Виталий Греков – Убить волка (страница 8)

Мужик оперся широкими ладонями о кровать и медленно разогнулся. Вытер руки о штаны, присел, пружины натужно скрипнули. Девушка копошилась возле стола, не поднимая головы. С каким-то отчаянным рвением пыталась завязать мешок, но объем вещей явно превышал размер меха. Паша шагнул в ее сторону намереваясь помочь, но твердая рука сжала его запястье. Парень перевел взгляд на лицо мужчины. Тот покачал головой из стороны в сторону и отпустил руку. Павел тихонько опустился на лавку. Анюта несколько раз встряхнула мех, внутри что-то негромко звякнуло. Перехватила свободный конец веревки, затянула узел. Осмотрела результат своей работы и с довольным видом вышла из комнаты.

– А потом все пропали, – зеркало будто очнулось ото сна. – Утром вышли по своим делам и с концами. Когда к обеду дверь ни разу не хлопнула я забеспокоился. Девчонки всегда были на подхвате. То унеси, это из дому захвати. А тут нет и нет никого. Заглянул к старику – там тоже пусто. Старик домой только спать приходил, утром уйдет и до вечера нет его. Мог и сутками не появляться. Но все равно тошно мне как-то стало, гаденько. Забрался в другой дом. Там тоже пусто. Еще пару домов, где зеркала были проверил – нигде никого нет. Ну и ладно думаю, хрен с вами. Отдохнул в деревенском покое, можно и дальше по миру погулять. В Мексике давно не был, а еще Японию я люблю. Появляюсь в Токио, концертный зал NHK на меня японочка моднявая глядится, глазками лыпает, улыбается. Я разомлел чутка, бац – нету японки. Опять здесь на стене висю. Со мной конечно случалось, что я перебраться в другое зеркало не мог. Сводила судьба с людьми, которые умудрялись такие подставы делать. Те много чего умели, это вам не финские деревенские жители. Я в Москву. Только Арбат через витрину увидел – и снова уже здесь. Тут я конечно рассердился и давай туда-сюда прыгать. Нигде дольше секунды не продержался. Подсмотреть вроде могу, а зайти в зеркало не получается. Замучился сил нет. Скоро и подсматривать сложнее стало. Будто кто-то блокирует, не дает отсюда вырваться. Теперь вот энергию накапливаю месяцами, тогда хоть что-то получается. Последние силы недавно истратил, когда этого патлатого сюда заманивали.

– Какого патлатого? – молодой человек машинально повернул голову в сторону говорившего, но естественно увидел свое отражение. Мужик откинулся на спинку кровати, вольготно закинув руки за голову. Послышался тихонький свист. Голос продолжил:

– Об этом тебе потом расскажут. С тех пор здесь и завис. Сдыхал со скуки, пока это чудовище в доме старика не объявилось. Не свисти – денег не будет, – свист тут же прервался.

– Мне и не надо. Деньги – брызги, – ответил мужчина, но больше насвистывать не стал.

– Так вот, вваливается это чудо в дом. Весь в синяках, глаза заплыли, давай еду по мискам искать. Я молчу, смотрю что дальше будет. Достал чугунок из печи, не удержал, тот ему на ногу и грохнулся. Что тут было! «Ах ты ж, бля…» и чья-то мать вдогонку. Я не удержался, заржал. Тот в сторону прыгнул, глазами зыркает, метлу схватил – хрясь надвое об колено. «Кто здесь?» – говорит. Я молчу, думаю пусть лучше успокоится. Знаю я вас русских, навидался. А он постоял-постоял, плюнул на пол, черенок в угол кинул. По дому походил, в кастрюли заглянул – там всё тухлое давно. Перерыскал весь дом, нашел дедов инструмент. Взял все и двинул во двор. А через час вернулся, а еще через полчаса жареную птицу уплетал жиром лицо мазюкая. А разговорились мы с ним потом, через пару дней. Я его специально не трогал, хоть и невмоготу было – скучно же одному. И то он пару дней думал, что крышей двинул и сам с собой в зеркале разговаривает, гы-гы. А что ты на полу искал?

– У тощего что-то из кармана выпало, когда раздевался. Я тогда внимания не обратил, а сейчас в вашем бедламе найти не могу, – мужчина поднялся и прошелся по комнате, поочередно заглядывая в каждый угол.

– В вашем? Ты в создании этого бедлама принимал самое активное участие, – встряла в разговор девушка. Наморщила лобик:

– Как мы этого паренька искать будем, если ты его не слышишь?

– Аскольд поможет. Идти готовы? – все поочередно откликнулись негромким «да». Самый неуверенный ответ получился у Паши. – Эх, ёк-макарёк, давненько я никуда не выбирался. Ну тогда посидим на дорожку и в путь.

Хрустнув крепкими суставами грузно опустился на лавку, привычно сложив на коленях руки.

Глава 2. Дорога, привал

– Я понимаю, дружок, что воняет, но нюхнуть разок-другой придется. Как мы без тебя нечистоплотного хозяина найдем?

Мужчина медленно подступал к псу, зажатые между указательным и большим пальцем темно-синие носки вяло болтались в такт движения широкого запястья. Обостренное обоняние и приближение источника аромата возымели логичный эффект, пес мотал головой из стороны в сторону, отбиваясь от чего-то невидимого и шаг за шагом отступал. Брови мужчины сошлись на переносице, глаза сузились, а подбородок подтянулся вверх, сведя губы в тонкую полоску. Уши пса виновато опустились вниз, зато ноздри зашевелились, лохматая лобастая башка нырнула в траву. Тело вытянулось в струнку, животное застыло, только передние лапы беспокойно топтались на месте, когти оставляли на песке едва различимые полосы. Язык беззаботно вывалился наружу, теперь дело за малым – лапы сами несут по невидимому для двуногих следу, незаметно для себя наращивая темп. Азарт погони не замедлить, инстинкты предков берут вверх, а уж для чего искать добычу, которую не будут убивать, не все ли равно?

– Вперед бойцы. Ну и бойчихи, – подмигнул мужик Оксане, девушка улыбнулась в ответ. Рука плавно прикрыла калитку, взгляд в окна покинутого жилища вызвал едва заметное чувство тоски и тонкое ощущение на уровне подсознания: то безотчетная женская интуиция давала о себе знать вкрадчивой, но настойчивой мыслью – вряд ли имеет смысл рассчитывать вернуться в ближайшее время. Поскорей отвернувшись Ксения неуверенно побрела по тропинке, радуясь тому, что мужчины размеренно идут впереди, рассуждая о насущных походных делах, а значит никто не увидит выражение тревоги, разом омрачившее лицо, которое буквально пару секунд назад светилось улыбкой.

Собака бежала далеко впереди.

– Как думаешь, он в сторону речку подался или через лес пошел?

– А я что доктор? Куда угодно мог пойти.

Девушка повела плечами, поправляя легкую котомку, тяжелые мешки мужчины расхватали будто те ничего не весили.

– А что, не доктор что ли? – передразнил мужик. —Кто меня по утрам лечит?

Павел молча разглядывал окрестности, не забывая смотреть под ноги. Интересная дорога, если ее можно так назвать: посередине гребень травы, справа-слева – вытоптанная земля. Видно было, что здесь давно никто не ходил, а уж тем более не ездил. Интересно, отчего вообще след? Колея же осталась, хоть трава с обочины год за годом сужала и без того узкую э-э-э… дорогу. Мужик мило беседовал с Оксаной в духе «дура, сам дурак». Павел постепенно привык к подобным разговорам, потому особо не вслушивался. Каждые несколько минут оставляли за спиной очередной деревянный домик, копию предыдущего.

Избушки имели крайне заброшенный вид. Глядя на них, хотелось съежиться, а голову втянуть в плечи. Где-то в груди набирало силу неприятное чувство. Не то чтобы тоска или грусть, скорее скорбная пустота, как будто не хватает чего-то внутри – взять взяли, а вернуть забыли. Пес неспешно бежал впереди, раньше нарезал круги вперед-назад, но похоже быстро понял, что подгоняй не подгоняй, результат один: в этой погоне темп задают ему, а не он. Теперь лишь иногда останавливался и поворачивал голову в сторону людей, а если забегал слишком далеко то садился и лениво чесал за ухом или вдруг одним прыжком одолевал метра полтора-два, остервенело клацая зубами в попытке выловить то ли каких-то насекомых, то ли грызунов.

– По дороге шел. Конечно, хрена ли ему буреломами ломиться. Интересно, куда дальше двинул, хорошо бы через поле. Может рогатых коняшек встретим.

– Да, давно я их не видела. До чего же ласковые и нежные создания, – мечтательно произнесла Ксения.

– Это вы про кого сейчас? – краем уха услышал что-то новое Павел. Не вовремя развязался шнурок, пришлось догонять и переспрашивать.

– Единороги. Божественные создания, чесс-слово. Смотришь на них – душа петь хочет. Может они и есть ангельские лошадки, кто их разберет. Хотя зачем ангелам верхом ездить, у них вроде крылья есть.

Брови мужчины сдвинулись вверх, образовав несколько складок, мужик несколько раз задумчиво провел по ним указательным пальцем, рука оторвалась ото лба в тот же момент, когда брови вернулись в исходное положение, придав лицу естественный вид.

– А какого они цвета?

– Белые наверно. Я не расист, но не могу представить негра с крыльями. Впрочем, бог тот еще шутник.

Мужик явно не понял вопроса. Или сделал вид, что не понял. Переспрашивать парень не стал, может повезет и скоро сам их увидит. Единорогов.

– Кто еще у вас тут обитает?

Говорилось на ходу легко. Привычный к бегу и спортивным нагрузкам он нисколько не запыхался, даже с тяжелым мешком на плечах. Надо отметить, самый тяжелый мешок мужчина выбрал себе, перед этим покачав на весу в здоровенных руках и тот, и другой одновременно. Итого Павлу достался который побольше, но легче. Парень хотел возразить, но мужик посмотрел на него до того, как Павел успел открыть рот, да так, что желание спорить сразу пропало.