Виталий Егоров – Ш.Н.С. (страница 5)

Парень погладил ладонью корпус магнитофона и прочитал на тыльной стороне:

– Шарп джи эф пятьсот шестьдесят зед, колонки отстегиваются. Крутая штука!

– Самая лучшая в своем классе, – не без гордости сообщила Марианна. – У Натахи такой же.

– Да, да, у меня такой же, только с небольшим дефектом, – вздохнула девушка. – Да и ладно, этот дефект не влияет на звучание.

Вдоволь послушав музыку, ближе к шести вечера гости засобирались домой.

– Не хочешь подождать маму, скоро должна прийти? – спросила Марианна Наташу. – Она давно тебя не видела.

– Как-нибудь в другой раз, – отказалась девушка. – Надо готовить домашнее задание.

Проводив Наташу до дома, Максим поцеловал её, к чему она была уже готова и подставила щёчку. Достигнув желаемого, парень, окрыленный любовью, устремился домой, не заметив маму, которая возвращалась с работы.

– Максимка, ты куда побежал? – крикнула она ему вслед.

Оглянувшись, он бросил:

– А, это ты! Я и не заметил.

– Маму родную не узнал, пробежал мимо, как оглашенный! – засмеялась женщина. – Что с тобой?

– Ничего мама, возвращаюсь со школы.

– Проводил Наташу? – спросила она.

– Да, проводил. Мы еще посидели у её подруги, которая тоже приехала из Молдавии. Послушали музыку.

– А-а, это же вторая девочка, о которой говорила Марина Семеновна, – вспомнила мама. – В какой класс её определили?

– В десятый «Г». Зовут её Марианна.

– Ну и что она рассказывает? Где устроились?

– Живут у бабушки. Отец остался воевать.

– Ох, беда-то какая! – сокрушенно вздохнула женщина. – Отца одной убили, второй – воюет.

Максим, помрачнев, ничего не сказал. Далее шли молча, пока сын не заговорил:

– Мама, ты больше не смотри про Будулая.

Женщина остановилась как вкопанная и развела руками:

– Почему?! Это же мой любимый фильм, и я готова смотреть его тысячу раз.

– Будулай, вернее, Волонтир, плохой человек, – твердо выговорил парень. – Из-за него Наташа и Марианна убежали из Молдавии.

Её удивлению не было предела.

– Да не может быть! – воскликнула она. – Он же постоянно играл таких хороших героев, например, командира партизанского отряда и офицера Советской армии!

– Всё это время он врал, изображая хороших людей, – ответил сын. – В Молдавии заделался политиком и прямо по телевизору призывал выгнать из страны «оккупантов», таких, как родителей Наташи и Марианны.

Мама, после недолгого молчания, потрясенно проговорила:

– Вот так дела-а! Разве так можно? Это же предательство, а ведь мы его так любим… любили. Всё, Максим, я поняла тебя, больше Будулая смотреть не буду.

– Спасибо, мама, – сказал Максим, и мать с сыном продолжили путь.

5

Прошло две недели. За это время отношения между Наташей и Максимом стали еще ближе, они в классе уже не скрывали обоюдную симпатию. Если это было возможно, после занятий девушка и парень уединялись в пустом классе, нередко их можно было видеть, как они, держась за руки, глядят влюбленными глазами друг на друга.

Неделю назад Максим поцеловал Наташу в губы – это произошло возле её подъезда. Теперь на прощание они всегда целовались в губы.

Однажды девушка пригласила парня к себе в квартиру, когда матери не было дома. Там они целовались и слушали музыку на том самом магнитофоне «Шарп», устроив мини-танцплощадку.

В пятницу Максим купил билеты в кино на вечерний сеанс и с нетерпением ждал встречи с любимой. Когда девушка вышла из подъезда, он заметил, что та была в новых унтах.

– Сегодня можем гулять по городу, – радостно сообщила она, – бабушка подарила мне унты!

Унты были из лапок северного оленя темного цвета, расшитые синим бисером в виде снежинок на черном фоне, так ладно сидевшие на ногах девушки, что парень цокнул языком:

– Классные! Теперь нам мороз не страшен!

Погулять по городу не получилось, поскольку мороз давил за сорок, и девушка с парнем после кино сразу же направились домой. В подъезде Наташиного дома они долго целовались, и перед расставанием девушка грустно проронила:

– До встречи… прощай!

– Не «прощай», а до свидания, – улыбнулся парень. – Не забудь, что в воскресенье мы обещали сходить в гости к Марианне.

– Ах да, у неё появились новые записи! – стукнула себя по лбу девушка. – В воскресенье ровно в час я выйду.

– Буду как штык! – залихватски козырнул Максим. – Завтра позвоню, может быть, куда-нибудь сходим.

– Хорошо, позвони, – ответила она, поцеловав его в щеку. – Завтра всё равно делать нечего.

На улице Максима охватила непонятная тревога и печаль, он хотел вернуться и обнять свою любимую, но, понимая, что девушка уже зашла в квартиру, остановился и стал ждать, когда загорится свет в её окне. Ждать пришлось минут пятнадцать, очевидно, девушка не сразу зашла к себе, а находилась на кухне с мамой и, когда, наконец, включилась лампа в её комнате, он, весь продрогший, бегом пустился домой.

На следующий день, хорошо выспавшись, Максим в два часа дня позвонил Наташе, но та не подняла трубку. Он повторил звонок через полчаса, потом через час, но с тем же результатом.

«Что это с ней? – с тревогой думал парень. – Вчера сказала: «Прощай». Неужели хочет порвать со мной? Почему? Нашла другого?»

Набрав еще несколько раз номер Наташи, он оставил свои попытки дозвониться до неё, с нетерпением ожидая завтрашнего дня, чтобы узнать, почему она не желает с ним разговаривать.

В воскресенье ровно в час дня он стоял возле подъезда и ждал девушку. Постояв десять минут на улице и основательно замерзнув, Максим зашел в дом и ждал Наташу на лестничной площадке первого этажа. Прошло тридцать минут, а её всё не было. Потеряв всякую надежду дождаться её, он решил подняться на третий этаж и постучаться в квартиру.

На стук никто не отозвался. Максим тихонько дернул за ручку – дверь оказалась незапертой. Он открыл дверь, и в лицо ударил запах смерти. Он еще не знал, как пахнет смерть, но какими-то чувствами, переданными ему в наследство далекими предками, он понял, что случилось нечто ужасное.

– Наташа! – громко крикнул он, не заходя еще в квартиру. – Ты меня слышишь, это пришел я?!

Ответа не последовало, и парень, немного потоптавшись, зашел в квартиру и с учащенным сердцебиением повторил:

– Наташа, ты дома?!

Не дождавшись ответа, он направился в комнату девушки. Проходя мимо зала, он краешком глаз заметил нечто, лежащее на полу. Резко повернув голову, увидел женщину в окровавленной белой ночной сорочке, а под ней лужицу почти черной крови. Вскрикнув от испуга, парень подскочил к двери девушки и рывком открыл её: Наташа также лежала на полу без одежды, на теле были видны потёки крови.

Максим выскочил из квартиры и побежал домой. Когда он, запыхавшийся, прибежал домой, мама убирала посуду, а отец смотрел телевизор.

– Мама, папа, убили Наташу! – крикнул он. – Я только что от неё!

Мама выронила тарелку, которая разбилась на мелкие осколки, и, не в силах что-то сказать, хватала ртом воздух. Отец вскочил на ноги и заорал:

– Кто убил?!

Когда Максим сбивчиво и путано рассказал о том, что видел в квартире у Наташи, отец схватился за телефон. Набрав ноль два, он сообщил:

– Срочно примите вызов! Убили двух человек – маму с дочерью!

Минут через десять прибыли два милиционера, и Максим с отцом проводили их до Наташиного дома.

Заглянув в квартиру, один из милиционеров вышел и сообщил напарнику, который оставался с Максимом и его отцом:

– Информация подтверждается, надо вызвать оперативно-следственную группу.

Через час весь подъезд был заполонен милиционерами и людьми в штатском. Отец ушел домой, а Максим отрешенно сидел на деревянном ящике из-под картошки, стоящем на лестничной площадке. Подошел довольно молодой мужчина в гражданской одежде и спросил: