Виталий Сейдов – Спираль Вечности. Кровь Забвения (страница 6)

– Это не магия, Макс, – наконец проговорила она тихо, голос хриплый от пыли и сдавленной паники. – Это… физика. Какая-то запредельная физика. Энергетический всплеск… он был… невероятный. Как сингулярность – место, где все известные законы Вселенной не просто перестают действовать – они рвутся в клочья. – Она подняла глаза на Лию… – Ты… ты чувствовала это? Как это… вообще возможно? Контролировала?

Лия не ответила. Её пальцы, всё ещё сведённые судорогой, разжались. Диск выпал на шершавый камень с глухим, металлическим звоном, который эхом отозвался в тишине грота. Он лежал между ними, уже не сияя, а лишь тускло мерцая изнутри, как угасающий уголь. Казалось, он стал тяжелее, пропитавшись взятой у неё жизнью.

– Теперь они знают, – прошептала Лия, глядя на диск, а не на них. Её голос был чужим, сорванным. – Знают, что я могу… что он может.

– Кто "они"? – Софья присела рядом ближе, достав запасной фонарик; луч выхватывал из темноты бледное, осунувшееся лицо Лии, её седые пряди и глубокие тени под глазами. – Эти… люди в чёрном? Братство?

Лия медленно кивнула. Больно было даже это делать. Она подняла руку, повернула запястье. Спираль всё ещё была видна, но теперь она не горела синим огнём, а лишь тлела изнутри кожи, как шрам от радиации. Тяжесть была слабой, но постоянной – напоминание о связи, которая стала проклятием.

– Они хотят то же, что и я, – сказала она, и в её голосе прозвучала горечь. – Найти остальные артефакты. Артефакт Прошлого… и Артефакт Будущего.

– И что будет, если они их соберут? – спросил Алекс, его врачующий взгляд уже оценивал не только физическое состояние Лии, но и глубину её отчаяния.

– Тогда они перепишут историю, – Лия закрыла глаза, откинув голову на холодный камень. Образы, вброшенные Духом Камней и людьми Братства, всплывали перед ней: города, стираемые временными волнами, армии, марширующие сквозь века, пирамиды, возводящиеся за мгновение и рушащиеся в вечность. – Не исправят ошибки… а выберут свой путь. Самый удобный для них. Самый кровавый. И начнётся новая Война Эпох. Та, что была остановлена… разгорится снова. Только теперь… – она открыла глаза, в них отражался тусклый свет фонарика, – теперь у них будут ключи от всех Врат.

Тишина повисла тяжёлым покрывалом. Даже Макс не нашёл что сказать. Только капли воды где-то в глубине пещеры отсчитывали секунды, звучавшие как удары молота по наковальне судьбы.

– А что… что будет, если ты их соберёшь? – осторожно спросила Софья. Её взгляд скользнул с Лии на диск, лежащий на камне. – Ты же тоже можешь… останавливать время. Переписывать.

Лия посмотрела на свои руки. На ту самую ладонь, где кровь смешалась с металлом и временем. На седые пряди.

– Я заплачу за это, – ответила она просто. Ценой, о которой Дух лишь намекнул, но которую она уже чувствовала каждой клеткой. Годами жизни. Частицей души. Возможно, всем. – Но если они доберутся до них первыми… платить придётся всем. Веками. Вечностью. – Она сделала глубокий, дрожащий вдох. – Я должна найти Артефакт Прошлого. Первой. Пока они оправляются от обвала. Пока… пока у меня ещё есть время.

Она попыталась встать, опираясь на стену. Ноги подкосились. Алекс мгновенно подхватил её.

– Ты никуда не пойдёшь, – сказал он твёрдо, но без грубости. – Ты еле дышишь. Тебе нужен отдых. Хотя бы час.

– У нас нет часа, – прошептала Лия, но сил сопротивляться не было. Она позволила ему усадить её обратно на камень. Тело билось мелкой дрожью, как в лихорадке. Диск лежал рядом, его тусклое мерцание казалось теперь не угрозой, а зловещим вопросительным знаком. Ключ к Вратам. И билет в один конец.

Где-то в глубине пещеры, за завалом, послышался приглушённый удар. Потом ещё один. Камни зашевелились. Братство не сдавалось. Они копали.

Макс вскочил, сжав кулаки.

– Отдыхайте. Я посторожу. – Он поднял с пола здоровенный камень. – Первому, кто высунет башку из этой могилы – вручу памятный приз. В виде этого булыжника в зубы.

Софья кивнула, уже копаясь в рюкзаке, доставая уцелевшие приборы. Алекс достал аптечку, его руки потянулись к антисептику и бинту для окровавленной ладони Лии.

Лия прислонилась к холодной скале, глядя на тускло тлевшую спираль на запястье. Голос деда звучал в памяти: "Ты – мост. Между тем, что было, и тем, что будет." Мост, думала она, глядя на седые пряди. Мост, который уже начал крошиться. Но сжигать его было ещё рано. Пока не пройдёшь до конца.

Она сжала кулак здоровой рукой, чувствуя слабый, но упрямый стук сердца под рёбрами. Плата принята. Теперь нужно было выбирать мудро. И идти вперёд. Пока время, украденное у неё артефактом, ещё было на её стороне.

В темноте пещеры, под мерный стук капель и далёкие звуки разгребаемых камней, начинался новый виток спирали.

Глава 5. Побег из пещеры

Они спрятались в узком ответвлении пещеры, заваленном полуразвалившимися деревянными ящиками – явными следами какой-то забытой экспедиции. Поблескивали ржавые обломки инструментов, валялись истлевшие обрывки брезента. Макс, задыхаясь, тащил Лию на спине, пока Софья освещала путь тусклым лучом фонарика на телефоне. Лия прижимала к груди перевязанную ладонь, но жжение пульсировало сквозь толстый слой бинтов, наложенных Алексом. Каждый шаг Макса отзывался в ране острым эхом.

– Здесь, – Алекс указал на сухую нишу за каменной глыбой. Его голос был сдавленным, но собранным. – Положи её осторожно.

Макс опустил Лию на холодный камень. Она вскрикнула, невольно сжав руку. Алекс мгновенно опустился на колени рядом, раскрывая импровизированную аптечку. Руки его дрожали от усталости, но движения оставались точными: антисептик, новая давящая повязка поверх старой, инъекция обезболивающего и стимулятора дыхания. Лия бредила, хватая воздух короткими, прерывистыми рывками.

– Держись, – врач прижал её ладонь к своей груди, чтобы она чувствовала ритм сердца. – Ты не одна. Дыши глубже.

Пока Алекс возился с повязкой, Макс нервно водил лучом фонарика по ящикам. Свет внезапно выхватил бутылку в ближайшем из них. Макс рванул прогнившую крышку – и дерево рассыпалось у него под пальцами.

– Коньяк? Чёрт побери… – Макс вытащил тяжелую, покрытую липкой пылью и паутиной бутыль. Пожелтевшая этикетка «Крым, 1993» едва читалась. – Настоящий музейный экспонат! Для храбрости сгодится?

Почти машинально, движимый нервозностью, он плеснул немного коньяка на свой рукав.

– Хотя бы для дезинфекции… – он потянулся протереть Лие лоб смоченным рукавом.

– Вылей эту гадость! – Софья резко выхватила бутылку у него из рук, едва он коснулся лба Лии. – Ей и так плохо!

Макс отпрянул, но смоченный коньяком рукав всё же скользнул по её коже. В том месте, где ткань коснулась виска, на мгновение вспыхнул слабый бирюзовый отсвет – отголосок спирали на запястье Лии.

Она очнулась – не от боли, а от внезапного видения:

Комната. Зеркало. В нём – её отражение, но… старше. На десятилетия. Лицо, изрезанное морщинами, которых ещё не должно было быть. Глаза, потухшие от прожитых лет, украденных артефактом…

– Диск… – Лия схватила Алекса за рукав, её глаза расширились от ужаса. – Он не просто берёт кровь, Алекс. Он берёт время. Годы. Жизнь…

Лия попыталась сесть, но Алекс мягко, но настойчиво удержал её за плечи:

– Ты потеряла много крови, пережила адреналиновый шок и… это… – он кивнул на её седые пряди. – Тебе нельзя сдвигаться с места хотя бы полчаса. Минимум, чтобы сердце успокоилось и ты не рухнула без сознания при первой же попытке бежать.

– У нас нет получаса, – она сжала его рукав, её пальцы были ледяными. – Они рядом… Чувствую их…

– Пусть идут, – Макс вытащил из рюкзака дротики для подводной охоты, его лицо вдруг стало серьёзным. – У меня есть арсенал. Давайте устроим засаду!

Софья, тем временем, снимала на телефон мерцающие руны на стенах их укрытия, её пальцы быстро двигались по экрану.

Лия закрыла глаза, откинув голову на камень. Морозная сырость проникала сквозь одежду. Она вспомнила деда. «Мы приходим сюда, чтобы изменить лишь одно мгновение». Его голос звучал так чётко, будто он стоял рядом в этой сырой темноте.

– Он был здесь… – прошептала она, открыв глаза. – В 1993-м. Среди этих ящиков. И что-то пошло не так. Очень не так…

– Ты хочешь вернуться в прошлое, чтобы это исправить? – спросил Алекс, нахмурившись, его взгляд скользнул по её седым прядям.

– Не исправить, – Лия посмотрела на диск, лежащий у неё на коленях. Его холод ощущался даже сквозь ткань куртки. – Понять. Найти нить…

Макс, тем временем, обследовал дальние уголки их убежища. Внезапно он замер, прижав ухо к грубой стене.

– Эй! – он махнул рукой, приглушив голос. – Тут есть выход! Слышите? Ветер! И свет!

Ребята подошли. В узкой щели между двумя массивными камнями слабо пробивался дневной свет и доносился свежий запах сосен.

– Он слишком мал, – пробормотал Алекс, оценивая щель. – Для меня и Макса – впритирку. Для Лии…

– Но это наш единственный шанс, – Софья уже начала аккуратно выковыривать мелкие камни и осыпавшуюся породу вокруг щели. – Помогайте!

Они трудились быстро и почти бесшумно. Камень за камнем, пока проход не стал достаточно широким, чтобы можно было протиснуться боком. Лия, стиснув зубы от боли в боку и ладони, помогала неповреждённой рукой, отбрасывая мелкие осколки.

Внезапно знакомый запах ударил в нос – медь, порох и что-то сладковато-гнилостное. Где-то совсем близко, за поворотом основного хода, раздался громкий хруст – будто кто-то наступил на сухую кость. Послышались приглушённые голоса.