Виталий Свадьбин – Начать сначала 6. Перемены в жизни (страница 6)

- Саша, как я уже говорил, об этом архиве знают пара человек, не больше. А о содержании вообще только двое, ты и я. Ну ты понял, что распространяться об этом не следует. Прежде чем рубить с плеча, со мной посоветуйся, не стоит некоторых товарищей сразу под суд, порой политически, верно, просто отправить их на пенсию.

- Я понял, Леонид Ильич, - коротко ответил Шелепин.

- Ну и ладно. Я соберу на днях совещание, приглашу Цвигуна и Пельше. Посидим узким кругом, подумаем, как правильно наладить твою работу, - принял решение генсек.

Затягивать Брежнев не стал, собрались вчетвером буквально на следующий день. Цвигун и Пельше высказались о том, с какими категориями граждан не стоит «гнать лошадей».

- Александр Николаевич, всё что касается контрразведки, лучше дела передать нашей службе, у тебя и своих забот хватит, - дал совет Цвигун.

- Контролирующие функции УСБ за комитетом сохраняются? – спросил Шелепин, посмотрев на Брежнева, а Цвигун от этих слов поморщился.

- Обязательно сохраняются, должен же кто-то присматривать за комитетом, - усмехнулся Брежнев.

- За нами прокурорские присматривают, никакого покоя от них нет, - проворчал Цвигун, чем вызвал улыбку у Брежнева.

- Арвид Янович, у тебя есть что сказать? – обратился Брежнев к Пельшу.

- Имеется кое-что. Александр Николаевич, в случаях, когда партийные руководители будут в чём-то замешаны, хотелось бы наладить совместную работу. Ты же понимаешь, что мы не можем опорочить партию в глазах народа, - начал говорить Арвид Янович.

- Дак что мне, глаза закрывать на их художества? – вспылил Шелепин.

- Нет, глаза закрывать не надо. Если виновен, должен нести ответственность. Но роль партии в этом обязательно должна быть. А бывают такие ситуации, когда коммуниста достаточно исключить из рядов КПСС, в этом заключается внутренняя политика. Не стоит давать пищу для наших соперников, которые начнут по всему миру порочить честное имя коммуниста, - чуть улыбнувшись, произнёс Пельше.

- Александр Николаевич, твоё управление должно заниматься контролирующими функциями, а не карающими. Провели проверку, обнаружили нарушения, передали в соответствующие службы. Тебя одного не хватит на всю страну. Чтобы навести порядок, требуется наладить работу всех служб, которым положено заниматься либо следствием, либо полным судебным разбирательством. Потому начни с райкомов, обкомов и далее по списку, - вступил в разговор Брежнев.

Шелепин чётко осознавал, что навести порядок с «шашкой в руках» не получится. Заставить работать, как положено, Прокуратуру, КГБ и МВД, в том числе партийных функционеров, будет гораздо эффективней, нежели самому заводить уголовные дела.

- Я понял поставленную передо мной задачу, будем работать, - успокоившись, произнёс Шелепин.

После совещания Цвигун и Шелепин продолжили беседу, но уже в Управлении КГБ. Цвигун познакомил Шелепина с группами специалистов, которые числились в комитете, но были временно прикомандированы в УСБ. Прослушка и наружное наблюдение. Шелепин понимал, что требуется принимать и обучать своих специалистов в таких вопросах, для этого и даёт Цвигун сотрудников госбезопасности. Обучать и практиковать, чтобы в дальнейшем УСБ могли работать самостоятельно, без привлечения сотрудников КГБ. Самый сложный период, как раз тот, когда происходит организация, налаживание механизма работы, обучение кадров. Тем не менее Шелепин решил начать с партийных функционеров Москвы, первыми под «каток» УСБ попали районные комитеты партии.

Интерлюдия 3. Кремль. Леонид Брежнев.

После того, как Цвигун и Шелепин покинул кабинет генсека, Пельше остался. Арвид Янович открыл папку, что лежала перед ним, достал оттуда несколько листов с отчётами, передал эти документы Брежневу. Генеральный секретарь быстро просмотрел отчёты, отодвинул от себя.

- Арвид, давай-ка своё мнение и то, что не вошло в отчёты, - предложил Брежнев.

- Начну с выводов. На мой взгляд, Громыко кто угодно, но не предатель. Да зарвался, красивая жизнь поманила, поддался соблазну, склонился к мещанству. На допросах добровольно, а ещё охотно сотрудничает с нашими сотрудниками контроля. Решать конечно же тебе, Лёня, но Громыко ещё годен к работе. Сам понимаешь, в дипломатической работе он разбирается. Я тебе напомню, что на Западе его прозвали «Мистер Нет», за жёсткое отстаивание интересов страны.

- Вернуть назад я его уже не смогу, тем более Романов хорошо справляется, - произнёс генсек.

- Всё верно, как руководитель МИД он справлялся, но есть у него нехороший минус, он «подкаблучник». Его жена Лидия часто вмешивалась в расстановку кадров по министерству. А ещё Лидия Дмитриевна любительница антиквариата и драгоценностей. Возможно, Андропов это дело приметил, таким образом обработал Громыко. Нет, он не склонял к предательству, а вёл к тому, чтобы начать перемены в стране, естественно с Андроповым во главе. Так что ты Андрея Андреевича сможешь использовать, в качестве кого, тебе решать.

- Может его послом отправить? – задумчиво спросил Брежнев.

- Может быть. Уверяю тебя, Лёня, Громыко Родину любит, я в этом уверен. А вот его жена может подвести мужа «под монастырь». Пусть в Москве сидит, как невыездная. Тогда Громыко вполне сможет работать в капстране, наши интересы он будет отстаивать, вне всяких сомнений.

- Есть ещё какие-нибудь подробности от твоей проверки? – вновь спросил Брежнев.

- Кое-что имеется. Мы надавили немного на Лидию Дмитриевну, по поводу лоббирования на должности в МИД. Вскрылась интересная информация. С сыном Громыко, Анатолием в одном потоке учился Шевченко Аркадий, который со временем подружился с Громыко, вошёл в их семью, как друг. С 70-го года личный помощник Андрея Андреевича. Лидия Дмитриевна созналась, что жена Шевченко подарила ей брошь на пятьдесят шесть бриллиантов. Лидия поговорила с мужем, в результате Аркадий Шевченко становится заместителем генерального секретаря ООН по политическим вопросам. Понимаешь куда я веду, Лёня? Оклад заместителя девяносто тысяч долларов. Меня этот вопрос заинтересовал, вот я и обратился к Цвигуну. Оказывается, сигналы были на Шевченко, ударился в пьянку, ни одной юбки не пропускает.

- Кто сигнализировал? – спросил Брежнев.

- Резидент в Нью-Йорке Дроздов, он подозревает, что Шевченко завербован. Но сигналы до Андропова не дошли, постарался Калугин, он купировал все отчёты от Дроздова. Как ты понимаешь, Юра доверял Калугину.

- Цвигун об этом знает? – последовал следующий вопрос от Брежнева.

- Не думаю. Цинёв и Андропову не особо торопился докладывать. Ты, Лёня, ведь с ним дружен. Может он сначала к тебе подойдёт, когда весь материал накопает. Мне он сказал с понятной целью, знает, что я тебе доложу, - ответил Пельше.

- И чего им не хватает? Ведь всё есть, власть, деньги, положение в обществе, - как-то горестно вздохнув, произнёс Брежнев.

- Лёня, поручи Шелепину, чтобы он присмотрелся к Щёлокову, точнее не к нему самому, а к его жене, нехорошие дела там творятся, как бы они не влезли в неприятности. А с женой Щёлокова твоя Галя дружит, тень на тебя упадёт, а нам сейчас этого не надо, - произнёс Пельше.

Дочь Галина большая головная боль Леонида Ильича, он об этом знает, как никто другой. Но из любви к дочери, пока не знает, как её остановить от глупых поступков. На слова Пельше, генсек поморщился, а после этого распрощался с Арвидом Яновичем, пообещав, что поставит задачу перед Шелепиным. После того, как Пельше покинул кабинет генсека, Брежнев посмотрел на часы. Время обеда, а после обеда к нему должен подойти Цинёв. Получается, что своевременно появится генерал-полковник контрразведки.

На обед Леонид Ильич решил спуститься в столовую¹, которая находилась на первом этаже «Здания Правительства», а кабинет Брежнева на третьем этаже, этого же здания. Так что Леонид Ильич подумал, что не помешает размять ноги. Во время обеда он размышлял о том, куда пристроить Громыко. Разбрасываться кадрами преступно, если никак не подтверждается предательство бывшего руководителя МИД. Вариантов много, но какой выбрать? Так ничего не решив, Брежнев задумался о предателях, ему не терпелось послушать Цинёва, что скажет глава контрразведки. За обедом, компанию генсеку составил его телохранитель Медведев.

- Володя, дома всё хорошо, что-то ты мрачный сегодня? – спросил генсек у Медведева.

- Всё нормально, Леонид Ильич, тёща в гостях, вот и нет настроения, - ответил Медведев.

Медведева генсек воспринимал почти, как члена семьи, полковник часто бывал у него в гостях. Ответ телохранителя позабавил Брежнева, он даже улыбнулся, подумав, что у него-то точно тёщи нет, тем более вредной.

- Володечка, у меня к тебе просьба имеется. Я сегодня до позднего вечера в Кремле буду. Ты скатайся к Галине, узнай, где она. Мне утром Витя² звонила, говорит Галя дома не ночевала. Она порой тебя больше слушает, чем меня, - попросил Брежнев.

- Сделаю, Леонид Ильич, найду. Не в первый раз, знаю примерно у кого она может заночевать. Так что не беспокойтесь, всё будет хорошо, - ответил Медведев.

- И ещё, Володя, сделай Гале внушение. Они там со Светланой Щёлоковой какими-то тёмными делишками занялись, это дело может по мне ударить, а мне ну нужно такого сейчас. Сам видишь, пытаюсь в стране порядок навести, да связи с капстранами наладить.