Виталий Поликарпов – Прикладная философия (страница 6)

Однако современная философская мысль оказалась способной раскрыть сущность «начала» существования трансцендентного бога древнеегипетского теологического и философского мышления. Это вытекает из применения к этому богу принципа (закона) двойного отрицания бытия, или принципа не-небытия, отличающегося от бытия как такового и определяющего онтологию нашего мира, которая здесь выступает в качестве негативной онтологии (негаонтология). «Космологическая предпосылка такой негаоонтологии – понятие вакуума нестабильного, в котором ничто себя ничтожит; в результате из него образуется нечто, отличное, в том числе наблюдаемая вселенная («все из ничего»). Поскольку в вакууме нет ничего, кроме ничего, то «не» обращается на себя, а тем самым и производит нечто, как минус на минус дает плюс»44. Ничто является бесконечно делимым, оно обладает способностью образовывать внутри себя сложнейшие структуры, которые при этом остаются ничем.

Именно принцип двойного отрицания позволяет разгадать метафизическую загадку – как нечто происходит из ничто: «Но само ничто, – подчеркивает М.Н. Эпштейн, – и содержит в себе ответ – начало своего ничтожения, Поскольку в ничто нет ничего, кроме самого ничто, оно становится самим для себя и в таком качестве себя уничтожает. Только «не» обладает этой творческой способностью превращать себя в нечто иное»45. Во многих религиозных системах это изначальное Ничто либо отождествляется с Богом, либо само есть Бог, что и зафиксировано в трудах Псевдо-Дионисия Ареопагита, М. Экхарта, Николая Кузанского, Я. Беме, Ф. Шеллинга, Н. Бердяева, С. Булгакова, С. Франка и др.

Чтобы Ничто могло действовать само на себя, оно должно обладать неким свойством типа рефлексивности, самореференции, способности сгиба, складки, возвратности. «Ничто выступает как суб-объект: раздваивается, чтобы подвергнуть себя собственному действию, ничтожить ничто и тем самым превращать его в нечто… Когда ничто ничтожится, результатом является «нечто», «кое-что», но далеко не все: не полнота бытия, а неустойчивость становления, колебательность появления-исчезновения.

Чтобы такое двойное «не» состоялось, в изначальном ничто должно присутствовать нечто, выражаемое возвратной частицей «-ся» («себя»). Очевидно, способность отношения к себе, самоотрицания, уже образует некую самость, субъектное начало внутри ничто. Это «Себя» и выступает в теистических системах как Некто, Всекто, Бог, Творец. Можно предполагать, что «себя» изначально пребывает в свернутом виде, как его рефлективная способность – и затем развертывается в полносущностное себя, в Самость и Самодеятельность. В процессе самоничтожения Ничто открывает в себе место для Иного, для Некто. Все далее производимое этой Самостью, или Творцом, составляет уже мир объектов, совокупность всего сущего.

При этом процесс творения тоже может быть представлен как действие «не», обращенное Субъектом-Творцом уже на самого себя. Таковы концепции самоумаления и самоничтожения Творца, лежащие в основе некоторых теологий, например, самосжатие Бога в акте создания мира, по каббале… Таким образом, для описания нашего мира достаточно двух логических кванторов: «не» и «себя». «Не» в отношении себя, «не не», и есть некий мир, возникающий из ничто. Это «не не есть» не означает полного, самодостаточного бытия, а только серию множащихся отличий от небытия, следствие его неустойчивости. В таком состоянии мы застаем себя в этом мире. Все существует и не существует, становится не тем, чем было. Это хорошо согласуется с картиной мира в буддизме… Нельзя сказать, что мы есть, в полном смысле слова «быть». Правильно сказать, что мы не не есть, мы не ничто, мы отличаемся от небытия, но только как из него приходящие и в него уходящие, признаки его неустойчивости, виртуальные частицы, из него излетающие, пена, вскипающая на его поверхности»46. Избавление от этого полубытия возможно либо погрузиться в нирвану (в глубины вакуума), стать полностью ничем (путь буддизма), либо обо-житься, стяжать себе вечную жизнь (путь авраамических религий).

В древнеегипетской эзотерической философской мысли впервые в мире был четко сформулирован моральный идеал, тесно связанный с понятием ответственности, что является следствием суда над человеком в загробном мире. Это весьма однозначно зафиксировано в папирусном свитке «Наука для фараона Мерикара», в котором отмечается неизбежный характер этого суда:

Члены Трибунала, когда совершается суд над несчастными,

Как знаешь, в целом не отличаются мягкостью

В дни, когда судят несчастных,

В часы выполнения своей роли.

Не рассчитывай на свой ум,

Не тешь себя иллюзией долгой жизни,

Потому что они способны увидеть всю жизнь так, как будто это был целый час.

Когда человек остается наедине со смертью,

Все его поступки собираются в стопку и кладутся возле него…

Если придет [к смерти] не совершив греха,

Останется в подземном мире навсегда, как бог,

Будет ходить свободно как Господин вечности.

Тому, кто не согрешил, обещается уже божественная жизнь. Нет ничего удивительного в том, что эта концепция, сформулированная так четко в эпоху гераклеополитанской династии, во времена Нового царства привела к появлению понятия совести47. Мудрецы называли её, пользуясь прекрасным образом, который позже будет применять также император Марк Аврелий, богом, который находится внутри человека. В пользу этого приведем слова погребальных верований: чтобы мог пребывать вечно в сладости сердца, среди ласк бога, который есть в тебе.

В основе эзотерического миросозерцания находится закон синархии, когда мир рассматривается как целостный, единый организм, обладающий иерархической структурой, в которой отдельные части имеют самостоятельное существование: «Как в человеческом теле каждый орган имеет свою собственную функцию, точно так же и во вселенной каждое из существ имеет особое назначение. Благодаря этому они не только образуют части вселенной, но и сами по себе являются вселенными, обладающими самобытным значением»48. Существенная значимость закона синархии заключается в том, что он утверждает принцип индивидуальности и показывает возможность различного положения индивидуальности в системе иерархий. В таком случае перед нами возникает картина бесконечной иерархии вселенных, начиная инфра-миром и кончая супра-миром, причем для каждой вселенной характерны свои временные и пространственные параметры. «Тайны секунды времени и сантиметра пространства должны быть постигаемы в том масштабе, в котором мы живем, то есть исследование должно быть качественным, а не количественным»49.

1.2. Прикладной характер философии

По своему генезису философия носит прикладной характер, о чем свидетельствует возникновение и развитие древнеегипетской эзотерической синтетической философии, которая предназначалась для управления мощной бюрократической теократической империей Древнего Востока. Прикладной характер всех последующих философских учений просматривается на протяжении всей истории человеческого общества. Так, в великолепной книге под редакцией Р. Стюарта «Идеи и наш мир. Великие концепции прошлого и настоящего» аргументировано показано, что современный мир представляет собой воплощение в жизнь ряда фундаментальных идей: «Современная эпоха (период после 1750) отмечена более резкими переменами, чем когда-либо в истории. Эти перемены в образе жизни, в форме правления, науке и искусстве. Перемены происходят из-за возникновения новых идей или возрождения старых. Идеи, сформировавшие этот мир, часто возникают как попытка объяснить наш мир. Марксова формула о том, что жизнь определяется экономикой, объясняла структуру общества. Открытие Фрейдом области подсознательного объясняло наши сны и наши, казалось бы, немотивированные действия. Эволюционная концепция Дарвина объясняла, как человеческие существа покорили планету. Книга Рейчел Карсон «Безмолвная весна» объяснила, как мы убиваем планету»50. Все великие идеи выступают основой жизнедеятельности людей, формируют наш образ жизни, постоянно трансформируют наш мир.

В данной книге четко выписаны великие идеи и показано, каким образом они кардинально изменили общество, прежде всего общество Запада, которое более пятисот лет господствует во всем мире. В самом начале здесь внимание уделяется таким концепциям политики и философии, как революция, национализм, демократия, консерватизм, либерализм, социализм, марксизм, империализм, тоталитаризм, интернационализм, идеализм, материализм, романтизм, аналитическая философия, экзистенциализм философия науки, поструктурализм и др.51 Иными словами, фундаментальные, великие идеи философского характера лежат в основе преобразования общества, потому что они дают возможность проектировать желаемый социум с позиции той или иной доминирующей социальной группы.

Понятно, что не всегда воплощение в практическую деятельность человека и общества фундаментальных философских концепций влечет за собой положительные эффекты, в ряде случаев наблюдается и негативные последствия. Отечественный философ М. Л. Полищук справедливо писал о значении философии как мудрости для человека, когда подчеркивал, что, «не изучая мудрости, нельзя жить не только счастливо, но и сносно – ибо счастливой делает жизнь совершенная мудрость, а сносной – её начатки»52. Однако воплощение в жизнь некоторых фундаментальных философских идей приводит к значительным отрицательным последствиям, о чем свидетельствует практика фашистской тоталитарной системы Германии.