Виталий Хонихоев – Синдзи-кун и теория игр (страница 10)

— Леди! Давайте не будем спекулировать на такой возможности! — говорит Ясуо. — Это же только предположение, а мы сейчас можем подтолкнуть людей к поискам близости с наемницей и хладнокровной убийцей.

— Ну, плохие девочки всегда привлекали много внимания. По крайней мере больше чем хорошие девочки. — кивает Аник. — Но ты прав, Ясуо. Не будем спекулировать на желании Тессы повысить свой уровень.

— Где вы говорите, этот самый Сейтеки находится? — делает серьезное лицо Тесса. — Надо будет туда съездить, взглянуть. Я женщина в самом соку, и в колледже…

— Только у нас! Только в шоу «Вопросы и Ответы» вы можете узнать, что именно рассказала Тесса Николь, ведущая шестьдесят пятого канала Токио ТВ, дважды финалист Игр, о своем опыте близости с женщинами и был ли такой опыт! Не переключайте канал и вы узнаете, кто такая Сумераги-тайчо и почему в этом году в Императорских Играх не будут участвовать «Герои Земли и Неба», зачем у Тай Ли из команды «Зеленых Драконов» эта маленькая пуговка на ее бикини и кто тайный поклонник самой Виверны-сан! После рекламной паузы… — экран гаснет.

— Эй! Я смотрю вообще-то! — возмущается Джин.

— Все спят, а ты на полную громкость включила. — ворчит Читосе, которая только вышла из спальни, одетая в шелковый халатик. — Имей уже совесть, зараза мелкая.

— И ничего они не спят. — бурчит Джин. — Я все слышала. Сами-то пристаете к Сумераги-тайчо, а мне не даете. Ай!

— Ты сперва вырасти, мелкая. Давай мы с тобой лучше позавтракаем.

— Хорошо. — кивает Джин. Они идут на кухню и Читосе включает плиту, ставит на нее сковородку.

— Син… Сумераги-тайчо любит с утра яичницу есть. — говорит Читосе. — Поскольку мы с тобой сейчас в его доме — надо его вкус уважить.

— А какой он? — спрашивает Джин невпопад. — Почему вы с ним? У вас же тайное чувство? А вы не ревнуете? А то вчера вечером и Акира-нээсан и Юки-тян пришли… так вам внимания не достанется.

— В моем гареме нет места для ревности. — поднимает вверх палец Читосе. — Все свободные люди и могут общаться как им угодно. Потому что, во-первых, запретный плод сладок, а во-вторых… передай-ка мне луковицу.

— Вот, Читосе-нээсан, возьмите. Хороший у вас лук, сухой весь, у меня всегда промокал. А почему тогда люди ревнуют? Нет, почему они ревнуют, а вы не ревнуете?

— Люди ревнуют? Ну не знаю, ты у Сина спроси. Он обычно говорит, что ревность — это страх. А он у нас ничего не боится, вот и все. — Читосе быстрыми движениями крошит лук.

— Как это так, ревность — это страх? Ревность это ревность. — говорит Джин. — Я вот никогда не испытывала, но говорят что это скорее ярость.

— Ну смотри. Если человек ревнует, то значит он боится. Что его бросят, что он — не достоин, что ему будет больно, например. — говорит Читосе: — это же элементарно.

— О чем речь? — на кухню вплывает Юки, одетая в рубашку Сина, едва запахнутую спереди. Юки довольна и расслаблена. Читосе смотрит на нее и хмыкает.

— Помогает, да? — говорит Читосе.

— Угу. — бросает Юки. — А кофе есть? Мне проснуться надо. И… — она немного краснеет, — назад, спать…

— Если ты проснешься от кофе, то ты уже не заснешь, — логически рассуждает Джин, — и …

— Помолчи, дитя. Сейчас, будет тебе кофе, посиди пока. — Читосе на правах хозяйки споро заварила для Юки чашечку растворимого (у Сина в доме не было кофемашины) кофе.

— На вот. Пей, горе луковое. — перед Юки появилась фарфоровая чашка с желтыми цыплятами по ободу.

— Чего это я горе луковое, — говорит Юки, — все у меня хорошо. Теперь. После обеда Син поедет моего братика вылечит, и вообще хорошо будет. А папочке я в нос ударю. Кулаком. И перееду.

— Куда ты переедешь? — спрашивает Джин. — Возьми меня с собой.

— Денег у меня пока нет, так что сюда и перееду. — говорит Юки и наблюдает, как Читосе неожиданно поперхнулась и закашлялась.

— Дадим тебе денег, — твердо говорит Читосе, — у нас сейчас нет проблем со средствами, можешь снять себе квартиру. Или вон, в убежище можешь жить, с этой нашей, любопытной…

— Спасибо, Читосе-сан, но я занимать ни у кого не хочу больше, а своих у меня пока нет. Акира-нээсан сказала, что зарплату будет вводить, но это потом, а я уже сегодня перееду. Я знаю, где ваша комната, вы не беспокойтесь. Мешать вам не буду. — говорит Юки и пьет свой кофе, блаженно улыбаясь.

— А как же… ай, ну и ладно. Добро пожаловать. — говорит Читосе. — Если Сину нормально, то и мне ничего. Надеюсь, Акира не собирается переезжать?

— У Акиры-нээсан дела. — говорит Юки. — Вряд ли.

— Ну и ладно. — повторяет Читосе. — Не впервой беглянок нам прикрывать. Только потом надо будет тебя эмансипировать, а то твой отец на нас в суд подаст.

— Не подаст, — отмахивается Юки# — я ему скажу, чтобы не подавал. Сперва только в нос ударю, хорошенечко так.

— Юки — садистка! — пищит Джин со своего места. — Ай! Да что меня все бьют-то!

— А ты помолчи немного и не будут тебя трогать. — советует Читосе. — Не лезь под руку. И… у меня лук горит! Джин — яйца передай.

— Хай, Читосе-нээсан. Вот.

— Угу. — Читосе хватает в руку два яйца и ловким движением бьет их об борт сковороды, тут раскрывает скорлупу, выливает содержимое.

— Ух ты! Как ловко! — восхищается Джин. — Научите меня?

— Научу всему, что знаю и умею. — говорит Читосе. — Ты все-таки моя кохай. А то вот выдадим тебя замуж за какого-то сумасшедшего бедолагу, а ты даже яиц пожарить не можешь.

— Что вы разгалделись с утра как сороки. — говорит Акира, появляясь на кухне и хватая чайник. — Кофе где?

— Вот смотрю я на тебя, Акира и думаю. — говорит Читосе: — и как ты с утра встаешь такая вся красивая и непомятая.

— Уметь надо. — Акира заваривает себе растворимого кофе, отпивает глоток и морщится: — фу, гадость. Надо Сину кофе-машину купить. Сегодня и куплю.

— Сегодня?

— После того, как в интернат съездим, починим братика у Юки. Все хорошо, Юки? — спрашивает Акира, видя, как у той на глаза наворачиваются слезы.

— Спасибо, Акира-нээсан, спасибо вам. — говорит Юки.

— Ай, ерунда. Сама могла бы подойти к Сину и попросить. Он бы тебе в жизнь не отказал.

— Ага, если бы меня так попросили, я бы тоже не отказала. — встревает Джин и жмурится, ожидая неминуемой кары. Кары не происходит, и она успокаивается, открывает глаза.

— Не плакать! — говорит Акира и утирает слезинку в уголке глаза у Юки. — Никто в моем гареме не плачет!

— А почему Майко-сан говорит что вы все — ее гарем, а Читосе-нээсан — говорит что это ее гарем? Чей это все гарем? — задается вопросом Джин.

— Как чей? — моргает Акира. — Наш, конечно же. Хватит тут дурацкими вопросами задаваться, у нас уже завтра Игры начинаются, время одиннадцать, а вы на кухне все в одних труселях кофе пьете. Мы сейчас с Сином и Юки съездим и вернемся, а вы — дуйте на полигон, разминайтесь, мы вчера еще пару схем придумали.

— Опять! — роняет голову на руки Джин. — Сколько можно тренироваться! Никакого веселья!

— Будешь слушаться команд — после Игр познакомлю тебя с Вико. И даже попрошу его тебе свою коллекцию показать. — говорит Читосе.

— Правда?! — вскидывает голову Джин.

— Правда-правда, — гладит ее по голове Читосе, — только будь умничкой.

— Балуешь ты ее, — ворчит Акира, — смотри, она тебе на голову сядет.

— Я пойду, Сина разбужу. — говорит Юки, вставая. Читосе смотрит ей вслед и качает головой.

— Что? — спрашивает Акира.

— Да ничего. Просто… насколько это безопасно, так вот человека расколбасить? Она ж теперь совсем изменилась… — говорит Читосе, переворачивая яичницу.

— Она и сейчас не изменилась. Она такая и была, просто скрывалась от всех. — пожимает плечами Акира. — И вообще, у меня диплом психолога, а у тебя — киношкола и курсы актерского мастерства. Я лучше знаю.

— Угу, — кивает Читосе, — то-то я вижу… улыбка до ушей с утра.

— Пфф… Юки! Поднимай этого ленивца и поехали! — Акира предпочитает не вступать в конфронтацию и уходит в спальню.

— Яичница готова. — говорит Читосе. — Кушай, золотко.

— А… они не будут? Разве не вежливо подождать? — спрашивает Джин.

— Вряд ли. — прислушивается Читосе: — думаю, что они сейчас еще минут сорок как минимум не выйдут. А ты кушай. Тебе расти надо.

Глава 6

— Что-то непохоже на полосу препятствий. — бормочет Майко, оглядываясь вокруг: — это ж стадион. Как они будут тут…

— Кто его знает, — пожимает плечами Читосе, — опять какой-нибудь маг земли все преобразует. Я тут в первый раз.