Виталий Хрошин – Самые слики. Хроники «Формулы-1» (страница 2)

Наша жизнь полна стереотипов: все немцы педантичные, любой американец хранит в шкафу ковбойскую шляпу, а француз без круассана, как самурай без катаны. А что мы знаем об англичанах? Чопорные зануды со специфическим чувством юмора?

Скорее всего, при словосочетании «типичный англичанин», у вас сам собой возникнет образ дедуктивно мыслящего, остроумного, размеренного джентльмена, эдакого Шерлока Холмса. Уверен, многие вспомнят также персонажа, который находился на вторых ролях, но был не менее интересным. Какой же Шерлок Холмс без своего доктора Ватсона – наивного простачка, бесстрашного правдоруба, отважного работяги и в целом человека хорошего, отлично справляющегося со своей работой. При этом его нарочито серьезная чудаковатость нередко становится предметом насмешек, по крайней мере, со стороны всяческих Шерлоков Холмсов. Наша первая история как раз о таком типично нетипичном англичанине, своего рода докторе Ватсоне «Формулы-1», который наверняка хотел стать Профессором, ну или Волшебником, а стал бόльшим… Большúм Найджем.

Найджел Мэнселл родился 8 августа 1953 года в Англии, спустя семь лет он впервые сел за руль и тогда же наблюдал за победой соотечественника Джима Кларка на Гран-при Великобритании в Эйнтри. Неудивительно, что в отличиe от тысяч советских мальчишек, которые в те времена мечтали стать космонавтами, летчиками-испытателями и отважными Дядями Стёпами, британский пока еще Львенок грезил карьерой гонщика. Но для достижения этой цели Мэнселлу пришлось пройти очень сложный путь.

После окончания инженерного колледжа он поступил на работу в компанию Lucas Aerospace, где с раннего утра до поздней ночи многие годы трудился его отец. Казалось бы, технические навыки могли с легкостью поспособствовать появлению в «Формуле-1» того самого гения дедукции, без особого напряжения разгадывавшего любые головоломки и справлявшегося с препятствиями. В итоге же вся биография Найджела оказалась наполнена борьбой с нелепыми неудачами. Впрочем, как истинный доктор Ватсон, Мэнселл верил, что упорство и преданность своему делу способны помочь свернуть горы.

Помню одну из первых гонок: у меня банально не было ни перчаток, ни гоночного комбинезона. Дождь был настолько холодным, что пальцы моментально леденели, и когда я брался за руль, то плакал от боли. Дебют в картинге быстро заставил меня понять – существует целый мир вещей, которые нужно сделать, прежде чем я смогу стать конкурентоспособным, вещей, о которых я тогда не имел ни малейшего представления.

В 15 лет Мэнселл успешно дебютировал в британских соревнованиях по картингу. Он выиграл первенство Уэльса 1970 и 1971 года, взял титул чемпиона Северной Англии в 1972-м, ну а в 1973-м Туманный Альбион покорился ему целиком.

Мы жили небогато, отец не мог позволить себе купить лучшую технику для картинга, поэтому я ждал Рождества или дня рождения, на которые бабушки и дедушки могли подарить мне кое-какие детали.

Еще в картинге Найджел попал в серьезную аварию из-за технической неполадки – ему диагностировали сильное сотрясение мозга. Позже наш герой вспоминал, что, оказавшись в больнице, видел туннель и свет в его конце, но какой-то противный и резкий голос удерживал его. В какой-то момент Найдж не выдержал и предложил голосу свалить в известном направлении. Как потом выяснилось, в больничной палате находился священник, читавший молитву. Скажем честно, подобного послания «свыше» святой отец вряд ли ожидал.

В 1976 году Мэнселл начал свой путь в «формулах». Управляя собственной машиной «Формулы Ford 1600», он выиграл первый же заезд – на «Мэллори-Парк». Из пяти гонок того сезона будущий чемпион мира победил в трех, а уже в следующем году принял участие в 34, практически треть из которых он смог выиграть.

Увидев прогресс сына, родители начали протестовать: они понимали, что денег на участие в формульных гонках попросту не хватит. К тому же папа Эрик побаивался, что в случае неудачи вся дальнейшая судьба Найджела пойдет наперекосяк, по-отцовски переживал. Сам же будущий Британский Лев принялся лепить из себя потенциального доминатора с завидным усердием: он стал одним из первых, кто занялся своей физической формой, быстро осознав, что гонки – все-таки какой-никакой, но спорт. Впрочем, о физподготовке британца мы поговорим отдельно, ведь частенько финишную черту Мэнселл пересекал уже в состоянии нестояния в прямом смысле этого слова. А вот с другим состоянием он покончил раз и навсегда. Как признавался сам Найджел, он любил посещать пабы с друзьями, но отличался одной особенностью – с кружки пива его развозило в слюни. Как говорится, не можешь пить – не мучай печень.

Благодаря своим стараниям Найджел Мэнселл практически ухватил гоночную судьбу за ее аэродинамически совершенный карбоновый хвост. И тут… Трасса «Брэндс-Хэтч», серьезная авария, почти трагедия – англичанин получил травму позвоночника и оказался на больничной койке. Врачи объявили, что он никогда больше не сможет управлять гоночным автомобилем, а если поднимется с кровати без их разрешения, то останется парализован на всю жизнь. Но вы же помните – упорство и преданность своему делу – через пять дней Мэнселл встал с койки и под расписку уехал домой, а через семь недель вернулся за руль.

К тому моменту шанс выиграть титул оставался лишь в одном из трех чемпионатов, в которые был заявлен Найджел. В заключительной гонке на «Сильверстоуне» покалеченный Мэнселл начал проигрывать темпу лидеров по три секунды с круга. Тогдашний менеджер, тренер и вообще, если хотите, старший товарищ Джон Торнбёр поведал подопечному, что нужна новая резина. Мэнселл в очередной раз принялся объяснять, что денег нет… вообще нет. В ответ Джон просто предложил заложить обручальное кольцо.

И что бы вы думали? Мэнселл заложил его, естественно, в тайне от своей невесты Розанны. На новой резине с перевесом в одно очко он взял чемпионский титул в сезоне-1977.

Розанна всегда была со мной… и в трудные времена, и в минуты триумфа. Она поддерживала меня во всем, лучшего спутника жизни сложно придумать. После травмы в 1977-м Розанна была единственным человеком, кто еще верил в меня. Когда мы познакомились, мне было 17, я предложил подвезти ее на своем фургоне, и, к моему удивлению, она тут же забралась в кабину. А метров через 100 сказала, что перепутала меня со своим приятелем и оказалась в фургоне с незнакомцем. Мы уже полвека вместе и за это время успели познакомиться поближе.

В 1978-м британец должен был принять участие в соревнованиях «Формулы-3». Было разослано более 400 писем потенциальным спонсорам, но они не выделили ни пенни. Из-за отсутствия бюджета Найджелу и Розанне пришлось продать квартиру, и вырученных денег хватило на то, чтобы купить себе место в заводской команде March. Но сезон не ладился: болид явно не мог конкурировать с соперниками, через шесть недель деньги снова кончились, а с ними, как водится в автоспорте, кончились и гонки.

Ни жилья, ни вещей, в общем, как говорят в Англии, беднее церковной мыши. Казалось, весь мир вокруг рушился: в начале 1979-го у Мэнселла появился большой соблазн бросить все и, начав жизнь добропорядочного англичанина, позаботиться наконец о семье. Но в начале сезона нашему герою все же улыбнулась удача – Дэйв Прайс предоставил ему местечко в команде Unipart, причем за это еще и платили 25 фунтов в неделю. Правда, при одном условии…

Я должен был стать вторым пилотом. Как оказалось, не в последний раз в моей карьере. Зато появилась возможность гоняться, причем с лучшими из лучших – тем же Нельсоном Пике. Да, наш двигатель уступал лидерам почти три секунды, но впереди был июль, этап поддержки Гран-при «Формулы-1». Именно тогда я встретил человека, который изменил всю мою жизнь.

После той гонки к юному британцу (по тем временам юному) подошли два почтенных джентльмена, два Питера – Коллинз и Уиндзор. Они смерили Найджела надменными взглядами, и Коллинз сказал: «Старик хочет поболтать с тобой».

Из разговора со «стариком» Мэнселл узнал, что тот смотрел гонку «Формулы-3» и остался под впечатлением от того, как Найджел проходил шикану. Ошарашенный парень пытался что-то отвечать невпопад, так слово за слово разговор и затянулся. Старика, кстати, звали Колин Чепмен. Он обладал большой властью в «королевских гонках» и предложил нашему герою работу в Lotus… Но сказка про Золушку – это не в английском стиле. Мэнселлу предоставили один из Ford Escort, а в обязанности вменили контроль качества у поставщиков запчастей. Казалось, дела стали налаживаться, однако в сентябре Найджел вновь попал в аварию и сломал позвонки.

Аварии можно было избежать, но Андреа де Чезарис атаковал меня на спуске в своем безумном стиле. Уже в те времена он был известен как очень непредсказуемый пилот. На скорости 200 км/ч его машина подкинула в воздух мою, и я приземлился на асфальт вверх днищем. Вокруг было очень тихо, а потом стал нарастать невыносимый шум, появилась дикая боль, я отключился. Очнувшись в больнице, я очень переживал, ведь это была не моя ошибка, а теперь вся карьера могла просто закончиться. В одной палате со мной лежал парень – играя в регби, он получил травму шеи и оказался парализован. Он убеждал меня в том, что мне крупно повезло.