Виталий Сертаков – Детская библиотека. Том 68 (страница 24)

Ведь она должна наконец приехать!

Среди пакетов с землей Молотков вдруг заметил чьи-то испуганные глаза. Несколько секунд двое смотрели друг на друга, не в силах пошевелиться. Затем из груды мешков высунулась рука и поманила мальчика. Егор опустился на четвереньки и быстро прополз в щель между двумя стальными корзинами. Протиснуться здесь мог только очень щуплый человек или ребенок. Едва он пролез в щель, как позади загромыхали шаги.

Между корзинами, набитыми углем и садовой землей, пряталась маленькая женщина в фирменном халате магазина. Ее лоб и щеки были измазаны кровью. На бирке халата Егор прочел: «Марина Гусева, старший товаровед».

— Я вижу, мальчик, что ты не из них, — прошептала Марина. — Сиди тихо, если не хочешь получить слизняков в глаза!

— Это линзы, — сказал Егор. — Те, кому их ставят, превращаются в зомби…

— Никакие не зомби, — фыркнула Марина. — Мне дважды пытались воткнуть в глаза эту дрянь, но у них не получилось. Тогда меня отвели в холодную кладовую… было очень страшно. Я думала, меня… со мной что-нибудь сделают. Там сидели еще четверо, всех связали… Тссс!

Егор пригнулся еще ниже и затаил дыхание. Мимо пробежали трое или четверо. Затем по громкой связи снова назвали его имя.

— Это тебя ищут? — удивилась Марина. — Зачем ты им нужен? Стой, не ходи, они тебя мигом поймают. Знаешь, что я еще слышала? Они ищут какого-то Гайкина…

— Гайкина?

— Да… Говорили по рации или по телефону. Я слышала. Один сказал, что придется отложить захват вокзала. И что гораздо важнее найти старичка…

— Что? — встрепенулся Егор. — Извините, мне надо идти. Спасибо, что помогли спрятаться… Но я должен найти Гайкина.

— Не ходи! — вцепилась в рукав Марина. — Мне одной очень страшно. Давай пересидим тут до темноты, а вечером попробуем выбраться.

— Вечером может стать поздно, — вздохнул Егор и пополз по узкому проходу обратно.

— Не ходи, стой… — уговаривала женщина.

Он едва успел разогнуться, как в проходе между стеллажами увидел своего второго преследователя. Узнал его и испугался еще больше. Этот парень из 10-го «А», немного сгорбленный и чем-то похожий на орангутанга, был одним из самых ярых садистов в школе. Когда их десятый класс назначали дежурными, он просто так, ни за что, ловил несколько малышей, ставил их лицом к стене и притворялся, что будет расстреливать из настоящего пистолета. Пистолет у него был почти как настоящий — огромная тяжелая зажигалка. Но откуда мелюзге знать, вдруг и правда расстреляют? Орангутанг довольно ржал вместе с приятелями, когда им удавалось напугать маленьких. Еще он обожал выкручивать руки. Некоторые малыши даже писались в штаны, но проклятому громиле все сходило с рук. Говорили, что папа орангутанга — большой начальник и его побаивается даже директор школы.

Орангутанг тоже заметил Егора и широко улыбнулся. Егору от его улыбки сильно захотелось в туалет.

— Он здесь, вот он! — совсем как в фильме про Вия, завопил садист и, не разбирая дороги, кинулся к Молоткову. Однако он совершил ошибку, решив прыгнуть через прилавок. Проломил ногой пластик, провалился по колени в замороженные пельмени и застрял там, страшно ругаясь. Но с другой стороны уже спешил Молотков-старший, в котором от любимого папы мало что осталось:

— Егор, ну ты у меня получишь!

— Стоять на месте! Всем замереть! Ловите того, кто побежит! — прогремело в динамиках.

Как по мановению волшебной палочки, люди застыли истуканами. Застыла жирная тетка, пихавшая в рюкзак целые блоки сигарет. Застыли два моряка в форме речного флота, долбившие камнями запертые витрины с красной икрой. Застыли девушки-кассирши, толкавшие из больших холодильников длинную раму на колесиках, увешанную колбасой. На секунду в магазине повисла гнетущая тишина. Стало слышно, как снаружи, на проспекте, что-то бухает. «Неужели барабан?» — успел удивиться Егор. Вслед за ударами большого барабана донеслись нестройные шлепки, будто сто человек разом ударили мокрыми тряпками по полу.

Егор рванулся ко второму выходу, к турникетам, и тут же осознал свою ошибку. Все головы повернулись к нему.

— А ну-ка, парнишка, погодь! — Дедуля в фуражке вцепился Егору в бок.

Молотков дернулся, ткань затрещала, и в руке у деда остался оторванный карман. Жирная тетка бросила сигареты и шла на Егора, растопырив руки, заполнив собой весь проход. С другой стороны показался отец. Остался один путь — наверх. Егор побежал вверх по эскалатору, прыгая через три ступеньки.

— Вот он, держи, держи!

Трое мужчин столкнулись внизу, запутались друг в дружке и упали, перегородив узкий проход. Это подарило беглецу несколько лишних секунд. На втором этаже супермаркета погром еще не чувствовался: работали телевизоры и игровые приставки, на вешалках висела одежда, стояли в ряд надувные лодки. Егор промчался мимо, опрокидывая за собой все, что мог опрокинуть. Внезапно он выскочил в отдел, где продавались велосипеды. Недавно они заходили сюда с пацанами из класса и обсуждали, какой горный велик самый крутой. Самый красивый, с уймой скоростей, толстыми колесами и потрясающими пружинами стоил безумно дорого. Именно он мальчику и нравился. На ярлычке стояла такая сумма, что маме даже озвучить ее было страшно. Но что, если…

Молотков затормозил и схватился за потрясающе удобные, резиновые ручки. Велосипед так и просился — испытай меня, я тебя не подведу!

— Окружай его! — Мужчины в серых ватниках выбрались с эскалатора, размахивая палками и веревками.

— Не дайте уйти гаденышу! — командовал дед в фуражке.

Егор вскочил в седло. Для его роста высоковато или руль надо чуть опустить. Но сейчас на это не было времени. Педали крутанулись легко, фантастически легко, мальчик едва не врезался в стенд с удочками и всякими мелочами для рыбалки. Он развернулся и проверил тормоза — все работало прекрасно. И помчался по отделу спортивной одежды в сторону задней лестницы.

— А-а-а, вот он!

Преследователи выбежали слева и справа, но не успели схватить беглеца. Чьи-то пальцы сомкнулись на заднем колесе, раздался вопль, и человек упал на колени, прижимая к груди пораненную руку.

Молотков обогнул детскую игровую зону. За ним неслась толпа, люди толкались и мешали друг другу. Мимо уха со свистом пролетели роликовые коньки, в спину ударила лыжа. Егор в страхе обернулся — коньки кидал его отец!

Мальчик приготовился скакать по ступенькам, но у самой лестницы притормозил. Как оказалось, очень вовремя: снизу подкрадывались сразу шестеро. Увидев Егора, они заулюлюкали, как настоящие индейцы, и кинулись наверх через две ступеньки.

Путь был отрезан.

Егор рванул обратно. Мимо лифта, фотокамер, резиновых сапог и музыкальных инструментов. Преследователи бежали по соседнему ряду, расшвыривая электрогитары и усилители. Что-то с грохотом падало, звенели разбитые витрины. Молотков налегал на педали — все быстрее и быстрее по свободному проходу. Серые ватники были повсюду, ломились с двух сторон, зажимая щуплого велосипедиста в клещи.

Егор опять выехал к эскалаторам. Но здесь его поджидали трое или четверо. Хуже всего, что эти были вооружены — впервые в руках улучшенных людей появились ножи. Длинные столовые ножи, часть импортного набора, они доставали из картонной коробки и передавали друг другу.

Молотков с перепугу нажал не на тот тормоз и чуть не вылетел из седла. Заднее колесо велосипеда оторвалось от земли. Пару секунд мальчик балансировал, наклонившись вперед, затем сумел вернуть равновесие.

— Иди-ка сюда, я тебе покажу, как убегать! — Старикан в шляпе шел прямо на Егора, размахивая самым большим зазубренным ножом.

Егор свернул ко второму эскалатору, бегущему вверх. Но там уже обосновались девицы из горного колледжа. Позади с треском рухнул стенд с электрическими пианино. Трое в ватниках упали, запутавшись в проводах, но другие кинулись в обход.

Оставалось, наверное, полсекунды на принятие решения. Егор покрепче схватился за руль и направил велик между эскалаторами, на пологий гладкий спуск. Сам он такое видел лишь в кино, когда сыщик гнался за шпионом в подземке. Герои бежали и катились кувырком прямо по пластиковой поверхности, на которой натянута резиновая лента, а внутри вращались шестерни.

Егор разогнался изо всех сил.

Чтобы вскочить наверх вместе с велосипедом, он затормозил вплотную к пластмассовому корпусу эскалатора и дернул на себя руль. Чудесная машина послушно встала на дыбы, как настоящий боевой конь.

«Тр-рах!» — возле переднего колеса в пластик вонзился топорик для рубки мяса.

— Держи его, уйдет! — кажется, закричал Молотков-старший. Совсем близко, справа, Егор разглядел перекошенное злобой лицо отца. Он был не слишком похож на себя, зато теперь сильно смахивал на орангутанга из десятого класса. В его серых глазах светилась такая же радость от предстоящей расправы.

Егор встал в седле, крутанул педали и… поехал вниз, ускоряясь, по гладкому крутому склону. Прямо между двумя эскалаторами.

Сбоку к нему тянули руки, пытались ухватить за колеса, кто-то норовил сунуть туда палку, но велик пронесся как молния. Внизу Молоткова ждало самое страшное. Чтобы не врезаться с лету физиономией в огромное зеркало, он нажал оба тормоза. Колеса повело — скорость была слишком большой — и велик вырвался как пушечный снаряд. В последний момент Егор догадался привстать в седле, но руки не отпустил.