Виталий Краснер – Странники поневоле (страница 9)

Василь решил сначала разработать целинный участок. Каждый день он с сыновьями уходил на свое поле, и там они рубили деревья, корчевали пни, жгли их, готовя землю к вспашке. Работая с отцом, Никита и Матвей с любопытством поглядывали на лес, темнеющий невдалеке. Он притягивал их к себе какой-то загадочностью и таинственностью. Василь, заметив, как сыновья посматривают в сторону леса, как-то после прошедшего дождя предложил им:

– Пусть земля подсохнет немного, а мы сегодня пойдем в лес. Покажу вам тайгу да грибочков заодно пособираем немного.

Наутро, взяв корзинки, они пошли в лес. Пока шли по дороге, весело разговаривали о чем-то, поглядывая по сторонам, но, войдя под сень деревьев, мальчишки притихли. Выросшие среди херсонских степей и впервые увидавшие настоящий лес только в дороге, когда то ехали на поезде, то плыли пароходом, они слегка испугались, оказавшись в этом таежном таинственном сумраке. Заметив это, Василь подбодрил их:

– Что притихли? Не бойтесь. Лес – это кормилец. Здесь все есть, чтобы человек не пропал, не умер с голоду.

– Батько, а звери здесь есть? – спросил Никита, озираясь по сторонам.

– Конечно, есть, но они живут подальше от жилья человека да и летом сытые, сами на людей не нападают. А вот зимой без ружья здесь делать нечего, можно и с волком повстречаться, и с шатуном.

– Кто это, шатун?

– Медведь, что не спит зимой, а шастает по лесу. В это время он голодный, злой, и лучше не попадаться ему на глаза. – Внезапно Василь остановился и приложил палец к губам. – Тс-с, тихо. Вон смотрите бурундук на дереве.

– Где? – Мальчишки вытянули шеи, но ничего не увидели.

– А вон туда смотрите. Я его сейчас шугану. – Василь с шумом подошел к дереву.

Бурундук, затаившийся и с любопытством поглядывающий на них своими бусинками глаз, быстро побежал вверх по стволу и скрылся в ветвях.

– Вот он! – закричал Матвей, проследив, куда побежал бурундук, и, подбежав к дереву, стал смотреть вверх, отыскивая зверька среди густых ветвей.

– Да ладно, – засмеялся Василь. – Не ищи его. Здесь их много, еще насмотритесь.

Бродили по лесу долго. Ребятишки уже без страха забегали вперед, с интересом разглядывали каждое дерево, каждый куст. Василь видел, что любопытство победило в них робость перед незнакомой тайгой. Он постоянно им что-то показывал, рассказывал все, что сам знал. Подойдя к высокой лиственнице, Матвей, задрав голову, посмотрел вверх.

– Батъко, а это что за дерево такое высокое?

– Это лиственница, очень прочное дерево. Вот из нее я и построил наш дом. Вечно будет стоять. Крепкое дерево. – Василь с уважением похлопал по стволу. – А вот эта ягода дает живительную силу. – Василь показал на лимонник, обвивающий своими лианами белую березку.

– Попробовать можно? – Мальчишки с любопытством посмотрели на еще зеленоватые, но уже начинающие буреть ягоды.

– Рано еще. Вот как похолодает, где-то в октябре-ноябре пойдем его собирать. Надо будет на зиму заготовить побольше. Он от многих болезней помогает.

Весь день бродил Василь с сыновьями по лесу. Он давно мечтал о том дне, когда сможет вот так водить Никиту и Матвея, показывать им все, рассказывать. Глядя на мальчишек, Василь чувствовал, что наконец-то он обрел покой и семейное счастье. А то, что впереди еще девять лет ссылки, так это не так важно, главное, что семья теперь с ним и он никуда отсюда уезжать не собирается. Здесь он станет хозяином на своей земле. Теперь все его семейное благополучие зависит только от него самого. Да с такой женой, как его Марийка, не испугавшейся дальней дороги и приехавшей к нему на край света, он теперь горы своротит. А какие помощники у него растут? Василь с гордостью поглядывал на сыновей, вспоминая, как он мечтал на каторге о том дне, когда они наконец-то будут вместе.

В воскресенье, на третий Спас, Василь повел свою семью к Баркову: тот давно уже приглашал их к себе. С утра, одевшись во все лучшее, что у них было, они отправились сначала в церковь, расположенную на другом конце села. Пока дошли туда, пока отстояли заутренню, пока возвращались назад, прошло полдня и только к обеду пошли в гости.

Все семейство Барковых – это сам хозяин Пантелей Кузьмич, его жена Евдокия и две дочки, старшая Таисия, ровесница Никите, и младшая Ульянка – вышли во двор встречать гостей. Василь представил всем свою жену и детей. Евдокия, охая и удивляясь, как это Марийка не испугалась одна с детьми решиться на такой шаг, как переезд сюда, все расспрашивала ее. Марийка, стесняясь своего украинского говора, больше отмалчивалась, а Евдокия вспоминала, как в свое время они добирались сюда, с какими трудностями, опять приходя в изумление от смелости Марийки.

– А вообще-то правильно сделала, – подвела итог она. – Мы сюда нищими приехали, трудно было вначале. Тайка только народилась, а Ульянки еще и в помине не было, Пантелею все одному приходилось поднимать, а у вас вон какие помощники отцу. Видела я, как они поле корчевали. Хорошие у тебя сыны, работящие, да и мужик деловой. Он пока у нас на постое стоял, много Пантелею помогал. Золотые руки у твоего Василя.

– Да вот ссыльный он. – Марийка опустила глаза. – Как к этому люди отнесутся?

– За это не беспокойся. – Евдокия махнула рукой. – Да у нас, почитай, полсела ссыльных. Край здесь такой, всех сюда ссылают.

– Но вы-то сами переехали?

– Мы-то? Да мы с голоду бы подохли у себя в Поволжье, если бы вовремя добрые люди не надоумили переселиться сюда. Тоже, конечно, страшно было вначале, а вот видишь, как живем сейчас. Слава богу, все у нас есть: и земля, и хозяйство, и дети сыты, обуты. Жить можно. Земля здесь добрая, только работать на ней надо, не лениться – и все воздастся.

Разговаривая, женщины вошли в дом, а мужики остались на крылечке, посидеть, покурить. Никита с Матвейкой, потупясь, стояли во дворе, не решаясь заговорить и боясь, что их не поймут. Тогда бойкая Тайка первая подошла и заговорила:

– Меня Тайкой зовут, а это моя сестра Ульянка. А тебя как? – спросила она Никиту, видя в нем старшего.

– Микита, а це мий брат Матвей.

Улъянка рассмеялась.

– Ой, как смешно вы говорите. А вы откуда приехали? – расспрашивала Тайка.

– 3 Украины, с Херсонщины мы.

– Долго добирались?

– Да, сперва на поезде, целый месяц, а потом пароходом плыли по Амур-реке.

– Ой, как интересно! Расскажи?

Никита замялся, не зная с чего начать, о чем рассказывать, но его выручила Ульянка.

– Тась, пойдем купаться. Ты же еще вчера обещала.

– Да подожди, не канючь! – Тайка одернула сестру, но потом сама спохватилась. – А и правда, мальчики, пойдемте на озеро

– Конечно, пойдем. – Никите хотелось перед Тайкой казаться взрослым и солидным, но без разрешения родителей он все равно не мог уйти. – Надо батьке сказать.

Они подошли к крыльцу, где сидели их отцы и о чем-то разговаривали.

– Тять, мы пойдем на озеро? – спросила Тайка и, получив утвердительный ответ от отца, тут же сама обратилась к Василю: – А можно ваши мальчики с нами пойдут?

– Конечно, сходите, погуляйте, только недолго.

Когда ребятня выскочила со двора, Василь, посмотрев им вслед, сказал Пантелею:

– Шустрая у тебя старшая.

– Да она у меня вместо сына, – с гордостью ответил Барков. – И на охоту со мной ходит, и с мальчишками дерется заправски. Лучше бы парнем родилась.

Из двери выглянула Евдокия.

– Ну что, мужики, кончай курить, давайте проходите в дом. Пора за стол.

– Пошли, Василь, раз хозяйки кличут.

А ребятишки в это время, оживленно переговариваясь, вприпрыжку бежали к озеру. Там уже было полно ребятни. Все весело кричали, бултыхались в воде. Тайка, на ходу сбросив сарафан, прямо с берега прыгнула в воду и поплыла. Ульянка, раздевшись, осторожно зашла и осталась у берега, плавать она еще не умела. Мальчишки нерешительно остановились у воды, озираясь по сторонам. Потом Никита, видя, что на них никто не обращает внимания, разделся и осторожно зашел в воду. Матвей за ним. Чувствуя, что дальше идти опасно, там глубоко, Никита остановился. К нему подплыла Тайка.

– А ты что встал? Поплыли на середину озера. – Никита помотал головой. – Что, плавать не умеешь? – удивилась Тайка. – Никита молча опустил голову, потом повернулся и хотел уже выходить из воды, но Тайка остановила его. – Подожди, не сердись. У вас, наверное, там и речки-то не было, и озера, – догадалась она и спросила: – Что, совсем не купались?

– Купались на ставке, но он мелкий, там по пояс всего.

– А хочешь, я научу тебя плавать? – Тайка подошла к Никите и взяла его за руку. – Не бойся, это не трудно. Вот смотри. – Она легла на воду и стала показывать ему, как надо плавать.

– Но ты же не так плавала, – возразил Никита.

– Так я саженками, а ты сперва по-собачьему научись. Я тоже так училась. Давай, не бойся, только голову держи выше.

Никита лег на воду и попытался грести руками по-собачьему, но его потянуло вниз, и он, хлебнув озерной воды, вскочил на ноги, закашлялся. Тайка подбодрила его.

– Ты ногами тоже работай, вот смотри, как я. – Она легла на воду и показала ему, как надо правильно грести и руками, и ногами. – Никита, ты пробуй здесь, на мелкоте. Ногами оттолкнись от дна и пробуй плыть. Не получается снова встань на ноги и снова оттолкнись от дна. Вот увидишь, получится.

Приободренный ее словами, Никита начал смелее пробовать плавать, и вскоре у него стало кое-что получаться. Нахлебавшись воды, через некоторое время он стал уже немного держаться на воде. Матвейка, глядя на брата, тоже принялся учиться плавать. А когда Тайка, увидев, что Никита, гребя по-собачьему, уже передвигается по воде, предложила: