Виталий Останин – Остерия "Старый конь". Регрессор (страница 30)

— Ты хочешь сместить верховного данга. Ты ищешь союзников и оружие. Одни владетели Тинджи поддержат тебя, другие нет. И ты неуверен в победе. Был неуверен. До моего появления. Теперь уверен. Ты думаешь разогнать дружину своего врага моими ракетами. И захватить дворец. А дангам, что не поддерживают тебя, навязать свою волю силой. Но ты совершаешь ошибку. Тебе не нужно захватывать власть в Тинджи.

Гема неохотно кивал на каждую фразу ученого. А на последних словах вскинулся и спросил.

— Почему?

— Потому что тебе нужно захватить власть во всех городах Зеленого берега. И объединить их под своей властью.

— Ха! — вскрикнул Нун. — Это невозможно!

— Было невозможно.

— Ты дурак, если считаешь, что сможешь уговорить моего друга на самоубийство! В этом и есть твой план?..

— Замолчи, Нун! — властно крикнул Гема. — Ты гость в моем доме. Помни об этом!

— Но…

— Молчи, ради Триады! Терр… Ты говоришь серьезно?

— Настолько, что готов встать рядом с тобой и пройти весь путь до конца.

Он все еще сомневался. На его месте я бы тоже не поверил сразу. Чужак, живущий в твоем доме всего два десятка дней вдруг сообщает, что готов дать тебе власть над всеми известными городами. Не какое-то кресло данга, а по-настоящему — верховного правителя! Я бы заподозрил его в чем угодно: в глупости, в каких-то собственных целях, в шпионаже. В чем угодно!

Но, с другой стороны, он хотел этого. Он жаждал власти. Пусть и не такой огромной. Пусть он и не мечтал об объединении городов, а лишь стать первым среди прочих князей в родном Тинджи. Но он уже услышал предложение Терри. И оно проникло в его кровь. Об этом говорили его алчно блестящие глаза, возбужденно раздувающиеся ноздри и слегка приоткрытый рот. Между пересохшими губами которого, как у какой-нибудь ящерицы, мелькал кончик языка. Жажда власти — серьезный наркотик. Посильнее моего опия. Во много раз сильнее. И он не успокаивает.

— Все шесть городов? Под одной рукой? Триада! Но как?

— Понадобится несколько лет. Много работы. Твоей и моей работы. И верных тебе людей, которые желают разделить с тобой будущее величие. Будет нужно много денег. Но главное у нас уже есть.

— Что? — Язык данга вновь мелькнул между губами.

Все. Гема был наш.

— Он. — Терри указал на меня.

— Твой охранник? — недоуменно вскричал Нун. Который, к слову тоже очень внимательно слушал ученого. И так же как хозяин дома, попадал под магию его обещаний.

— Мой друг. Его зовут Серт. У меня на родине этого человека считают самым опасным полководцем. Он откроет для тебя, Гема, ворота всех городов.

Надо было видеть, как быстро в глазах аристократов рос мой статус. Только что я был просто мебелью, бессловесным приложением к умельцу Терри. Не раб, но мало от него отличающийся человек. И вдруг выясняется, что я “самый опасный полководец” из страны, где есть стальные клинки и горящий порошок.

— Как?

Этот вопрос Гема адресовал уже мне. Впервые за все это время. Ах, как ему хотелось стать верховным дангом! Настолько, что он был схватиться за любую руку.

Профессор все-таки людей читает, как открытую книгу! Это восхищало и, немного, пугало. Не использует ли он меня так же, как мы сейчас используем местного князя через его амбиции? Ведь он практически по фразам разложил эту беседу! До ее начала! Он озвучил ее чуть ли не по ролям! И сейчас разговор проходил полностью по его сценарию.

“Выключай паранойю, Красный!” — одернул я себя. — “Зачем бы тогда он посвящал тебя во все свои планы?”

Вслух я сказал другое.

— Я расскажу как, данг Гема. Расскажу все. Очень подробно. Если ты готов, мы можем начать завтра.

— Уже завтра?

— Да, данг. И еще. Пока мы не возьмем первый из соседних городов, верховный правитель Тинджи должен оставаться на своем троне.

Глава 13

Ученый подал все так, будто бы это я разработал план возвышения Гема, и нас вместе с ним. На деле же все придумал именно он, я лишь выступал оратором, которому данги смотрели в рот. Особенно после того, как первые наши акции увенчались успехом. Он сыпал идеями, а я встречался с разными людьми и отдавал распоряжения. Он выстраивал интриги, мне же приходилось с серьезной миной объяснять их местным аристократам.

А ведь они видели только то, что мы им позволяли увидеть! Мне, от интриг такой сложности, становилось жутковато. И еще было очень интересно узнать: что же за клубок змей был в Императорской Академии наук, если Терри научился тому, что сейчас демонстрировал, там?

“Мы должны получить сердца всех свободных горожан”. — сказал он. — “Они должны выступать за войну с Джеламом”.

— Каждый свободный житель города Тинджи имеет право на раба! Бесплатного раба! Так говорит данг Гема! — третий день кричали специально нанятые кликуши на всех рынках и площадях.

И свободные жители одобрительно кивали. Конечно! Должны! А то как же! И именно бесплатного! Они совершенно не задумывались над вопросом, где будут браться эти самые рабы. Точнее — прекрасно понимали — как добыча с войны. Внимали горлопанам и слышали только два посыла: бесплатные рабы и данг Гема. Я сперва думал, что нашему гостеприимному хозяину за такие подстрекательские разговоры достанется от верховного правителя. Но выяснилось, что примерно в таком ключе у них происходили выборы главы города: каждый желающий им стать — из дангов, разумеется! — раздавал обещания горожанам. Некоторые даже выполняли.

“Они должны ненавидеть соседа и винить в своих бедах его”. — продолжал Терри.

Это было несложно. Соседской дружбой в отношениях двух городов никогда и не пахло. Поэтому, когда на рынках стали ползти вверх цены на зерно, поставляемого из Джелама, недовольным людям объяснили причину. Неурожай и повышение цен у поставщиков! А люди Гема дополнительно посеяли слухи, что на самом деле все упирается в сговор джеламских купцов против Тинджи. Что, кстати, не было такой уж неправдой, порой торгаши из соседнего города так и поступали.

“Они должны быть недовольны нерешительностью верховного данга”. — говорил профессор.

Здесь мы пошли по пути банального криминала. Некий ряженый в джеламского торговца человек, убил по пьяному делу своего собутыльника. Незначительного, но свободного. Уже наутро половина города вопрошала — почему данг Матар терпит такое неуважение от соседей? И отчего не распнет джеламского пса на городских воротах?

“Большая часть местных дангов должны поддерживать идею войны с Джаламом”.

Тут, все хорошенько обдумав, мы пришли к выводу, что с аристократами должен видеться человек их круга. Внесли в план коррективы и вместе с Гема, именно Александр ходил в гости к князькам. Он заливал им уши сиропом и демонстрировал “новое оружие”. Те кивали и соглашались с тем, что границы влияния Тинджи давно следует расширить. Аборигены ведь не понимали, что именно они, а также их деньги, станут настоящим оружием. А вовсе не вонючий порох.

“Джеламский данг должен поругаться с нашим!”

И контролирующие большую часть торговли тинджинские князья, поддержку которых уже получил Терри, начинали снижать цены на свои товары, ввозимые к соседям. А некоторые капитаны местных галер принимались грабить коллег из Джелама. Что тут же привело к таким же действиям капитанов из другого города. И не оставило верховному дангу Тинджи выбора в тональности общения с коллегой.

“Жители Тинджи должны быть уверены, что боги на стороне родного города”.

Спустя день жрецы храма быкоголового Акана, властителя морских глубин и чего-то там еще, получив от меня по мешочку железных монет, стали получать видения и изрекать туманные пророчества. Которые с каждым днем становились все яснее и яснее.

“Быть войне!” — завывали они в религиозном трансе. — “Рогатая тень накрывает Зеленый берег! И один из рогов тех указывает на Джелам!”

Я был в восхищении. Вот кому надо было делать революцию у нас на родине! Ему, а не мне! За несколько дней он заставил бурлить местный город-государство, как котелок с грибной похлебкой. То одна, то другая его идея стреляли и попадали в цель. На улицах стали стихийно собираться туземцы с оружием в руках и требовать от Гема — именно от Гема! — вести их на Джелам.

И никто не понимал, что творящийся бардак вполне себе спланирован. Что каждый шаг местных жителей, их мыслей и побуждений, профессором просчитан, измерен, взвешен и уложен кусочком мозаики в панно общего плана.

При этом Терри, так здорово показавший себя в планировании и организации, уделял ничтожное время реализации своих планов. Он придумывал, определял исполнителя и тут же переключал внимание на следующую задачу. То есть, процесс его волновал слабо. Только цель — положение в местном обществе. Да и то лишь затем, чтобы заняться своими исследованиями.

В некоторых вопросах мы с ним не сходились. Например, я был против самого первого его шага — завоевать сердца горожан бесплатными рабами. А то ведь выходила странная штука — мы хотим уничтожить рабство (ну хорошо, я хочу!), а вместо этого обещаем каждому горожанину раба, как долю с военной добычи. На что ученый легкомысленно махнул рукой и “успокоил” меня.

— Обещать, не значит жениться, Серт! Не забивайте голову и делайте дело.

Дел и правда было по горло. Пора было начинать демонстрировать нашим дангам не только острый ум Терри, но и ту самую опасность Серта, как полководца. То есть, знакомить этот мир с диверсиями и террором. Поэтому оставив подготовку города к войне на ученого, я, вместе с Будаком и парочкой рабов-телохранителей, отправился в Джелам под видом купца.