Виталий Иволгинский – Её звали Делия (ещё одна отходная жанру ужасов) (страница 46)
— У меня есть только папа и мама, — резко перебила его девочка.
— Отныне только папа... — мрачно сказал инспектор.
— Кстати, когда он вернётся? — ребёнок немного оживился.
— Он болен, ему нужно подлечиться, — уклонился Гэлбрайт от прямого ответа.
На самом деле, это была чистая правда, ведь сам Гэлбрайт не слышал новостей из Портлендского адвентистского медицинского центра, поэтому он полагал, что её отец уже находился на пути к выздоровлению.
— И когда он поправится? — продолжала спрашивать Делия.
— Я не могу сказать, болезнь у него очень серьезная, — ответил он упавшим голосом.
Инспектор подумал о том, куда же им всё-таки пристроить девочку, чтобы присматривать за ней. Ведь они не могут оставить Делию одну в этом доме, где на её глазах умер близкий ей человек...
Не зная, что делать, инспектор ухватился за последнюю представившуюся ему возможность.
— У тебя есть близкие друзья или одноклассники? — обратился он к Делии.
По какой-то причине этот вопрос смутил девочку. Её щечки покрылись румянцем, и она опустила глаза. Гэлбрайт не был психологом, но подобная реакция навела его на мысль, что девочка была явно влюблена в одного из своих школьных товарищей. Наконец она решилась ответить.
— Нет, — коротко и четко произнесла девочка.
— Совсем никаких? Ладно, не близких, просто знакомых?
— Ну правда нет! — девочка почти кричала.
Лицо Делии внезапно заострилось и приняло выражение недовольства. Она даже топнула ножкой, отчего Гэлбрайт сделал шаг назад.
— Хорошо, Делия, я понял, — успокаивающим тоном ответил он.
Затем инспектор вытянулся во весь рост и повернулся к доктору:
— Дела плохи. Видимо, в это дело придется подключить органы опеки.
— Не смотри на мир так мрачно, — без тени грусти ответил доктор, — мы ведь ещё не отправляли запрос на поиск её родственников. Молодая леди, возможно, не знала о существовании своих двоюродных братьев и сестёр, но это не значит, что она одна в этом мире.
— Ты оптимист, Мэтт, мне это в тебе всегда нравилось, но тут такой случай...
— Ещё не все потеряно, дружище.
— Как хочешь. Но все же, куда нам её поместить до выяснения обстоятельств?
— Ты можешь поговорить с той женщиной, свидетельницей. Мне показалось, что они с девочкой хорошо знали друг друга.
«Хорошая идея», — подумал Гэлбрайт, — «но куда она делась?». Инспектор подошёл к выходу из дома и крикнул молодому сержанту, стоявшему во дворе у ворот:
— Сержант Соссюр, вы не знаете, куда пошла та женщина?
— Какая именно, господин инспектор?
— Ну, с платком на голове...
— Вы имеете в виду Эльзебет Розелье? Она вышла за ворота, и её след простыл.
— Да, лучше и быть не может...
Гэлбрайт обернулся, но Делии в холле не было.
— Мэтт, где ребёнок? — спросил он доктора с озабоченной интонацией.
— Девочка поднялась наверх, — ответил доктор, не замечая состояния инспектора, — она сказала, что хочет переодеться.
— Хорошо, — успокоился Гэлбрайт, — я пока отойду.