Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 539)

– Павел, а ты стрелял? – поинтересовался Обручев у опера, впечатленный рассказом эксперта.

– Нет, не успел, – признался сыщик. – Все произошло в одно мгновение.

– В людей успел выстрелить, а в медведя – нет, – рассмеялся Обручев. – Хотя, какие они люди – звери!

– Нет, ты не прав, – возразил Федин. – Иной человек гораздо хуже самого грозного и опасного хищника. Если бы этот медведь был сытый, если бы его не вспугнули и не выгнали из берлоги в зимнюю стужу, он никогда бы не позарился на людей. А посмотри на этих бандитов: ряхи наели, а все туда же – убивать ради наживы. И кто, получается, опаснее: люди или звери?

– Верно, – согласились сидящие вокруг сыщики. – Человек при нашей работе – самый опасный зверь. Пока среди людей бродят такие «шатуны», покоя нам не видать.

– Спасибо, дорогие мои коллеги, – впечатлившись до глубины души, тихо произнес Обручев. – В самую опасную минуту жизни вы показали истинное мужество и верность долгу. Не отставали в храбрости от сотрудников милиции и наши друзья – фермеры, которые, невзирая на грозящую их жизни опасность, оказали нам неоценимую помощь в ликвидации самой опасной банды. Низкий вам поклон!

– А за это надо выпить, – оживился фермер, доставая свою бутыль. – Сегодня словно заново родились! Эти шатуны, как реальный лесной хозяин тайги, так и в человеческом обличье, ни перед чем не остановились бы – в конце концов, расправились бы и с нами. Спасибо вам всем!

Через час вся группа с задержанными преступниками на двух машинах тронулась в обратный путь.

11

До города добрались быстро – сказывался опыт по преодолении грязи, приобретенный за последние сутки.

Когда к полудню группа заехала во двор управления, все высыпали из кабинетов, чтобы поглазеть на оборванных, замызганных грязью, усталых оперативников. Выбежал и начальник управления.

– Как успехи? – спросил он у Обручева.

– Все отлично, товарищ полковник! Преступники задержаны, шатун ликвидирован!

– Молодцы! Сейчас дам отбой группе, которая должна была выехать к вам на подмогу. Благодарю за службу!

– Служу Советскому… России!

– Анатолий, я ухожу домой, – подошел к ним Федин. – Сейчас два дня буду пить, успокаивать нервы.

– Я с удовольствием присоединился бы к тебе, – улыбнулся Обручев, – но надо до конца отрабатывать бандитов. Так что пока! Попозже сорганизуемся и посидим где-нибудь от души!

Задержанных развязали и развели по кабинетам. Обручев велел привести к нему Кисличенко. Когда бандита привели под конвоем, тот, разминая затекшие руки, окинул взглядом кабинет, посмотрел на Обручева, а затем бросил:

– Разговора не получится. Ни на один вопрос отвечать не буду.

– Хорошо, – кивнул тот и спокойным голосом приказал конвоиру: – Увести, оформить в изолятор. Надеюсь, другие будут разговорчивее.

– Не дождетесь, – выходя, процедил сквозь зубы бандит.

Следующим был Цуркану. Он робко зашел в кабинет и вытянулся перед сыщиком.

«Этот заговорит, хлипок на вид, да и бывший милиционер. А они-то как раз быстрее идут на контакт», – подумал Обручев, рассматривая задержанного.

– Садись, Ион, – пододвинул он стул. – Разговор предстоит долгий, поэтому, я думаю, ты от чая не откажешься?

– Да, можно, – дрожащим голосом ответил Ион, разминая, как и Кислый, отекшие конечности.

Когда чай был налит, Ион взял полную чашку и тут же расплескал половину – руки его не слушались. Немного успокоившись, повторил попытку и стал жадно пить. Опустошив чашку, попросил:

– Еще можно?

Выпив вторую чашку, он вздохнул и посмотрел на Обручева:

– Какие вопросы вас интересуют?

– Много! Проблема только в том, с чего начать.

– Задавайте, я попробую на них ответить.

– Слушай, не изображай из себя безобидного агнца! – вскипел опер. – Тебе грозит расстрел, а ты «задавайте», «попробую»! В принципе, я с тобой могу вообще не разговаривать, все доказательства у нас имеются. Тебе сейчас надо думать о своей судьбе, а Кислый на сто процентов обеспечил себе вышку! Он же главарь банды, правильно я говорю?

– Да, он главный среди нас.

– Сколько вас в группе?

– Пятеро.

– Перечисли.

– Нас трое и еще Комков Андрей и Сухоборов Василий.

– Их адреса знаешь, сможешь показать нам?

– Да, знаю. Покажу, если надо.

– Ион, расскажи все подробно: когда вступил в банду, сколько за вами убийств, роль каждого при нападении, и где находятся похищенные вещи.

– Хорошо, расскажу все. Только оформите, пожалуйста, все как чистосердечное признание с раскаянием в содеянном.

– Ты сам должен понять, что торг сейчас неуместен, – ответил Обручев. – Все зависит от того, что ты мне расскажешь. Ты должен рассказать все как на духу, не выгораживая и не обеляя себя, чтобы потом не краснеть, правда ведь все равно вылезет наружу.

– Ладно, слушайте. – Попросив еще чашку чая, Ион начал говорить.

– Мое падение началось с падением Советского Союза. В Кишиневе служил в милиции: в вытрезвителе, затем в дежурной части. Отработал более пяти лет. А потом началось: война, разруха, безработица… Зарплату не давали вообще, начальство намекало, раз у тебя форма и пистолет, то зарабатывай сам, как хочешь. В конце девяносто первого приехал в Якутск. Тут у меня есть земляк Мунтяну, сначала у него перекантовался, а затем ушел работать к фермерам… Ну, к тем, которых нашли… Меня заподозрили в краже и выгнали. Проболтавшись без дела, я устроился у второго фермера, где вы меня сегодня задержали. Поработал там несколько месяцев и ушел, поскольку зарплаты нет, живут натуральным хозяйством. Работал в магазине грузчиком и познакомился с Семеном, который возил продукты. Семен – это тот, которого задержали вместе с нами. Однажды он пригласил меня к себе домой. Там находились все те, о которых я говорил ранее: Кислый, Андрей, Василий и этот Семен. За столом побеседовали, познакомились. Узнав, что я ранее работал в милиции, Кислый обрадовался и сказал, что им нужны бывшие сотрудники. Короче, в этот день я вступил в банду… Первым делом был магазин, где я работал. Убили продавщицу, взяли деньги и продукты…

«Вот те на! Искали бандитов со стороны, а наводчик был рядом! Поистине, все преступления простые, только сыщику надо иметь голову на плечах. В конкретном случае головы наши были в любом месте, но только не на плечах!» – с сожалением подумал Обручев.

– Потом было несколько нападений без убийств, а в декабре прошлого года Кислый нас собрал и рассказал, что на один из складов поступила большая партия бензопил «Дружба». Он объяснил, что нашел уже покупателя за пределами республики, поскольку сбыть такой товар здесь небезопасно – можно попасться. Ночью мы напали на этот склад. Я связал сторожа, Семен подогнал автомашину «Урал» прямо к воротам склада. Когда бензопилы были уже загружены в машину, Кислый взял обрез и пошел в сторожку, где лежал охранник – старик под семьдесят лет. Я понял, что он хочет его убить, попытался отговорить, но Кислый был непреклонен. В сторожке он перевернул старика на спину и сказал: «Дед, запомни мое лицо». Тот молча кивнул головой, а Кислый с криком: «А теперь забудь навсегда!» – выстрелил ему в живот…

– А как ты связывал сторожа? – спросил бандита Обручев. – Каким способом?

– «Ласточкой», как обычно мы поступали с буйными алкоголиками в вытрезвителе… – ответил Ион и продолжил: – Бензопил оказалось девяносто восемь штук, мы их продали коммерсанту из Тынды… А на фермеров из Даркылаха банду навел я. – Я говорил Кислому, что есть богатые коммерсанты, которых можно ограбить. Все это рассказал ему из желания отомстить фермерам, которые со мной обошлись несправедливо. В принципе, я хотел расправиться с ними, а не с их работниками. Нагрянули к ним ночью, под утро. Калитку открыл один из работников. Увидев меня, он поинтересовался, почему я приехал в такую рань, объяснив, что хозяева отдыхают на юге. Тут Кислый выстрелил ему в грудь, и все забежали внутрь. Я слышал несколько выстрелов, душераздирающий крик женщины, а потом все стихло. Чуть замешкавшись, зашел следом в дом и увидел ужасную картину: все были убиты в постели, Кислый и Семен душили веревкой женщину, она была вся в крови, очевидно, ранена. Когда все закончилось, Кислый велел загнать машину во двор, закрыть ворота и приказал: «Сделаем так, как будто работники обокрали хозяев и убежали. Надо смыть везде кровь, подобрать гильзы в доме».

Трупы вместе с матрацами и одеялами загрузили в машину, взяли все, что нам нужно: телевизор, магнитолу, кое-что из посуды, спиртное и много чего из мелочи. Прежде чем выехать с фермы, Семен предложил забить несколько свиней и взять с собой. Предложение Кислому понравилось, мы застрелили десять свиней, частично освежевали их и загрузили в машину. Животных убивали из своего обреза, а затем Кислый дважды выстрелил в воздух из ружья, обнаруженного в доме у фермеров, а гильзы оставил под поддоном, чтобы запутать следствие. С этой же целью ружье фермера оставили в доме, чтобы хозяева подумали на работников, будто бы они убили свиней. Затем заехали к Семену в частный дом, разгрузили вещи, туши свиней, сожгли матрацы, одеяла. Тут Кислый говорит: «Трупы надо спрятать так, чтобы никто их не нашел. Тогда хозяева будут думать, что работники их обокрали, поэтому особого шухера не поднимут. Подумаешь, какая-то кражонка, каких сейчас сотни, – никто особо искать не будет». Я предложил спрятать трупы далеко в тайге, тогда-то уж точно их никто не найдет, и назвал место, где раньше работал у фермера, – район речки Кенкеме. Мы привезли трупы туда, каждого по отдельности протиснули между кочек, а сверху обложили срезанными кочками и мхом. Думали, что лучшего места для захоронений не придумать, а получилось вот как… Остальное вы все знаете.