Виталий Сертаков – Детская библиотека. Том 68 (страница 27)

— Максим Иванович, это разве Москва? — удивился Молотков, когда вокруг побежали одинаковые унылые пятиэтажки. Всем ведь известно, что москвичи живут в самых роскошных высотных домах, а здесь жить не хотелось. Здесь не хотелось даже вылезать из машины.

— Это почти Москва, — ответил за Гайкина полковник. — Здесь живут люди, которым очень хочется стать москвичами. Но тот, кого вы ищете, устроился гораздо лучше.

Лимузин погудел перед воротами, молчаливый водитель показал сторожу пропуск, и ровными рядами замелькали сосны. Наконец, машина замерла возле высокого каменного забора. Водитель постучал в стекло и сделал знак рукой. Его лица мальчик не запомнил (тот все время находился за толстой стеклянной шторкой).

Дедушка Гайкин развернул на колене маленький планшет и сверился с картой.

— Точно, это здесь, — произнес он. — Егор, держись у меня за спиной. Если что-то пойдет не так, беги назад, к машине. Вот тебе бумажка с номером телефона, спрячь. И обещай мне: если со мной что-нибудь случится, ты позвонишь Валериным родителям и расскажешь правду. Если что-то случится! Обещаешь?

— Обещаю, — еле выговорил Егор. Рот вдруг свело от неприятной сухости, и опять противно заныло в животе. — А что может случиться?

— Все что угодно, — не слишком радостно пообещал Гайкин. — Если крысу загнать в угол, она может броситься на человека. Так устроено.

— Максим Иванович, ты геройство прекращай, — посоветовал полковник. — Только скажи, и мои ребята этого проныру в два счета наизнанку вывернут.

— Достаточно того, что ты здесь, — Гайкин указал на видеокамеру, наблюдавшую за ними с забора.

Когда подошли к воротам, Егор решительно встал рядом с Гайкиным. Мотор лимузина негромко урчал, водитель заслонился газетой, полковник включил телевизор. Вокруг — никого. За высокими заборами торчали крыши таких же дорогих особняков.

Дедушка Гайкин позвонил, глядя в глазок видеокамеры. Долго никто не отвечал, затем в переговорном устройстве что-то щелкнуло.

— Нам нужен господин Дымов, — произнес Гайкин. — К нему приехал внук Семена Молоткова по важному делу.

— Нет здесь никакого Дымова, — ответило устройство сухим старческим голосом. — Вы ошиблись, уходите.

— Мы не ошиблись, — ласково улыбнулся в глазок Гайкин. — И мы никуда не уйдем. Видите ли, господин Дымов не выполнил условий сделки.

Во дворе гулко залаяла собака. За ней — другая.

— Уходите немедленно, я полицию вызову! — проскрипел голос.

— Полиция уже здесь, — обрадовал собеседника Гайкин. — Хотите, позову? Вместе обсудим, откуда у господина Дымова новый паспорт. И как он приобрел у Молотковой Ольги Сергеевны автомобиль без документов. И почему по месту рождения господина Дымова никакого Дымова нет и никогда не было.

— Что вам нужно?

— Атаман, открой нам. Серые охотники напали на людей, — прижав рот к микрофону, прошептал Гайкин.

Микрофон пару секунд потрескивал, не отвечая. Егор чувствовал, что их разглядывают. Потом загудел мотор, и створка ворот медленно поползла в сторону.

— Ну, здорово, атаман! — любезно произнес Гайкин.

Егор не сразу понял, к кому относилось приветствие. Под навесом крыльца стоял низкий человечек в пестром блестящем халате.

— Клянусь великим циркулем, это же Гайкин, — вяло проскрипел человечек. — Ты постарел.

— Зато ты не меняешься, атаман, — усмехнулся Гайкин.

Егор быстро огляделся. Двор за кирпичным забором поразил его почти полным отсутствием зелени. Пара травинок росла лишь под самыми воротами. Будто трава пыталась проникнуть снаружи в охраняемую крепость, но не могла преодолеть невидимый барьер. Деревья здесь тоже не росли, и в пустом дворе гулял ветер. Позади дома сгрудились железные навесы, морские контейнеры и гаражи. Под навесами громоздились ящики. Дом ничем не выделялся, разве что полным отсутствием окон на первом этаже. Всюду висели телекамеры и мощные прожектора. И никаких следов собак, которые только что лаяли.

— Я забыл про тебя, Гайкин, — тоскливо произнес человечек. — Хотел, чтобы все оставили меня в покое. Зачем ты привел с собой ребенка?

— Этот мальчик — внук Семена Молоткова.

— Семену Молоткову я ничего не должен, — холодно рассмеялся хозяин дома.

— Атаман, мы пришли предложить тебе честную сделку.

Егор никак не мог понять, что у человечка не так с лицом. Он все время прятался в тени козырька над крыльцом. Кажется, поблескивали линзы очков.

— Не ври, ты пришел просить о помощи. Прекрати называть меня атаманом. Атамана Дымова давно нет. Есть пенсионер Дымов. А пенсионер ничем не может тебе помочь.

— Я тоже про тебя забыл, атаман. Думал, ты вернулся домой.

— Домой? — Дымов засмеялся с таким звуком, точно заводил давно не смазанную механическую игрушку. — У меня больше нет дома. Меня изгнали, выкинули из города, как старую заводную куклу.

— Не все в городе считали тебя предателем, — возразил Гайкин. — Многие говорили, что тебя надо вернуть назад и выслушать.

— Я никогда туда не вернусь, клянусь чистой резьбой, — уперся Дымов. — Теперь говори правду, что тебе надо?

— Мальчик случайно открыл калитку. Серые охотники напали на жену Семена Молоткова. Я подумал, что это случайность. Видишь ли, они могли нанять кого-то из местных. Но сегодня утром они напали на школу, где учится Егор. Если мы не вмешаемся, охотники захватят весь город. Похоже, полковник затеял войну.

Человечек на крыльце вздрогнул:

— Зайдите в дом.

К удивлению Егора, дверь за ними закрылась сверху вниз, как жалюзи на окне. Только пластины жалюзи были толстые, массивные, а запор находился изнутри ниже уровня порога. Получалось, что, если хозяин заперся внутри, снаружи пришлось бы взрывать дверь или пробивать тараном. Ни замка, ни ручки. И ни одного окна. Настоящая крепость.

— Я знаю, что они здесь. Они приходили ко мне, — атаман Дымов зажег свет и первым начал спускаться по железной лесенке. — На этой неделе мои часы пробили дважды. Впервые за много лет… А потом явился сержант Затвор со своими серыми служаками. Гайкин, помнишь сержанта?

Дымов зажег свет в подвале и повернулся к гостям. Молотков вначале испугался, но скоро понял, что бояться нечего. Хотя хозяин выглядел странно. Слишком странно для обычного человека. Ростом он едва обогнал Егора, зато был раза в три шире в плечах. Плоскую макушку скрывали темно-рыжие волосы, жесткие и скрученные в спиральки. Волосы ужасно походили на медную стружку, которая получается при работе токарного станка. На подбородке атамана курчавилась такая же жесткая колючая бородка. Кожа его казалась блестящей и медной, словно атаман месяц загорал в горах, на сильном ветру. Верхнюю половину лица занимали самые удивительные очки, которые Егор когда-либо встречал. Таких он точно никогда не видел! К глазам атамана плотно прилегали круглые окуляры, видимо, с очень сильными стеклами, потому что зрачки за ними казались огромными. Поверх круглых очков и сбоку от них крепился сложный механизм, состоявший из шестеренок, рычагов и ящичков. Лоб атамана закрывали еще две или три пары очков с самыми разными стеклами.

— Я помню сержанта, — пробормотал дедушка Гайкин. — Но… я не думал, что он осмелится явиться сюда. Ведь ему запрещено. Я видел только охотников.

— Сам сержант бы не осмелился, его послали, — Дымов махнул гостям рукой и зашагал в глубину неосвещенного подвала. — Он явился ко мне, но войти побоялся. Я даже не стал спрашивать, чего он хочет. Выпустил трошей, прикончил двоих охотников, а одного взял в плен. Полюбуйся, какой красавец!

Атаман очень быстро перебирал коротенькими ножками, догнать его оказалось непросто. Там, где он проходил, звякая подошвами о металлический пол, автоматически загорался свет. А за спиной гостей свет опять гас, так что оценить размеры подвала Молотков не мог. Атаман подвел гостей к громадному стеклянному стакану. Внутри него, обернув вокруг колен длинную руку-клешню, сидел очередной Нестор Альбертович. Правой руки у него не было, но это не мешало пленному скалить железные клыки.

— Что ты будешь с ним делать? — спросил Гайкин.

— Буду ждать, — атаман скинул пестрый дачный халат и остался в синем рабочем комбинезоне с множеством кармашков и отделений. — Гайкин, ты ничего не замечаешь?

Атаман постучал отверткой по толстому стеклу. Серый охотник внутри стакана оскалился и вдруг всем телом молниеносно кинулся на людей. Мальчик попятился, споткнулся о кабель и шлепнулся на холодный металлический пол. Потрошитель на его запястье задергался.

— Зачем ребенка пугаешь? — обиделся дедушка Гайкин. Он подошел вплотную к прозрачной преграде, присел на колено и стал разглядывать перекошенную морду охотника. Видимо, здешний Нестор уже не раз бросался на преграду — его темные очки треснули в трех местах, кожа на искусственном лице помялась, усики висели криво.

— И вовсе я не испугался, — отряхиваясь, заявил Егор. — Я их вообще не боюсь.

— Зато я боюсь, — легко признался Дымов. — Ну что, Гайкин, догадался? Какого числа у тебя прозвонили часы?

— Ах, ну конечно! — дернул себя за бороду дедушка Гайкин. — Он уже должен был рассыпаться, а еще жив!

— Еще как жив, — кивнул атаман. — Видимо, кое-кто внес серьезные улучшения в конструкцию. Теперь они могут жить неделю в вашем мире, вероятно даже больше. Семь дней назад я бы не поверил, что охотники напали на кого-то в этом мире. Про сержанта тоже.