Виталий Михайлов – Паутина (страница 3)

Ничего, ябеда Лейен ещё не знает, с кем он связался, и что ожидает его впереди и вот тогда уже жаловаться будет поздно. Время Каноса ещё придёт, вот только не так скоро, как этого хотелось бы.

Это и есть вторая причина, по которой и без того вечная жизнь кажется Каносу ещё длиннее. Если Анна согласится с предложением того, в чьей власти выполнить обещанное, всё изменится. Он наконец-то обретёт свободу и жизнь, о которой так мечтает. Начало нового века с его великими техническими достижениями и абсолютной властью денег как нельзя более подходит! Музыка ночных клубов, палящее солнце курортов, шикарные машины и, конечно, женщины. Много женщин!

Ради всего этого стоит потерпеть, и он потерпит.

5

Канос поднимается с кровати, надевает джинсовый пиджак и выходит в коридор. Оглядевшись по сторонам и никого не заметив, быстрым шагом направляется к входной двери. Время ещё есть – до вечерних сновидений чуть больше часа. Он поднимается по лестнице и заходит, уже привычным нам путём, в центральную башню.

Анна стоит у окна.

– Привет, дорогуша, – говорит Канос, опускаясь в ближайшее кресло. – Ты хотела меня видеть?

Анна резко оборачивается.

– Во-первых, не называй меня так, – отвечает она. – Во-вторых, нам нужно обсудить вчерашнее происшествие.

– Ну, так давай обсудим, дорогуша.

Стремительно, не касаясь ногами пола, настоятельница переносится через комнату и хватает испуганно вскочившего Каноса за воротник рубашки.

– Я же сказала, попридержи язык, – сердито шепчет она. – Ещё только не хватало, чтобы нас кто-нибудь услышал. Ты и так успел засветиться перед новым наставником.

– Да этот толстяк меня просто бесит, – Канос осторожно снимает руку настоятельницы со своего ворота и снова садится. – А на Лейена я вообще плевать хотел.

– Нельзя же быть таким недалёким, – говорит Анна. – Его внезапное появление остаётся для меня загадкой. С какой целью он оказался здесь? Вдруг это связано с тем, что происходит в последнее время?

– Расслабься, ты излишне подозрительна. Если бы там узнали о наших планах, мы давно уже получили бессрочную путёвку в самое пекло ада. Я, конечно, горячий парень, но не настолько.

С этими словами Канос протягивает руку и кладёт её на грудь настоятельнице. Анна отстраняется.

– Ты действительно сумасшедший, — говорит она. – Можешь рисковать своей службой сколько угодно, но не вмешивай в это меня. Мы и так зашли уже слишком далеко, и расплата будет действительно ужасной. Не понимаю, как ты можешь шутить такими вещами.

– Ты ошибаешься, дорогуша, мы даже не сдвинулись с места, и если дела и дальше будут идти в таком темпе, ты просидишь здесь ещё не одну сотню лет. А вместе с тобой и я. Не знаю, как ты, а я не хочу быть вечным святым.

Канос смеётся сухим хриплым смехом, больше напоминающим кашель больного туберкулёзом. Настоятельница морщится и указывает ему на дверь, но он не уходит. Он снова начинает гладить её грудь и пытается поцеловать в губы, она лениво отворачивается и с опаской смотрит на дверь. Невероятная красота Анны делает это зрелище ещё более неприятным для нас, поэтому давайте покинем башню, и вернёмся в блок 2Б, где нам предстоит встреча с главным героем этой истории.

6

Комната №8 представляет собой просторное квадратное помещение с расставленными в два ряда кроватями. У каждой из них стоит тумбочка, а в центре комнаты разместился стол, достаточно большой, чтобы рядом с ним нашлось место всем 20-ти жильцам. Вот и сейчас они столпились вокруг него, оживлённо обсуждая новость, которую сообщил им наставник Лейен, только что покинувший комнату.

– Да перестаньте вы галдеть, – прерывает ребячью болтовню худенький голубоглазый мальчишка. Одет он, как и все остальные дети, в серый комбинезон и кожаные сандалии. – Никто из нас не знает толком, что такое цирк, поэтому спорить сейчас бесполезно.

– А я знаю, – говорит светловолосая девочка с тоненьким вздёрнутым носиком. – Не надо думать, Сорок Седьмой, что ты здесь самый умный.

– Ну, тогда расскажи нам, Шестьдесят Вторая, – улыбается Сорок Седьмой и пристально смотрит на девочку.

– Расскажи, расскажи, – раздаётся ещё несколько голосов.

Шестьдесят Вторая делает паузу, убеждается, что все взгляды обращены на неё, и говорит:

– Я не раз видела цирк во сне. Это большая полукруглая комната. В ней всегда много людей, которые улыбаются, смеются и иногда хлопают в ладоши. Это хорошее место, вот только там громкая музыка.

Дети хохочут. Громче всех заливается толстый мальчишка, с которым мы уже успели познакомиться в Зале Сновидений.

– Вот это… действительно… познания, – сквозь смех говорит он. – Ну, уморила!

– Такие сны видел каждый из нас, – вступает в разговор другой мальчишка, первый успевший перебороть смех. – Вот только скажи, почему же они смеются и хлопают?

– Этого я не знаю, – девочка обиженно надувает губки, – А тебе не всё равно? Они радуются, и у них так блестят глаза, а этого достаточно.

– Нет, ты всё же расскажи, поделись с нами.

– Восемьдесят Первый, отстань ты от неё, – говорит Сорок Седьмой. – Она знает так же мало, как и мы все.

– А каким цирк видел ты? – спрашивает у него Шестьдесят Вторая.

Теперь все с интересом смотрят на Сорок Седьмого.

– Мой человек тоже несколько раз был в цирке, но я мало что умел разглядеть, – говорит он. – Помню только, что эта комната круглая, с небольшой площадкой посередине. Что-то подобное я уже видел раньше, только площадка там была огромная, вытянутая в длину, да и крыши не было сверху. Как же он назвал её? Кажется, ПОЛЕ.

– А там тоже смеются и хлопают? – спрашивает Девятнадцатый, всё ещё улыбаясь.

Сорок Седьмой давно подметил, что чем более кто-то из них страдает во сне, тем более весёлым и радостным старается быть в остальное время.

– Нет. В основном там кричат, что-то пьют, и лица у них не очень довольные. Хотя они иногда радостно вскакивают и поднимают вверх руки. Чудаки.

– Значит, это выглядит примерно вот так, – хитрым голосом говорит Восемьдесят Первый, затем подпрыгивает, вскидывает руки вверх и кричит во всё горло. – А!А!А!

– А-А-А-А! – присоединяются к нему голоса остальных, а потом и их руки.

Через мгновение распахивается входная дверь, и на пороге появляется Канос. Все замолкают, и лишь Восемьдесят Первый, стоящий к двери спиной, продолжает истошно орать. Канос заходит в комнату и кладёт ему руку на плечо.

Тот оборачивается и застывает с открытым ртом.

– Что же это вас так развеселило? – спрашивает служитель с деланой улыбкой. Руки он засовывает в карманы.

– Мы просто пытались представить, что же такое цирк, – отвечает за всех Сорок Седьмой. – Наставник Лейен обещал нам, что завтра мы увидим цирковое представление.

– Что, и впрямь обещал?

Дети кивают.

– Тогда вы действительно кричали не зря, – теперь улыбка напоминает оскал. – А знаете почему? Во второй половине представления по арене ходят огромные полосатые кошки. Их называют тиграми. У них жёлтые глаза, сильное тело и огромные острые зубы.

– Ой, – говорит кто-то из детей.

– Их зубы настолько острые, – продолжает Канос, делая шаг вперёд, – что, если они набросятся на вас, то смогут перекусить в одно мгновение. Смотрите, вот так.

Он резко наклоняется вперёд и громко щёлкает зубами. От этого звука дети вздрагивают, а кто-то даже начинает плакать. Канос довольно потирает руки.

– Ну что, теперь вам весело? – спрашивает он.

Сорок Седьмой открывает было рот, чтобы ответить, но в этот момент в комнате появляется Лейен.

– Что здесь происходит? – он внимательно смотрит на Каноса, потом обводит взглядом детей.

– Да вот, рассказывал ринам о цирке, – говорит служитель.

Сейчас его лицо – само добродушие.

– В этом нет необходимости – они всё увидят сами. Вы можете быть свободны.

Канос кивает и быстро скрывается за дверью.

Воцаряется тишина. Лейен смотрит на детей, они на него. С минуту никто не произносит ни слова.

– Что же, – прерывает молчание наставник. – Все готовы? Тогда пойдемте в Зал.

7

Ночь медленно опускается на Дом, неукротимо завлекая его в свои объятья. Темнота вынуждает служителей всех блоков зажигать в коридорах факелы, а в комнатах – свечи, но снаружи дом всё равно кажется холодным и пустым склепом. Хотя это только наше ощущение, какая-то часть обитателей здания всегда бодрствует, отчего дом вечно наполнен светом и голосами.

В блоке 2Б сейчас тихо. Рины всё ещё смотрят свои сны, что-то бормоча под нос, а наставник Лейен, сохраняя присущее ему невозмутимое выражение лица, стоит у стены и прислушивается к их голосам. Служитель Тио сидит в комнате современности, наблюдая за появляющимися перед его глазами обрывками нашей жизни – этакий голографический интернет. Служитель Канос на своей кровати листает журнал с красочными фотографиями новейших моделей автомобилей. При этом он облизывает губы, а в его глазах горит вожделение.

Мы же на время оставляем блок и поднимаемся наверх, в центральную башню.

8