Виталий Штольман – Люди без галочек (страница 7)
– А рыбку чего не взял? – взявшись за новенькую ручку, возмутился я.
– А надо было?
– Я ж говорил.
– Простите, не услышал.
– Не услышал он.
Роспись дешевой шариковой ручки предала форзацу книги авторского изящества под звуки шипения открывающейся бутылки и горгулий с лавочки.
Зоя Львовна не выдержала наглости распития на детской площадке, даже учитывая ее забвение, пошла в атаку. От скандальных эпитетов пиво встало в горле еще сильнее, отчего пришлось совершить тактическое отступление в район гаражного кооператива.
– Виталий, я восхищен вашим творчеством, – начал издалека добытчик.
– Так, давай-ка «на ты», я ж не барин какой.
– Хорошо.
– Ну и…
– А можно я стану твоим учеником?
– Чего-о-о-о? – смех было не удержать минут десять, аж до слез.
– Меня Сеней звать, если что. И я серьезно хочу стать мастером социальной прозы.
– Меня ты выбрал? Серьезно? Ну, вот прям серьезно? Социальной прозы?
– Ну да, – без доли сомнения рапортовал Сеня.
– И ты пришел ко мне? К никому не известному писаке?
– Ну да.
– Чтоб учиться?
– Ну да.
– Умеет удивлять жизнь. Ты посмотри, какой из меня учитель?
– Мне нравится, что ты делаешь. Мастерство налицо.
– Какое мастерство?
– О, Виталя, – нарисовался Аркадьич, местный водила, живущий полной жизнью в яме под своим корытом и злоупотребляющий продуктами винодельческого хобби из фруктов, дарованных землей где-то под Луховицами, – здорово! Похмеляемся?
– А то!
– Аркадьич! – тот протянул руку моему компаньону.
– А вы правда тот самый Аркадьич? – восхитился паренек.
– Чего?
– Из рассказов и повестей великого Штольмана.
– Великого Штольмана? Виталя, это он о тебе что ль? – расхохотался властелин гаражной ямы, я молча кивнул, – Кто это вообще?
– Преданный поклонник моего творчества.
– А-а-а-а, да-да. Тот самый. А что?
– Никогда бы не подумал, что вы действительно существуете.
– Как видишь.
– А винишко ваше Луховицкое тоже существует?
– Хочешь попробовать? – у Аркадьича аж глаза заблестели, он был похож на Мефистофеля, что душу желал выкупить у Фауста.
– Конечно, это же легендарно.
– Аркадьич, не обращай внимания, у человека дофаминовый перебор.
– Двести рублей за литр и добро пожаловать в мир Луховицкого Диониса.
– Согласен.
– Аркадьич, ты что обалдел? Я не буду платить за твою экспериментальную жижу.
– Это твоя писанина – экспериментальная жижа, – разнервничался властелин гаражной ямы.
– У меня есть тысяча! – прекратил спор Сеня.
– Ты мне уже нравишься, пацан! – резко раздобрел хозяин винодельни, – На все?
– На все! – улыбнулся мой адепт.
– Вот это по-нашему. Пойдем, покажу тебе врата в Нарнию.
– Э-э-э-э, я с вами! – из меня поперло негодование.
– Кто не платит, тот не пьет.
– Я вообще-то его наставник, понял?
– Чего-о-о-о?
– Сеня, подтверди!
– Ты правда научишь меня?
– Ну ты ж напоишь меня?
– Безусловно.
– Слыхал, Аркадьич? Сеня – мой ученик.
– Ладно, пошли.
Красная облезлая дверь со скрипом открыла путь жаждущих к запасам Луховицкого Диониса. И полилось масло по ржавым трубам человеческих страданий. Аркадьич ныл за пробитую прокладку под головкой блока цилиндров, я традиционно о непризнании моего гения, а Сенька о том, что его не берет вино.
– Ветер веет с юга, – заорал я, поняв, что пришло время матерных творений Есенина.
– Начало-о-о-о-о-ось, – завыл Аркадьич, – ну не надо!
– Ты что-то имеешь против серебряного века?
– Ничего не имею, но ты только один стих постоянно цитируешь, он у меня уже в печенках сидит.
– Что помню, то и цитирую!
– Давай что-то новенькое!
– Так, у меня где-то в телефоне было сохранено! Читали Шурика Герасина? – мои собеседники отрицательно завертели головами, – Вот и я не читал, а тут попалось. Неплохо! И так…