока не просели окончательно всего за тройку ударов сердца. Амулеты разрушились, обратившись в пыль, но они выполнили свою основную задачу, для которой и были созданы — они спасли жизни семерым бойцам.
Когда пыль осела, Гримнир, прикрывая лицо рукой, с трудом выбрался из под завала. Его доспех был полностью изорван, а кожа покрыта ожогами.
— Проклятье… — прохрипел, отбрасывающий в сторону большой камень, чудом уцелевший маг, глядя на то, что осталось от кабинета. Обломки всё ещё дымились, а воздух был насыщен запахом палёного металла и камня.
Гримнир сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Он знал: это поражение станет для него личным позором. Теперь это была не просто миссия — это была месть. Месть тому, кто смог перехитрить их всех заманив в смертельную ловушку. Серый заплатит за это и заплатит своей жизнью. Глаза горели холодным огнём решимости. Он не мог позволить себе отступить. Не сейчас. Не тогда, когда их миссия была так близка к успеху.
— Мы должны найти Серого, — произнёс он, обращаясь к отрядному магу, который уже и без напоминания занимался расчисткой места для проведения ритуала поиска.
Маг кивнул Гримниру в ответ. Он знал, что ритуал, который он собирался сейчас провести, был крайне опасен. Но другого выбора у них не оставалось.
— Я проведу кровавый ритуал поиска, — сказал маг, доставая небольшой ритуальный кинжал. — Это должно помочь мне узнать координаты где спрятался Серый, здесь все пространство и каждая вещь хранят слепок его ауры или магических эманаций. Я просто обязан найти этого гада в память наших погибших товарищей.
Гримнир сжал кулаки. - Ты же понимаешь, что можешь не выжить после этого ритуала.