Виталий Пищенко – Собеседник. Выпуск 6 (страница 14)

— Ну, брат, ты даешь! — восхищенно воскликнул водитель и удивленно покачал головой.

Дед Мороз взглянул на номер квартиры, еще раз сверился со списком, кивнул головой:

— Сюда. — И решительно нажал на кнопку звонка.

Дверь распахнулась. Удивленные и веселые лица смотрели на неожиданных гостей.

— Здравствуйте, хозяева! — неестественно тонким голосом затянул Дед Мороз.

Снегурочка смущенно покраснела.

Черт принялся внимательно рассматривать наряженную елку.

А Дед Мороз называл цифры выполнения плана, вручал подарки, а под конец прочитал стихи месткомовского поэта. Нескладные были стихи, «Новый год» рифмовался в них с «металлопрокатом», зато от души, и покрасневший хозяин пытался спрятать смущенную улыбку, и аплодисменты звучали искренне и дружески. Потом гостей приглашали к столу, они благодарили и отказывались, а Дед Мороз всем показывал большущий список, но по бокалу шампанского выпить все равно пришлось. И уж когда собрались уходить, дети, которым пора было бы спать, потому что передача «Спокойной ночи, малыши» закончилась почти два часа назад, что-то зашептали на ухо хозяину, показывая маленькими пальчиками в сторону насторожившегося Черта.

— Товарищи, — хозяин выступил вперед, — тут дети наши приз учредили за лучший костюм и присудить его решили, вы уж извините, товарищи Мороз и Снегурочка, решили присудить его товарищу Черту.

Черт был и вправду хорош! На голове кривые рожки, на ногах маленькие острые копытца, и хвост шевелился, как настоящий! А хозяин уже вкладывал в его узкую ладошку приз — самый большой шар, торжественно снятый ребятишками с елки.

Потом они ходили из квартиры в квартиру, шутили с какими-то веселыми людьми, а один раз их забросали снежками, и они никак не могли пробиться к нужному подъезду. Кругом смеялся, пел, встречал Новый год большой трудовой город.

Дед Мороз в очередной раз провел пальцем по списку, заглянул в мешок и улыбнулся:

— Все…

— Как все? — не поняла Снегурочка.

— Все, всех обошли…

И в этот момент где-то далеко-далеко начали бить куранты. Их звон становился ближе, громче, казалось, заполнил площадку между домами, город, всю Землю…

— Двенадцать, — растерянно протянул Дед Мороз. — Новый год… С Новым годом!

С Новым годом! И обхватив друг друга руками за плечи, они радостно запрыгали вокруг пустого мешка, лежащего на снегу.

— Ну, кому куда? — Дед Мороз вопросительно смотрел на своих спутников.

— Мне недалеко, — торопливо ответила Снегурочка, — провожать не надо. До свидания.

Она пожала руку Деда Мороза, узкую ладошку Черта, приветливо махнула рукой и исчезла за углом девятиэтажки.

— Мне тоже рядом, — пробасил Черт.

— Ну, а мне в общежитие, часа через два добегу. По Москве Новый год с ребятами встречу. Ну, пока! С Новым годом!

И Дед Мороз, смешно загребая большущими валенками, побежал по ночной улице.

«Славный парень, — думала тем временем Снегурочка, — да и второй тоже хороший, странный только немного. Ну, ладно, командировка закончилась, пора домой. Молодчина я сегодня, фильм получится — загляденье «Народно-праздничные обряды последней четверти XX столетия»! Такого еще никто не видел. Конечно, когда-нибудь люди вновь смогут побывать и в Золотой Орде и у костра кроманьонцев… Но это когда еще будет! А пока что никто не был в прошлом дальше, чем я. Подумать только — 300 лет! Где-то здесь встречает Новый год моя прапрапрабабушка. Может, я и у нее сегодня была? Вот забавно!»

Снегурочка взглянула на часы.

— Пора, как раз к Новому году домой успею, — и она решительно совместила рубиновый огонек на циферблате своих часов с цифрой 2285.

На площадке между домами остался один Черт. Присев на засыпанную снегом скамейку, он задумчиво ковырял копытцем смерзшуюся корку снега.

«Опять ничего не сделал, — вертелась в его голове печальная мысль. — Правда вручил таксисту дьяволовы деньги, может, зачтут? Впрочем, какие они дьяволовы, заплатил-то я ему за честный труд. Не зачтут…

Представилось его глазам недовольное рыло заведующего сектором мелких новогодних пакостей, послышался его скрипучий голос… «Плохо работаешь, Короткохвостый! Плохо, ох, плохо! Ядовитости в тебе не хватает! Мелкое хамство отсутствует, о крупном уж не говорю… Где твоя профессиональная гордость? Где горение? Где азарт? На полноценные пакости и то не способен! Эх, кадры, одна морока с вами…»

— Не зачтут, — окончательно решил Черт, — пожалуй, и командировочные не выплатят.

Но то ли вспомнились ему счастливые лица ребятишек, то ли запел хрустальным звоном елочный шар — «приз за лучший костюм», только Черт залихватски взвизгнул, крутнулся на копытце, вспыхнул ярким огоньком и исчез, оставив после себя быстро рассеивающееся облачко сернистого дыма.

Александр Пыхтин,

школьник пятого класса

ТОЧНОСТЬ

Я подключил только что установленный в комнате материализатор желаний к электросети и занял место за пультом.

Приборная доска поблескивала лампочками, и, в ответ на включение микрофона, динамик громогласно спросил:

— Чего тебе?!

— Соль.

— Задание неточно.

— Пластмассовую линейку.

— Задание неточно.

Я недоумевал. Ведь все было правильно! В чем же тогда дело? Медленно обвел глазами пульт. Ну все, абсолютно все было в порядке! Материя на входе? Нормально. Напряжение? Тоже нормальное.

— Ура! — вдруг вскрикнул я от радости. Как же я не учел такой простой вещи! Пластических масс ведь великое множество, и солей тоже. Если бы аппарат выдал мне линейку из синтетического меха, он был бы прав.

Я решил заказать алмаз. Рекордный алмаз! Пораскинул мозгами и выкрикнул в микрофон:

— Кристаллический углерод на пять тысяч карат.

— Задание неточно, — бесстрастно ответил автомат.

Это уже вывело меня из себя.

— Черт! — стукнул я со злостью кулаком по пульту.

— Задание выполнено! — прогремел динамик.

— Уф, наконец-то образумился, — выдохнул я и в поисках алмаза стал осматривать комнату. Алмаза я не увидел, но зато в кресле напротив, блаженно закрыв глаза, сидел… черт!

Игорь Малашенко

КРИТЕРИЙ РАЗУМНОСТИ

— Ух! Все готово, командир! — сказал биолог, отряхивая с комбинезона пыль.

Человек, которого назвали командиром, внимательно осмотрел штабеля ящиков:

— Что ж, теперь можно и домой возвращаться, — командир похлопал рукой по одному из ящиков, — экспонатов много, главное, довезти до Земли в хорошей сохранности все это. Как думаешь, Виктор, не разобьем по дороге? — Командир кивнул на длинный прямоугольный ящик в конце отсека.

— Думаю, выдержит. Я проверял систему замораживания — она вполне надежна.

— Никогда бы не подумал, что нам придется отлавливать и перевозить этих тварей.

Командир отодвинул стенку одного из ящиков и скривился:

— Бр! Страшилище!

— О! Вы, Павел Петрович, созерцаете нашу гордость — кольцетелую Штропса с планеты Арунус-6. Самое любопытное, что фактически на планете Арунус-6 нет условий для жизни, а эта красавица ухитряется как-то там существовать — просто фантастика! — развел руками биолог.

— А вы не думали, Виктор, что мы могли по ошибке, по незнанию, отловить мыслящее существо и тем самым совершить преступление против разума?

— Нет, что вы, командир? В черепной коробке этой твари серого вещества нет и в помине. Да, собственно, и черепной коробки у нее, как таковой, нет. Это примитивное создание!

— Что это вы, друзья, уставились на эту абракадабру? — в переходном отсеке появился второй пилот. — Ничего интересного — ни морды, ни лап, бревно да и только. — И без предисловий обратился к командиру:

— Павел Петрович, корабль к взлету готов, до входа в точку возвращения осталось двое суток.

— Отлично, Женя! — Павел Петрович оглянулся на Виктора. — Пошли, взлетаем.