Виталий Останин – Проект: Граф Брюс. Книга 1 (страница 3)
Ага, не на того напал! Чтобы графа вот так просто пригласили в его же дом! Ха!
– Вы объяснитесь прямо сейчас, агент Хасимото!
– Извольте, граф, – не стал спорить особист. – Алексей Яковлевич Брюс арестован за участие в заговоре против трона. Этого достаточно? Простите, но остальную информацию, я не буду сообщать на улице.
Пока он говорил, машины, в одной из которых сидел мой дед, уехали. И мы с агентом остались на дорожке одни.
– Арестован? – неверяще произнёс я.
Это что же старикан натворил, что за ним аж группу захвата выслали? Заговор? Какой, к бесам, заговор! Дед, ты мне всё внедрение обломал!
– Всё верно, граф.
– Тогда прошу в дом…
Интересно, после этого он мне ещё принадлежит?
Глава 4
Жили мы с дедом одни – проклятая бедность! Слуги имелись, но приходящие: уборщица раз в три дня, и садовник раз в неделю. И, понятное дело, никаких тебе гувернанток, что кофий заварят, или кухарок, готовящих обед. Даже дворецкого не было – встречайте гостей сами, ваша светлость! Одна радость – никто к Брюсам не ходил уже давно.
Так что мне пришлось самому вести агента Тайной Канцелярии в дедов кабинет, хотя, подозреваю, дорогу тот и сам знал отлично. А вот и подтверждение! В кабинете обыск был: ящики из столов выдвинуты, книги с полок сброшены, ковры скатаны. Только массивный стол, стоящий напротив входа у окна, сдвинуть с места не смогли – там реально половина дуба по весу. А кресла тягали. Люки в паркете искали, что ли?
Ох, дед! Во что ты вляпался, старый?
– Присаживайтесь, – светским тоном бросил я, оглядев комнату и не продемонстрировав никаких эмоций по поводу увиденного. Аристократ, фигли!
Сам уселся в дедово кресло, за столом. Раз его нет, значит я тут главный. Ага, которому тут потом убираться!
– Благодарю, – скупо улыбнулся агент Хасимото, присаживаясь. И сразу взял быка за рога. – Что вам известно о связях вашего деда?
Ха! Решил в лоб, да? Не, Олег Андронович, так просто ты меня не расколешь! Кочевников учат и посложнее допросы выдерживать. Тем более, и колоть-то не на что… Я понятия не имел, чем там дед занимался! Заговорщик, блин!
– О чём вы, агент? – лицо чуть скривить, бровь поднять. – У нас и гостей-то почти не бывает. Вы, думаю, прекрасно осведомлены о состоянии дел рода Брюсов.
– То есть, вы утверждаете, не знаете с кем общался Алексей Яковлевич? И не знакомы ни с кем из окружения вашего старшего родственника?
Серьёзно? Как-то даже неловко за Тайную Канцелярию!
– Ну почему же. По четвергам дед ходил на стариковские посиделки…
– Точнее!
– В “скат[Скат – немецкая карточная игра]” они играли! У Ярового Сергей Сергеича! – “вспылил” я. – Что за тон, агент Хасимото?! Я тоже, по вашему, заговорщик? Так арестовывайте тогда! Но не смейте на меня голос повышать!
Вот так тебе, ищейка! Давай, вываливай, в каком я сейчас у вашего ведомства статусе нахожусь? Подозреваемый? Обвиняемый? Третье лицо, как родственник? Если последнее, то он сольётся сразу.
– Простите, граф. – чуть склонил голову агент. Слился. – Я не хотел вам грубить.
– Извинения приняты. – официальным тоном произнёс я, внутренне потирая руки. Третье лицо, значит. Это уже хорошо!
Раньше, если судить по историческим записям, каких-то двадцать лет назад, вся семья обвиняемого в политическом преступлении аристократа попадала под удар. Но после курса, взятого нынешним императором, тем самым, который мой дед обзывал “дерьмократическим”, участие рода в делах главы семьи ещё требовалось доказать. Поэтому и появился такой юридический статус, как “третье лицо”.
Он обозначал, что мне, до тех пор, пока не будет доказано обратное, за косяки предков ничего предъявлять не будут. Санкции на род наложить могут, это да. Лишить преференций каких-нибудь, налоговых льгот и так далее. Но никакого уголовного преследования отдельных членов семьи.
И это даёт мне надежду выйти из ситуации сухим. На санкции мне плевать с самой высокой колокольни города Владимира – у Брюсов нет ничего, чего можно лишить. Так что живём пока.
– Тем не менее, я прошу вас под протокол сообщить обо всех, в окружении Алексея Яковлевича Брюса, с кем вы лично знакомы. – сразу после формального прощения продолжил давить Хасимото.
Вот дался я ему! Пацан чудом ожил после приговора смертельной болезни – конечно, он не в курсе, чем его дед занимался. У него все мысли сейчас должны быть о девочках, и о том, чтобы экзамены выпускного класса не завалить. А то не видать универа, как своих ушей.
Но он же это всё знает, не может не знать! Но спрашивает. Дежурно или в самом деле подозревает внука заговорщика?
– Ну, с Яровым знаком, хотя он и нечасто к нам заглядывал. Месяца два назад в последний раз, – принялся я вспоминать, одновременно прощупывая реакции собеседника. – Ещё с сослуживцем дедовым, они порой с ним прогуливались по набережной. Карпов Николай Елисеевич. Кто еще? А, Белореченский Антон Федорович! Этот к нам на чай заглядывал с неделю назад. Да и все, пожалуй…
– Уверены?
– Нет, что б вас! Я их не записывал!
А вот это хорошая вспышка, да. Мне шестнадцать, гормоны ещё играют, плюс дворянская спесь. Достоверно вышло.
– Спокойнее, Роман Александрович…
А реакция на лице проклюнулась-таки! Досада и усталость. Значит, дежурный допрос. В действительности он не верит, что я сообщник, и не собирается это доказывать всеми силами. Тогда…
– А вы бы сами были спокойны, Олег Андронович? – незаметно от “агента Хасимото”, я перешёл на более доверительный тон. – Возвращаешься домой, а тут твоего деда пакуют и в государственной измене обвиняют! И вы ещё толком ничего не говорите, только вопросами сыпите! Что стряслось-то? Скажите уже!
Лицо сотрудника Тайной Канцелярии едва заметно скривилось.
– Как я уже сказал вам ранее, Алексея Яковлевича арестовали за участие в заговоре против императора…
– Он же старый! Какие ему заговоры? Он что, напасть на него хотел? Вы сами-то в это верите?
– Во-первых, причинить ущерб существующему строю и укладу можно не только покушением. А во-вторых, ваш дед – Грандмастер, который, если ему этого захочется, вполне может устроить и покушение. Успешное.
М-да. А вот этот момент я действительно не учёл. Не свыкся ещё с новой реальностью, чтобы она стала единственно возможной. Магия. Брюсы ведь, кроме того, что графья, ещё и маги земли. Ну, здесь их так называют. На деле это скорее проявление псионических способностей, но кто я такой, чтобы местным за терминологию выговаривать?
Короче, дед та еще Пушка – еще одно прозвище магов земли. И агент Тайной Канцелярии прав – такой вполне мог устроить успешное покушение. Когда, после чудесного исцеления внука, он взялся за моё обучение семейным техникам, показывал, почему геокинетиков так называют.
Вывел на задний двор, зачерпнул рукой воздух, вырывая из земли “горсть” с голову человека, и сформировал из неё снаряд. Ядро, если быть совсем точным, такими античные пушки стреляли. После чего почти без замаха отправил его в здоровенный камень, стоящий у самой дальней стены ограды.
“Ядро, – сказал он мне тогда, дождавшись, когда снаряд разлетелся в песок от столкновения. – Родовая техника Брюсов, доступная с ранга Подмастерья. Но конкретно этот вес и объём можно взять только на Воине, до этого каменюки помельче будут. Скорость полёта снаряда до четырёхсот метров в секунду, но это тоже индивидуально. Отец твой выше ста мысов никогда не разгонял”.
– Послушайте, Олег Андронович, но дед же из ваших! – в качестве последнего довода в защиту родича выдал я. – Всю жизнь прослужил в Тайной Канцелярии, и вдруг на старости лет решил стать предателем? Вам самим это странным не кажется.
Пока я говорил, агент Хасимото едва заметно кивал, будто бы соглашаясь с моими словами. Но стоило мне закончить, как подвёл черту:
– С этим уже следствие разберётся. Вас же, господин граф, я попрошу не покидать города. Возможно, у дознавателей ещё возникнут к вам вопросы.
После чего поднялся и бросив: “Не провожайте, я знаю дорогу”, вышел. А я остался сидеть, переваривая случившееся. И то, как это скажется на мне.
Так-то можно сказать, что пронесло. Хотели бы забрать, вместе с дедом бы и забрали. А тут – просто задали несколько дежурных вопросов, попросили не пропадать из поля зрения, и вроде как в покое оставили. Но именно – вроде как.
Оставайся в этом теле настоящий Роман Брюс, он бы может и поверил в такой исход. Но я то был Кочевником. Человеком, которого годами учили встраиваться в любую систему. Мне было абсолютно ясно, что оставили меня здесь в роли наживки. Неважнецкая перспектива…
Глава 5
На связь с Маяком я вышел в одиннадцать вечера. Согласно регламента, я должен был это делать один раз в десять дней, если не возникало никаких нештатных ситуаций. И, если бы сегодня не произошла эта история с дедом, просто отправил бы доклад, даже не вступая в диалог. По сути, просто придремал бы, и в этом состоянии продиктовал заготовленный текст отчета.
Но тут уж пришлось делать то, что жрало силы, как свинья помои – разговаривать. Настроение после часов уборки и без того было не лучшим, да и понимание, что после сеанса связи организм отыграется по полной, поэтому начал я довольно резко.
– Хьюстон, у нас проблемы!
Фразочка была как раз из того мира, в который мой народ, после нескольких лет изучения, решил-таки не переселяться. Это где ядерная война могла разродиться в течение ближайших лет. Однако, Маяки вытащили оттуда и сделали популярными в нашей среде кучу крылатых фраз, которые там назывались почему-то мемами.