Виталий Останин – О бедном мажоре замолвите слово 3 (страница 25)

— Флешка. Чертежи. Поляк-наемник. Курьер!

Мне только и осталось, что руками развести. В момент все связала. Говорил же — умная. Она не могла не сложить этот пазл.

— Да, все так.

— И ты это утаил!

— Я не хотел, чтобы других эта хрень зацепила! — прошипел я в ответ.

— И как? Помогло?

Со стороны мы, наверное, выглядели, как ссорящиеся любовники. Что-то втолковывали друг другу на повышенных, шипели, как рассерженные змеи. Хорошо! Очень естественно смотримся, никто на такой парочке лишней секунды взгляд не задержит. Ялта — родина курортных романов! И кладбище заодно.

Клейн, за которым я не забывал поглядывать, так и сидел один, любуясь опускающимся в море солнцем. И ни на кого внимания не обращал.

— Послушай, Ань, несмотря на мои сложные отношения с отцом, я уже обратился к нему. Он по своим каналам носитель информации сможет вернуть, так, чтобы никто не пострадал. Но те, кто организовал его похищение, очень настроены получить его обратно. Вот этого благообразного господина в внешностью университетского профессора, послали ко мне, как посредника. А он, чтобы ты понимала, в ранге Мастера!

— Умеешь ты друзей заводить!

— Талант не пропить, — с кислой миной подтвердил я. — Короче, я подозреваю, что он по мою душу сюда явился. И хочу выяснить, что затеял. Поэтому и хочу за ним последить немного.

Так, переговариваясь и немного поругиваясь, мы провели следующие полчаса. За это время Роберт Леопольдович не проявил никакой активности, только в фляжке прикладывался с завидной регулярностью. Бездонная она у него, что ли? Но вскоре появился тот, кого этот «обычный пенсионер» ждал.

Выглядел он, как внук нашего пожилого интеллигента. Лет двадцать пять, может двадцать семь. Стройный, неброско одетый, с открытым и приятным лицом. Жгучий брюнет, кстати. На небольшой челке волосы немного вились — пижон.

А вот поприветствовал он Клейна не так, как доброго дедушку. Остановился в паре шагов, напряженный, чуть ли не бежать готовый при малейшей опасности. Старикан ему что-то сказал с улыбкой, и выразительно похлопал ладонью по скамье. Садись, мол.

Я прекрасно помнил манеру Роберта Леопольдовича строить беседу. Обволакивающий голос, подчеркнуто вежливые слова, безупречные манеры и легкая добродушная насмешливость. Такая часто появляется у людей, проживших долгую жизнь и научившиеся на все смотреть с иронией.

Поэтому почти услышал (чего, понятно, никак не мог сделать на таком расстоянии), как Клейн произносит: «Садитесь уже, юноша! Ноги не вечно будут служить вам верно».

«Внучок» почему-то делать этого не спешил. Замер на казавшемся ему безопасным расстоянии, и принялся что-то горячо втолковывать посреднику. Тот слушал, кивал, а потом вдруг поднялся и прикоснулся к краю шляпы, прощаясь. Развернулся и ушел, оставив молодого брюнета стоять у скамейки.

— Ничего не понимаю, — произнес я, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Клейна. — И что это было?

В голове, если честно, была каша. Уровень паранойи у меня подскочил до критических значений, так что встреча этих двоих мне сейчас виделась, как заключение договора на мое устранение. А что, вполне в рамках развития наших договоренностей же! Я ответа не дал, он решил форсировать.

Почему решил действовать чужими руками? Очевидно же — нафига ему подставляться перед моим отцом. Вот и нанял кого-то из местных, чтобы все стрелки потом перевести на него. Убивать-то не станут, я нужен живым, пока не выдам флешку. Но подать знак о том, что я слишком долго думаю.

— Ксюша, — нацепив на нос очки произнес я. — Можешь распознать лицо того молодого человека, брюнета, на которого я сейчас смотрю.

— Прости, нет, — отозвалась виртуальная помощница. — Расстояние слишком большое, я не смогу считать все ключевые точки его лица. Попробуй подойти поближе.

— Что ты затеял? — тут же всполошилась Аника, когда я вышел из-за дерева и решительно направился в сторону собеседника Клейна.

— Попробую узнать, кто это такой, — буркнул я, ускоряя шаг.

В этот момент и незнакомец решил покинуть место рандеву. Развернулся и двинулся в противоположную от ушедшего старикана сторону. Причем, собака такая, быстро! Очень быстро! Только чтобы сохранять расстояние между нами, мне пришлось практически бежать.

Длилась эта погоня всего пару минут. Молодой человек свернул с набережной на бульвар, сел в такси и уехал. Я же так и не сумел приблизится достаточно, чтобы его разглядеть. Только номер наемного транспорта успел заметить. Не государственный регистрационный, а гаражный: 142.

— Проследи за машиной по камерам наблюдения, зафиксируй где выйдет этот человек и попробуй получить его лицо, — распорядился я. Но услышал в ответ неожиданное.

— Михаил, без обид, но это же Ялта! Ты думаешь, тут камеры на каждом углу?

— А это не так? — к хорошему привыкаешь исключительно быстро, и я действительно был уверен, что везде так же, как и в столице.

— Не так, — подтвердила Ксюша. — Более менее ими оборудован только туристический центр, места массового гуляния, и ключевые дорожные развязки. Я уже потеряла машину.

— Тогда… — начал было я.

— Но по номеру борта такси и логотипу перевозчика, я уже обнаружила автомобильное товарищество, к которому он относится. Сейчас попробую выяснить… — на несколько секунд нейросеть замолчала, явно выполняя какую-то вычислительную работу. После чего довольно экспрессивно воскликнула: — Вот же дно!

— Что такое? — я уже привык, что нейросети от Турова очень эмоциональны, но это немного выходило за рамки.

— У них даже сайта нет! Приложения тоже. Все заказы машин только по телефонному звонку, представляешь? Долбанная провинция! Короче, я попытаюсь поймать борт 142 по камерам, где они есть, но это ловля мухи рыбацкой сетью.

Ого, какая она образная! Впрочем, от творения сумрачного туровского гения другого и не стоило ожидать.

— Ну что? — Аника догнала меня, когда я уже развернулся и собрался идти обратно.

— Упустили, — был вынужден признать я. — Он сел в такси.

— Номер заметил? — напарница моментально перестроилась в режим опера.

— Только бортовой. Но Ксюша говорит, что у конторы даже сайта нет. Ялта, мол. Провинция.

— Ну тут да, — была вынуждена согласиться Воронина. — Тут вообще время словно бы замерло. Курорт. Пошли поедим тогда?

— Кто ты и куда дела мою начальницу? — отпустил я шуточку. — С каких это пор для тебя дело на втором после еды месте?

— Место такое, — с улыбкой пожала она плечами.

Не спеша мы шагали по аллее, обмениваясь фразами. Я отвечал на вопросы Аники односложно, погруженный в свои мысли. Мне очень не нравилось появление в Ялте господина Клейна. Слишком уж хорошо я запомнил те угрозы, что он озвучивал моему окружению, если я не отдам флешку организации.

Во Владимире близкие мне люди — тот же Туров и девочки из отдела — были прикрыты охраной Шуваловых. Здесь же у меня таких ресурсов не было. Но имелись альтернативные возможности. Пока Воронина что-то говорила, кажется, что «не на тебе мир клином сошелся, Михаил! Твой Клейн мог сюда по своим делам приехать!», я вытащил из внутреннего кармана пиджака бумажник, и извлек из него визитку.

— Что это? — тут же сделала стойку Аника.

— Кто, — поправил его я. — Уезжая, я попросил у Влада контакты специалистов по безопасности. Это — один из них. Очень уважаемый, хотя и почти полностью отошедший от дел.

Воронина тут же закатила глаза.

— Только не это! — выдохнула она. — Дурной знак, знаешь ли, когда ты начинаешь нанимать личную гвардию!

— Что? Я просто страхуюсь! Между прочим, Клейн сказал, что удары будут наносить не по мне, а по тем, кого я считаю своими друзьями. Так, мол, проще добиться сотрудничества. Так что сейчас я звоню этому, — уставившись на визитку, я прочел, — Дмитрию Олеговичу Ладыженскому, и договариваюсь о встрече. И охранять он будет тебя.

— Я могу и сама о себе позаботится!

— Это не обсуждается, Аника! Ты из-за меня в этот заплет попала, так что позволь мне хоть как-то тебя прикрыть.

Спорили мы недолго. Сошлись на том, что если охрана не будет путаться под ногами, то Воронина согласна. Не откладывая дела в долгий ящик, я тут же набрал номер отставного телохранителя.

— Дмитрий Олегович? — произнес я, когда услышал на другом конце провода глухое и немного раздраженное «да». — Я по поводу вопроса обеспечения безопасности…

— Агентство закрыто, я отошел от дел, — хмуро сообщил мужской голос.

— Я от Влада Скоробогатого, — быстро выпалил я, пока он трубку не положил.

Некоторое время динамик только фонил едва слышимой статикой. После чего все тот же голос произнес.

— Так ты Шувалов, что ли? Михаил?

Разговор я поставил на громкую связь, чтобы потом не пересказывать все напарнице. И когда Ладыженский назвал мою фамилию, мы с Ворониной чуть ли не синхронно вскинули брови.

— Э-м, да. Он рассказал?

— Да. Звонил пару дней назад, сказал, что скоро на полуостров явиться один шебутной княжич, вокруг которого все постоянно взрывается. И просил помочь всеми силами.

Характеристику мне Влад дал, конечно, жесткую. Слушающей разговор Ворононой она тоже понравилась — вскинула большой палец вверх. Заговор какой-то, прямо! И ничего не взрывается вокруг! И не всегда! Просто порой… ой, кого я обманываю!

— Так вы сможете мне помочь, Дмитрий Олегович? — уточнил я, никак не комментируя сказанное им прежде.