Виталий Иванов – Спецназ Южной Кореи история вооружение подготовка (страница 18)

В этой главе мы разберём механизмы декомпрессии, причины декомпрессионной болезни, её симптомы и последствия. Узнаем, как южнокорейские UDT/SEAL минимизируют риски и что происходит, когда профилактика не срабатывает. Потому что для боевого пловца знание кессонки – не теория, а вопрос выживания.

Физика процесса: Почему азот становится врагом

Воздух, которым мы дышим, состоит примерно на 78 процентов из азота и на 21 процент из кислорода. Кислород активно усваивается организмом, участвуя в обменных процессах. Азот – инертный газ, он не вступает в химические реакции и просто растворён в крови и тканях, как газ в газированной воде.

На поверхности, при нормальном атмосферном давлении, в теле человека растворено около литра азота. Организм находится в равновесии с окружающей средой: сколько азота поступает с каждым вдохом, столько же выводится с выдохом.

Когда водолаз погружается, давление возрастает. Согласно закону Генри, количество газа, растворённого в жидкости, пропорционально давлению этого газа над жидкостью. На глубине десяти метров, где давление вдвое выше атмосферного, в крови растворяется уже два литра азота. На глубине тридцати метров – четыре литра. Организм насыщается азотом пропорционально глубине и времени пребывания .

Пока водолаз находится под давлением, азот ведёт себя мирно. Проблемы начинаются при всплытии. Давление падает, растворимость азота уменьшается, и избыточный газ должен покинуть ткани и кровь, пройти через лёгкие и выдохнуться. Если всплытие происходит медленно и контролируемо, азот успевает выйти незаметно. Если быстро – он переходит в газообразное состояние прямо в организме, образуя пузырьки. Точно так же открывают бутылку с газировкой: давление падает, и газ вскипает, образуя пену.

Вот эта пена в крови и тканях – и есть декомпрессионная болезнь. Пузырьки азота механически закупоривают сосуды, разрывают ткани, давят на нервные окончания. Чем быстрее всплытие и чем больше накопилось азота, тем тяжелее последствия.

Типы декомпрессионной болезни: От зуда до паралича

Медики классифицируют декомпрессионную болезнь по типам и степеням тяжести. Самая лёгкая форма, тип I, поражает кожу, суставы и лимфатическую систему. Симптомы – кожный зуд, сыпь, мраморный рисунок кожи, отёки. Боли в суставах, особенно в плечевых и коленных – классическое проявление, которое дало болезни английское название "the bends" (от "to bend" – сгибаться), потому что человек сгибается от боли .

Тип II – поражение жизненно важных систем. Неврологическая форма проявляется онемением, слабостью в конечностях, нарушением координации, параличами, потерей сознания. Вестибулярная форма даёт головокружение, шум в ушах, тошноту, рвоту. Лёгочная форма – кашель, боль в груди, удушье. При поражении спинного мозга могут развиться параличи нижних конечностей и нарушения функций тазовых органов .

Самая тяжёлая форма – церебральная, когда пузырьки закупоривают сосуды головного мозга. Инсультоподобные симптомы: потеря речи, зрения, параличи, кома. Летальность при таких формах высока, а выжившие часто остаются инвалидами .

Статистика неумолима: до двадцати процентов пострадавших от декомпрессионной болезни сохраняют неврологический дефицит на всю жизнь . Для боевого пловца, чья профессия требует абсолютного здоровья, это означает конец карьеры.

Факторы риска: Что усугубляет кессонку

Глубина и время – главные, но не единственные факторы риска. Температура воды играет колоссальную роль. Холод замедляет кровоток, ухудшает выведение азота из тканей. В ледяной воде Жёлтого моря, где температура зимой приближается к нулю, риск декомпрессионной болезни возрастает в разы .

Физическая нагрузка под водой увеличивает насыщение азотом. Работающие мышцы потребляют больше крови, быстрее накапливают газ. Если пловцу приходится плыть против течения, тащить груз или бороться с волнами, азот накапливается активнее, чем в состоянии покоя .

Индивидуальные особенности тоже имеют значение. Возраст, вес, уровень гидратации, усталость, даже алкоголь накануне – всё влияет на риск. Люди с избыточным весом хуже выводят азот, потому что он хорошо растворяется в жировой ткани. Обезвоженный организм более вязкий, пузырьки образуются легче .

После нескольких погружений подряд в крови могут оставаться "микропузырьки" – следы предыдущей декомпрессии. Следующее погружение добавляет к ним новые, и риск резко возрастает. Поэтому в военной водолазной практике существуют жёсткие ограничения на количество погружений в сутки и интервалы между ними .

Профилактика: Водолазные таблицы и компьютеры

Главный способ избежать кессонки – соблюдать режим декомпрессии. Для этого разработаны водолазные таблицы – математические модели, показывающие, сколько времени можно провести на данной глубине и как медленно нужно всплывать, чтобы азот успел выйти без образования пузырьков.

Первые такие таблицы создали в начале XX века Джон Холдейн и его коллеги для британского Адмиралтейства. Они ввели понятие "половинного насыщения" и предложили ступенчатое всплытие с остановками – тот самый профиль, который сегодня знаком каждому водолазу .

Современные таблицы гораздо сложнее. Они учитывают повторные погружения, разные газовые смеси, температуру воды, физическую нагрузку. Военные водолазы UDT/SEAL используют таблицы ВМС США и их корейские аналоги, адаптированные под местные условия .

В последние десятилетия бумажные таблицы дополняются, а иногда и заменяются подводными компьютерами. Эти приборы в реальном времени отслеживают глубину и время, рассчитывают насыщение азотом по сложным алгоритмам и подсказывают водолазу, когда пора всплывать и сколько стоять на остановках. Но у компьютеров есть недостаток: они могут сломаться, сесть или дать сбой. Поэтому каждый командир группы обязан уметь пользоваться бумажными таблицами и рассчитывать декомпрессию вручную .

Корейские UDT/SEAL на учениях и в боевых операциях используют комплексный подход: компьютеры на каждом пловце плюс контроль времени и глубины руководителем погружения на поверхности. Дублирование систем – единственный способ гарантировать безопасность, когда цена ошибки – человеческая жизнь.

Аварийная декомпрессия: Когда выбора нет

В идеальном мире водолаз всегда всплывает по таблицам, делая все положенные остановки. Но в боевых условиях идеального мира не бывает. Противник может обнаружить группу, и тогда скрытность становится важнее декомпрессии. Может отказать оборудование, и пловцу придётся всплывать экстренно, чтобы не захлебнуться. Может ранить товарища, и его нужно срочно поднимать на поверхность, не думая о риске.

В этих случаях применяется аварийная декомпрессия. Это всегда риск, но риск осознанный и просчитанный. Командир группы оценивает обстановку и принимает решение: либо медленное всплытие с риском быть обнаруженным и убитым, либо быстрое всплытие с риском получить кессонку.

Если принято решение всплывать быстро, на поверхности начинают готовиться к худшему. Дежурный пловец уже в воде, медик разворачивает аварийный комплект, руководитель погружения связывается с базой для организации эвакуации в барокамеру. Все знают: первые минуты после всплытия решают всё. Чем раньше пострадавший попадёт в рекомпрессионную камеру, тем больше шансов на полное восстановление .

Лечение кессонки: Барокамера и время

Лечение декомпрессионной болезни одно – рекомпрессия. Пострадавшего снова помещают под повышенное давление, пузырьки азота сжимаются и снова растворяются в крови. Затем следует медленный, контролируемый подъём по специальным лечебным таблицам, дающий организму время вывести газ без образования новых пузырьков .

Барокамера – это герметичный сосуд, обычно цилиндрической формы, где можно создать давление, соответствующее любой глубине. Внутри есть место для пациента и медицинского работника, система подачи кислорода, связь с внешним миром. Лечение может длиться часами, а в тяжёлых случаях – сутками .

Южнокорейский флот имеет барокамеры на всех крупных базах – в Чинхэ, Пхёнтхэке, Донхэ, а также на некоторых кораблях. Но в полевых условиях, вдали от баз, барокамеры нет. И тогда единственное, что остаётся – давать пострадавшему кислород, поддерживать жизненные функции и молиться, чтобы эвакуация пришла вовремя.

В истории UDT/SEAL были случаи, когда бойцы получали кессонку при выполнении задач. Не все выживали. Не все, выжив, возвращались в строй. Но те, кто возвращался, знали: главное оружие против кессонки – не барокамера, а дисциплина. Дисциплина в планировании, дисциплина в выполнении процедур, дисциплина в принятии решений. Потому что кессонка не прощает легкомыслия.

Долгосрочные последствия: Цена, которую платят годами

Даже если декомпрессионная болезнь вылечена и боец вернулся в строй, она может оставить след на всю жизнь. Асептические некрозы костей – отмирание участков костной ткани из-за закупорки сосудов пузырьками. Чаще всего страдают головки бедренных и плечевых костей. Через годы это проявляется болями, ограничением подвижности, артрозом .

Неврологические нарушения могут быть минимальными, незаметными в обычной жизни, но критическими для водолаза. Лёгкое онемение пальцев, небольшая слабость в ноге, чуть хуже работающий вестибулярный аппарат – для обычного человека это мелочи, для боевого пловца – конец карьеры.