Виталий Евсюков – Вепсы (страница 12)

– Ты Мишку позади ставь, чтоб не лез на рожон, кузнец все-таки, и он у вас на сей момент лучший, получается, – зашептал Митрич Владимиру.

Отправились вниз по Ояти на двух малых ладьях, десять воинов при полном оружии – в тех местах это была сила. До Алеховщины доплыли за пару дней. Добрыня там уже крутился вовсю, загружая ладью мехами, увидел лодки старых знакомых, понял, сами стали вепсы торговать и товар возить, с них ни мехов, ни барышей не выгадать. Приветствовал дружелюбно, спросил, в Новгород ли плывут. Владимир его поприветствовал. Добрыня пригласил всех на постоялый двор, выделил пару комнат, плату сказал приказчикам не брать, а вечером за стол пригласил отужинать. Владимира и Федора за свой стол посадил, остальным вепским воинам было за соседним столом накрыто. Добрыня сразу перешел к делу:

– Вы до Новгорода и сразу обратно? – Нет, – сказал Федор.

Это сразу заинтересовало Добрыню.

– Я смотрю, вы при полном вооружении и новых отроков с собой взяли обучать.

– Да, – ответил Владимир.

– Да ты сам, Добрыня, понимаешь, зверья на охотничьих старых угодьях меньше становится, – сказал Федор. – Значит, и меха меньше, а ртов в поселениях больше, и они растут.

– Значит, вы и заработать едете, и меха свои продать подороже. Предлагаю в Новгороде не задерживаться, а по большой воде сразу в Киев идти. Я вас нанимаю, по двадцать серебряных за воина плачу за поход до Киева и обратно. Это средняя цена по Новгороду за наем в охрану купцов.

– Наш товар на твою ладью, – добавил Федор. – Лодки в Новгороде оставим. И еще сразу – за увечье в походе десять сверху, а за смерть – два золотых для родных.

– По рукам, – сказал Добрыня.

До Новгорода добрались без происшествий, переход прошел спокойно, с попутным ветром. В Новгороде узнали последние новости. Добрыня спрашивал, проплывали ли викинги. Люди говорили, что было пару драккаров, они постоянно туда-сюда шныряют, купцами прикидываются шакалы. Еще двое купцов присоединились к Добрыне со своими ладьями и охраной. Караваном в три ладьи вышли из Новгорода через Ильмень-озеро, по реке Ловать на юг, до следующих протоков и речушек, а где и по волокам вручную тянули. Но у тамошних людишек, которые проживали невдалеке от этих волоков, все было подготовлено. За небольшую плату помогали купцам перетащить ладьи по перекатным бревнам и шли, почти не напрягаясь. Через Смоленск, где, не задерживаясь, по притокам зашли в реку Днепр, а там уже стало легче, и под парусом можно спокойно иногда идти. Вепсы впервые уходили так далеко от родных мест, удивляясь, сколько же землицы, и народ везде живет, большинство по-русски говорит. Шли где на веслах, где под парусом. Владимир периодически брил себе щеки и подбородок, оставляя усы, и подсинял их. Добрыня смотрел на это дело и одобрительно говорил:

– В Новгороде по сей день разговоры ходят среди викингов, что великого воина ты победил тогда на берегу Волхова и брата его берсерка. Ходят, выспрашивают, кто вы и откуда. О вас никто в Новгороде ничего не знает. Мол, купцы-воины появились, говорят то по-русски, то еще неизвестно на каком языке перекликиваются. Я-то своим приказчикам и челяди под страхом смерти запретил о вас говорить, но сами понимаете, за серебро продадут.

Федор и Владимир слушали, понимая, кивали головами.

– Но к вам вроде ни у кого из викингов, как я слышал, обиды или кровной вражды уже нет. Видно, их всего два брата было.

На ночевку не останавливались в поселениях, так как в днепровских хуторах и поселениях цену ломили за постой, да и лишние глаза товар оценят по тюкам и нашепчут лихим людишкам. Старались переночевать там, где ладьи ближе к берегу можно было подвести – и платить ни за что не надо, да и воины и купцы в походе люди неприхотливые. Купцы, собираясь вместе вечерами, оговаривали, где в следующий раз лучше останавливаться на ночь, где можно на берег сойти получше – уже не раз ходившие по Днепру купцы знали места. Сидя вечером у костра, решили, что следующую остановку с выходом на берег лучше сделать через два дня пути. Как оговаривали, так и получилось. Подплывая, выискивали взглядом и еще издалека увидали дымок, поднимающийся над горизонтом.

– Правим туда! – скомандовал Добрыня, и три ладьи устремились к берегу, откуда шел дым.

Но дым шел не с берега, а с воды. При приближении Добрыня нахмурился, увидев, что это не костер. Дым давал остов догорающей ладьи. Подошли к берегу. Владимир и Федор и еще пара воинов с другой ладьи перемахнули через борт, пошли осмотреться. Следов на земле множество натоптано, но ни людей, ни товара было не видно. Потихоньку вошли в лес, осмотрелись. На ладьях все прикрылись щитами, взяли луки на изготовку, ждали. Прикрываясь щитами, Владимир и Федор и два воина осматривали и верхушки деревьев, и лес окружающий. Стояла тишина, только ворон каркнул два раза невдалеке. Еще настороженнее двинулись воины в ту сторону и увидели небольшую полянку, кучу тел, сваленных в канаву у края, заброшенных ветками, а под одной из берез сидел на земле мужик с опущенной головой. Тихо, ни одна веточка не хрустнула под ногами, стали обходить полянку. На березе сидели большие черные вороны, и не один, а штук пять, оглядывали трупы и сидящего мужика. Обошли по кругу, убедились, что больше никого нет, и только тогда вышли на полянку, защищаясь от леса щитами на четыре стороны. Подошли к мужику под березой. Видно было, что руки у него связаны за деревом, на теле – следы пыток. Владимир наклонился, ощупал – живой еще. Осмотрелись и стали так же по-тихому отходить обратно в сторону лодий. Вышли на берег, Добрыня и еще несколько воинов спрыгнули с лодий, так же защищаясь щитами. Владимир подошел, не сводя взгляда с кромки леса и не опуская щита.

– Мы прошлись тихо по лесу. Там полянка и трупы, один к березе привязан, живой еще, но без сознания.

Добрыня крикнул, чтобы скинули флягу с водой, подобрал ее и так же тихо, уже количеством в десяток воинов, вошли в лес. Владимир показал два пальца на вытянутой руке. Без слов два синеусых воина выдвинулись в лес и встали в дозор. Вороны уже осмелели, прыгали по трупам и пытались что-нибудь выклевать. Люди спугнули птиц, но те далеко не улетели, вспрыгнули на деревья и следили за всеми сверху. Добрыня подошел к мужику у березы, стал рассматривать.

– Наш Фекл это! Один из купцов новгородских. Ах беда, что же ты один-то пошел? Торопился, хотелось больше урвать?

Отвязали мужика от березы, лицо облили водой. Он стал приходить в себя, охать, водить помутневшим взглядом из стороны в сторону. Увидел знакомое лицо Добрыни.

– Да кто же это, Фекл? – спросил Добрыня.

– Викинги, – еле промычал купец.

Дали напиться воды, копья кинули на землю, как носилки, уложили на них Фекла и так же тихо пошли в сторону лодий. Вышли на берег, четверых оставили на кромке леса в дозоре: присматривать, не появится ли кто. Подняли на ладью, положили на лежак, начали омывать лицо и обожженные и прижженные места – видно было, что пытали купца железом каленым по всему телу, и пятки, и бороду сожгли. Осторожно смазывали раны мазью.

– Тридцать их было, – еле слышно говорил Фекл, то приходя в себя, то впадая в беспамятство.

Добрыня, два купца, два старших воина с лодий, Владимир и Федор, стали держать совет.

– Тридцать – немало. Может, и на нас не побоятся напасть, а вот таких, как Фекл, не пропустят точно.

– Здесь недалеко есть приток, – сказал Добрыня. – Типа ручья, куда можно спрятать целый драккар, и с Днепра не видно будет. До этой притоки расстояние отсюда приблизительно как десять раз до той поляны, где мы нашли Фекла.

Вошли в лес. Полянку с трупами обошли, чтобы не пугать воронов.

Владимир тихо сказал:

– Мы с Федором – впереди. Васька, ты – чуть позади нас. Остальным – тихо идти позади Васьки. Где остановиться – скажем.

Двинулись через лес к ручью, где, предполагали, находятся викинги. Начинало потихоньку вечереть. Впереди показалось русло ручья, запахло костром. Остановились в подлеске, где было больше кустов.

– Ждать здесь всем, – сказал Владимир. – Мы посмотрим.

И втроем, как тени, исчезли в лесу. Шли вперед – туда, откуда тянуло дымом костра; держались осторожно. Владимир и Васька крались за Федором, не произнося ни слова – у охотников свой язык жестов, отработанный годами охоты.

Тихо двигались, заходя с верха ручья, впадавшего в Днепр. Нашли. Замерли и через кусты, не подходя ближе, стали смотреть. Драккар; около трех десятков викингов спокойно, без броней, сидели вокруг костра, жарили на вертеле кабана. Кто-то из них поливал мясо водой, кто-то потягивал медовуху из рога. Вепсы ждали, наблюдали. Прошло какое-то время, стало видно, что кое-кто из викингов начал собираться, надевать кольчуги, поднимать оружие. Их было шестеро. Разделившись на пары, они пошли в разные стороны. Вепсы поняли: смена дозоров. Стали высматривать, куда направляются. Один из дозоров оказался недалеко, но о вепсах они не подозревали. Сменились. Второй дозор был где-то напротив драккара, в лесу. А третий – вниз по широкому ручью. Вепсы тихо отошли в лес. Знаками показали: нужно выяснить, где расположены два других дозора. Крались, как тень. Увидели, где викинги расположили посты. Дозоры были расслаблены, не настороже. Викинги переговаривались между собой. Подошли к своим так же тихо, как ушли, – появились будто из ниоткуда. Все придвинулись ближе к Владимиру. Он начал объяснять тихим голосом. Положил длинный прут на мох и прошептал: