Виталий Мальков – Самый главный начальник (страница 14)

– Самого? – догадался Авоськин.

Михеев кивнул, красноречиво моргнув двумя глазами.

– Когда вы мне выделите обещанную служебную машину? – спросил Никодима Наумовича племянник «самого».

– Потерпите ещё немного, Дмитрий Дмитриевич. – Щёки Нагаева покрылись густым румянцем. – На этот год все средства уже освоены по назначению. Вашу машину мы заложим в расходы на следующий год.

– Извините, но я с этим категорически не согласен. – Первый зам важно надул щёки. – Мне приходится много ездить… бывать в разных местах. Использовать свой личный автомобиль не всегда бывает возможно. Сами понимаете…

– Да-да, конечно. Я всё прекрасно понимаю. – Никодим Наумович заёрзал в кресле. Он явно испытывал сейчас сильный дискомфорт. – И всё же, Дмитрий Дмитриевич, пока что нет никакой возможности предоставить вам отдельную служебную машину. Уж не обессудьте.

– Ну, тогда хотя бы разрешите мне иногда пользоваться вашей, – попросил, ничуть не смутившись, племянник «самого».

Никодим Наумович даже открыл рот от такой наглости своего первого заместителя.

– Хорошо, – произнёс он после паузы и тяжело вздохнул. – Можете брать мою, но только в случае крайней необходимости. Всё, товарищи, я вас больше не задерживаю.

Все потянулись к выходу, и только Леонид Андреевич остался на месте, так как желал поговорить с Нагаевым наедине.

– А вы почему не идёте? – спросил Никодим Наумович. – Тоже хотите что-нибудь попросить?

– В общем-то, да. – Авоськин испугался, увидев, как переменился в лице начальник департамента. – Но я исключительно по делу.

– А, вероятно, у вас трудности с кем-то из подчинённых? – предположил с ухмылкой Нагаев. – Угадал?

– Нет, никаких трудностей.

– А что же тогда? – Никодим Наумович посмотрел на него подозрительно, а затем расплылся в ехидной ухмылке. – А, кажется, понимаю… Шерше ля фам, как говорят наши французские партнёры. Да?

– Нет! – Леонид Андреевич занервничал.

– Нет? – Нагаев выглядел растерянным. – Ну, тогда я ничего не понимаю. Что вы мне голову морочите своими намёками?

– Да я же не… в смысле, ещё не сказал ничего.

– Ну так говорите! Говорите. А то отнимаете у меня время и молчите. Это нехорошо. Или, может, вы думаете, что если я вас похвалил, то можно со мной на брудершафт выпить? Да? Признайтесь! Решили, что поймали быка за рога? Думаете, что стали моим любимчиком? Какой вы самонадеянный, однако.

– Да нет, я ничего такого не думаю. – Леонид Андреевич усиленно замотал головой.

– Как, не думаете? – Никодим Наумович пристально посмотрел на него. – Так чего же вы хотите от меня?

– Я по поводу Тринадцатого отдела…

– Ах, вот вы о чём. – Нагаев помрачнел и сел обратно в кресло. – Ну-ну, слушаю вас.

– Я разговаривал с Буриным, и он сообщил мне об организации «Эпоха прогресса»…

– Ну я же говорил вам, что Тринадцатый отдел подчиняется лично мне. Говорил?

– Да, говорили.

– Ну так в чём тогда дело? Вам что, своей работы мало?

– Нет, конечно, работы мне хватает, – осторожно ответил Леонид Андреевич. – Но я хотел бы помочь Бурину. Дело-то непростое, и тут, я считаю, необходима консолидация усилий. Меня это не затруднит.

– Да? – Нагаев смерил его взглядом. – Вы уверены, что вам это надо?

Авоськин кивнул.

– Я хочу лично заняться этой организацией.

– Ну, хорошо, – подумав, сказал Никодим Наумович. – Попробуйте. Может быть, так, в самом деле, будет лучше. Но… в таком случае, вам для этого потребуется помощник.

– Какой помощник?

– Профессионал, имеющий определённый опыт. – Нагаев снисходительно улыбнулся. – И у меня такой человек есть. Вам повезло. Значит, сделаем так… Я дам указание ввести в вашем управлении новую должность. Назовём её… референт-консультант по экстремальным вопросам. Он будет помогать вам эти самые вопросы решать.

– Ну, если вы считаете, что так будет лучше…

– Вот и отлично. – Нагаев протянул Леониду Адреевичу руку. – Уже с завтрашнего дня ваш новый референт приступит к работе. Всего вам доброго, товарищ Авоськин…

Он покинул кабинет начальника департамента совершенно обессиленным – настолько напряжённым оказалось это внеплановое совещание. На нетвёрдых ногах вышел из здания администрации области и сел в машину.

– Как прошло? – спросил Володя, включая зажигание.

– Лучше не спрашивай. – Начальник ГУУНО махнул рукой.

– Понятно. – Водитель многозначительно хмыкнул. – От начальства добра не жди… Лишь бы взбучку кому-нибудь устроить. Знаем, проходили… Но уж, конечно, лучше всё же работать в государственном учреждении. Какая-никакая законность там всё же есть. Так ведь? Вот… А то эти капиталисты, владельцы фабрик и заводов, творят что хотят… Мне мужики рассказывали… Один в свинокомплексе охранником работает… Говорит, там за любое нарушение сразу штрафуют безбожно… За курение на рабочем месте и за всё прочее… Ну там хоть платят вовремя, и то хорошо… А то ведь кое-где постоянно зарплаты задерживают на пару месяцев или вообще кидают…

Леонид Андреевич рассеянно слушал болтовню водителя и смотрел на городские пейзажи, проплывающие мимо. Он прожил в этом городе много лет, хорошо знал его и питал к нему самые нежные чувства. Вот только многие горожане совсем не нравились ему – они были какие-то несуразные, диковатые и даже чужеродные. Эти неправильные горожане совсем не уважали власть и носили в своих головах всякие крамольные мысли, они постоянно были чем-то недовольны.

– Да уж, понаделали эти свинокомплексы… – сетовал Володя. – Мясо безвкусное, потому что все эти свиньи на химии выращиваются. Деревенская свинина совсем другая. Только где её сейчас возьмёшь, деревенскую-то? Людям ведь запретили свиней разводить, сами знаете. Типа, африканская чума… Ага, как же… Да всё это специально сделано, чтобы был повод запретить. Им ведь монополия нужна, это и дураку понятно…

– Ну, ничего, – пробубнил себе под нос начальник ГУУНО, глядя на идущих по улице людей, – мы всё это исправим. Непременно… В целом-то наше общество не такое уж и плохое. С ним вполне возможно развитие. Тут, главное, нужен грамотный подход…

* * *

Буквально за несколько минут до завершения рабочего дня позвонил водитель и сообщил, что у служебной машины «не крутит стартер» и ремонт, предположительно, займёт не меньше часа.

Вздохнув, Леонид Андреевич сказал в ответ, что ждать не будет, решив добираться домой на общественном транспорте, как самый обычный гражданин.

Выйдя из ГУУНО, он направился в сторону ближайшей остановки, находившейся на поперечной улице, примерно в сотне метров от учреждения.

«В конце концов, пешком ходить полезно, а, следовательно, порой необходимо», – ободрил он сам себя, твёрдо шагая по плитке тротуара и покачивая в руке портфелем.

Но не прошёл он и трети дистанции, как его неожиданно обогнал некий неопрятно одетый субъект с лохматой бородой и безумным взглядом. Этот мужик бесцеремонно перегородил дорогу, что-то неразборчиво бубня себе под нос.

Ощутив пробежавший по спине холодок, Леонид Андреевич попытался обойти странного типа, но тот не дал ему это сделать, опять встав на пути.

– Что вам нужно, товарищ? – спросил начальник ГУУНО, постаравшись придать своему голосу твёрдость и властность.

Вместо ответа бородатый субъект ехидно захихикал, качая головой.

– Что вы себе позволяете? – теряя самообладание, произнёс Леонид Андреевич. – Дайте мне пройти. Я – должностное лицо.

На эту фразу неопрятный мужик только ещё сильней засмеялся и стал угрожающе размахивать пальцем.

– Да ладно тебе, букашка чиновничья, не пыжься, – хрипло протараторил бородач, который явно был не в себе. – Я-то всё про тебя знаю, вошь канцелярская. Всё знаю… Думаешь, стал большим начальником? Радуешься, что важную должность получил? Ага, держи карман шире, дуралей. – Он неожиданно сунул под нос начальнику ГУУНО кукиш и глумливо осклабился. – А вот те нате – хрен в томате! Ты видел вот это? Видел?

Леонид Андреевич вздрогнул и попятился, бросая по сторонам взгляды в надежде увидеть полицейских, но тех, как назло, нигде не наблюдалось. И вообще, улица была на этом участке пустынна, что ещё больше пугало и ввергало в отчаяние.

Между тем безумный бородач схватил дрожащего от страха Авоськина за шиворот и затряс, обдав его резким запахом чеснока.

– Беги оттуда, глупец! Спасайся, несчастный! – хрипло заорал он, выпучив глаза. – Сожрёт тебя Нагаев! Сожрёт с потрохами и косточки выплюнет! Заберёт себе твою душу и лишит разума! Попомни моё слово! Это не человек, а бесовское отродье! Это исчадие адское!..

– Пустите! – в свою очередь дико завопил Леонид Андреевич, пытаясь вырваться. – Как вы смеете? По какому праву?

– Уверуй в слова мои, и спасён будешь, несчастный! – продолжал выкрикивать безумец. – Тебе уготована судьба агнца, и будешь ты принесён в жертву страшному богу, имя коему Золотой Телец… Предрекаю это, ибо знаю истину и вижу… Проси, и дано будет тебе! Ищи, и найдёшь! Стучи, и отворят тебе! Ибо всяк просящий получает, и всяк ищущий находит, и всякому стучащему отворят…

С этими словами сумасшедший незнакомец отпустил Леонида Андреевича и, снова разразившись жутким смехом, убежал в ближайший двор.

Потрясённый и трясущийся начальник ГУУНО тоже побежал, только к остановке, и заскочил в первый попавшийся автобус, чтобы быстрее покинуть это страшное место.

Оказавшись дома, он сразу бросился к холодильнику и, достав оттуда, бутылку водки, быстро открыл её и сделал несколько глотков прямо из горла. Только после этого Леонид Андреевич немного успокоился, но перед его взором ещё долго стоял напавший на него умалишённый, а чесночная вонь даже теперь не отпускала его.