Виталий Иволгинский – Её звали Делия (ещё одна отходная жанру ужасов) (страница 47)

Сказав это, он вошел в ванную комнату, совмещавшую в себе ванну и туалет. Сделав свои грязные делишки, он вымыл руки и вышел обратно. За то время, что инспектор провел в ванне, Делия уже успела спуститья в холл и теперь стояла рядом с зеркалом. Мэтт говорил чистую правду — малышка и вправду сменила платье и теперь была одета в синие брюки и бежевую куртку на молнии, под которой виднелась розовая рубашка.

— Куда ты направилась, если не секрет? — Гэлбрайт был немного удивлен её сменой одежды.

Девочка, положив расческу на столик, стоявший у зеркала, отвернулась от своего отражения и посмотрела на мужчину с некоторым удивлением.

— Я что, не пойду с вами? — спросила она, слегка наклонив свою голову на правое плечо.

— Ну, знаешь... — инспектор замялся.

Но тут к Гэлбрайту подошел человек из Федерального бюро расследований. Его словно подменили — теперь этот высокий юноша производил впечатление не сурового полицейского, но тихого ученика кадетского училища. Он обратился к инспектору с уважением:

— Господин инспектор, пока вы были в ванной, наверху зазвонил телефон. Я поднял трубку и мне было приказано доложить вам, чтобы вы немедленно прибыли в полицейское управление.

— Любопытно... — услышав это, Гэлбрайт снова приготовился к худшему. — Звонивший не представился?

— Нет, но по голосу я определил, что он был в возрасте, — послушно ответил агент.

«Это Сеймур, без сомнений», — с некоторым недовольством подумал Гэлбрайт. «Неужели господину главному инспектору так скучно, что он сначала зовёт меня к себе домой, а потом на следующий день в офис?»

— Принято, — Гэлбрайт подошел вплотную к агенту, — а теперь послушай меня. Если уж мне сейчас приказали идти, то я не смею ослушаться приказов начальства, но я хочу, чтобы ты зарубил себе на носу одну вещь, — при этом Гэлбрайт сжал кулаки, — если в твою глупую башку снова придет мысль нагрубить этой девочке, то я клянусь, что я из под земли тебя достану. Понял? — сказал он, гневно сверкнув глазами.

— Так держать, господин инспектор! — ответил агент с такой интонацией, как будто ему сообщили хорошие новости.

— Что ж, свободен, — успокоился Гэлбрайт и разжал кулаки.

Человек из Федерального бюро расследований вышел во двор. Гэлбрайт, вздохнув от облегчения, подошел к прикроватному столику, который стоял рядом с зеркалом. Пока он собирался с мыслями, его взгляд вдруг упал на фотографию, лежавшую там среди глиняных кошечек и искусственных ягод. На этой фотографии были запечатлены все трое из этой семьи — мистер Йонс в строгом чёрном костюме и по его левую руку — миссис Йонс в подвенечном платье. Женщина держала на руках завернутого в пеленки младенца — как сразу понял инспектор, саму Делию. В правом нижнем углу фотографии стояла дата — 20 мая 1981 года. Любопытно, подумал он, оказывается, родители Делии решили расписаться только после её рождения...

Гэлбрайт, не отдавая отчёта в своих действиях, схватил эту фотографию и положил её в карман пиджака. Услышав шаги за своей спиной, он обернулся. Слава богу, это был Мэтт. Доктор, обливаясь потом, обратился к инспектору:

— Этот парень сказал мне, что ты сейчас идешь в полицию, — сказал он несколько усталым тоном, — что ж, удачи тебе.

«Похоже», — подумал инспектор, — «что доктор имел в виду человека из Федерального бюро расследований».

— Спасибо за добрые слова, Мэтт, — проникновенно сказал он.

Гэлбрайт пожал доктору руку и вышел на улицу. Делия стояла у ворот, очевидно, ожидая, когда её посадят в машину. Инспектор, проходя мимо неё, поймал её несколько печальный взгляд. У Гэлбрайта было странное чувство, что он видит эту девочку в последний раз в своей жизни...

— Прощай, Делия, — коротко сказал он, пройдя мимо неё и выходя за ворота.

При этом он проглотил комок, который подступил к его горлу.

— Вы что, бросаете меня? — девочка сделала два неуверенных шага к нему.

— Оставайся здесь, мне нужно в город. Они позаботятся о тебе, — не оборачиваясь, громко сказал инспектор.

«Они позаботятся о тебе... Господи! Если бы только...» У Гэлбрайта не было времени додумать эту мысль, потому что, бросившись вперёд, он чуть не сбил с ног какую-то старую женщину.

— Извините, вы не знаете, как отсюда добраться до центра? — извиняющимся тоном Гэлбрайт обратился к едва не потерявшей сознание женщине.

— Вы что, не местный? — недовольно спросила она. — Вы чуть не убили меня!

Без лишних слов Гэлбрайт показал ей свое полицейское удостоверение. Эта бумага, как по мановению волшебной палочки, сразу же заставила старушку поклониться инспектору.

— Отсюда можно добраться до центра на автобусе, — услужливо объяснила старушка, — вы как раз вовремя...

— Где остановка? — перебил её Гэлбрайт.

Пожилая женщина поправила фартук и начала говорить, моргая глазами.

— Пойдете по этой дороге, — при этом она указала рукой налево, — потом повернете направо, пройдете мимо табачной лавки, а потом прямо. Когда вы упрётесь в бетонный барьер, поверните налево и там будет автобусная остановка...

— Спасибо, — кивнул инспектор и тронулся с места по дороге.