Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 538)

– У меня, – откликнулся немолодой уже оперативник Климент. – У брата такая машина, на охоту вместе ездим.

– Садись за руль!

– Стой! – внезапно крикнул Скакунов, рассматривая дорогу левее, где можно было проскочить грязь без особых усилий. – Следы «УАЗа», они впереди нас!

– Ну, это разумеется, – изрек Обручев, наклонившись и рассматривая следы, – мы же идем в погоню за ними… Хотя все, что происходит сейчас, трудно назвать погоней.

Выбравшись из грязи, опера последовали дальше. Климент действительно оказался опытным водителем, он ловко объезжал опасные места, иногда разгоняя машину и беря большие лужи с ходу. Когда преодолели лесную дорогу и оказались на поле, Обручев велел остановить машину. Уже рассвело, было полвосьмого утра. Он быстро нашел следы ехавшей впереди машины и приказал:

– Преступники впереди нас, всем держать оружие наготове, до фермы осталось шесть-семь километров.

Опера увидели бортовой «УАЗ» издалека. Машина стояла, прижавшись к изгороди фермы, рядом с ней суетились люди.

– Полный вперед! – крикнул Обручев водителю. – Берем всех с ходу, при сопротивлении стрелять без предупреждения!

Когда машина, прыгая на ухабах, приблизилась к ферме и очертания людей стали различимыми глазу, сердце у него радостно забилось – он увидел Людмилу, которая, заметив «уазик», махала руками. Рядом стояли Федин и фермер.

Выпрыгнув из машины и подбежав к ней, Обручев крепко обнял ее, взволнованно проговаривая:

– Все живы-здоровы?! Где бандиты?!

– Живы, живы, – улыбнулась Людмила, хотя глаза ее были полны слез. – Бандиты задержаны, связаны по рукам и ногам и лежат на полу. Решали вопрос, как везти их в город, а тут вы с кавалерийским наскоком…

– Получили информацию, что преступники выехали в вашу сторону, и пустились за ними в погоню… – Обручев взглянул на Федина: – Кстати, что с шатуном?

– Ликвидировали и сожгли.

– Серьезно?! – поразился сыщик. – Ну, вы даете, господа!

В доме у фермера на полу лицом вниз лежали три человека, связанных «ласточкой», которых охранял Павлов.

– А вот это правильно, – удовлетворенно отметил Обручев. – Пусть теперь попробуют себя в роли того сторожа, которого они связали подобным образом и убили.

Один из бандитов, а Обручев понял, что это и есть Кислый, приподнял голову и, глядя с ненавистью на сыщика, прошипел:

– «Мокруху» хочешь пришить, командир? Не получится! Смотри, все зачтется…

Обручев понял, что эти слова предназначены не ему, а подельникам, чтобы те держались до конца и не признавались в содеянном.

– Зачтется, зачтется, – проговорил Обручев и распорядился: – Задержанных положить на пол фургона, два опера остаются их охранять, остальным собраться в доме – посовещаемся перед выездом в город.

Когда преступники были транспортированы в машину, он сел за стол и крикнул, положив руку на грудь:

– Хозяин, доставай свою настойку! Сердце готово выскочить, надо успокоить!

Фермер не заставил себя долго ждать, через миг семь стаканов, наполненных восхитительной наливкой, алели на столе.

– Давайте, ребята, выпьем за нашу удачу! – поднял Обручев свой стакан. – За ту оперскую удачу, которая чуть не сорвалась из-за бандитов, по иронии судьбы, именно в это время и в этот час решивших наведаться сюда. Когда мы ехали за ними и постоянно вязли в грязи, я немного запаниковал, но и тогда был уверен, что Людмила и ребята встретят бандитов достойно, и не ошибся. Поэтому я хочу выпить за Госпожу Удачу в лице нашей прекрасной и отважной Людмилы!

– Да ну, ребята, – засмущалась Яковлева. – Это спасибо Павлу, он всех задержал.

– Да все задерживали, – засмущался и Павел. – Не я один.

– Ладно, не спорьте, – махнул рукой Обручев. – Сейчас за чашкой чая расскажете все, что здесь происходило. Нам очень интересно!

На столе появился самовар, хозяйка достала сливки и молоко, нарезала душистого хлеба, и все стали слушать рассказ Людмилы.

10

– Когда вы с трупами уехали, ребята стали готовиться к засаде на медведя. Валентин достал большой аккумулятор, объяснив, что он военный, и загрузил в машину. Далее у него в руках появилась автомобильная фара с приспособленной ручкой и проводом. Проверил в действии – все работает, и тоже положил в машину. Снова сели пить чай, а потом Ваня говорит:

– Пора! Он может появиться в любое время. Валентин, когда наступят сумерки, ты отвечаешь за прожектор, а мы с Павлом – стрелки. На всякий случай возьми свою двустволку. Машину оставим на отшибе, возможно, она нам пригодится.

Иван отнесся к делу очень ответственно. Прежде чем выехать к месту засады, заставил всех попрыгать на месте – убедиться, что ничего не бренчит. Приказал выложить из кармана сигареты и спички, сказав: «Там никто курить не будет, потерпите».

– Давайте, ребята, с богом! – говорю я им. – Будьте осторожны, берегите себя. А я тут посторожу с женщинами – вдруг этот Ион заявится.

Они уехали, но Валентин вскоре вернулся обратно и объяснил, что ребята устроились в засаде, а как стемнеет, он присоединится к ним. В полдевятого он поехал к месту засады, мы пожелали ему ни пуха ни пера.

Вот сидим и ждем, три женщины, наших мужиков. Немного дрожим от страха, приоткрыли дверь, чтобы услышать выстрелы. После полуночи фермерша с работницей легли на кровати и сразу захрапели. Очевидно, они решили, что уж коли я милиционер, то обязана их охранять. В принципе, обязана, согласна с этим. Держалась стойко, но все сильнее стало клонить ко сну. Вдруг до меня донеслись звуки выстрелов: сначала три одиночными, а спустя секунды еще несколько выстрелов. Посмотрела на часы – было три ночи. Разбудила женщин, и мы все стали с нетерпением ждать ребят.

Вскоре приехал Валентин и сказал, что медведя застрелили, а сейчас его труп будут сжигать на костре. Он взял спички и уехал обратно.

Работница стала топить печку и ставить чайник, хозяйка спустилась в подпол за продуктами. Тут я слышу, как подъехала машина. К этому времени уже рассветало, работница выглянула в окно и испуганно воскликнула: «Ион приехал с друзьями!» Я подбежала к окну и увидела, как трое явно нетрезвых мужчин, гогоча и громко разговаривая, справляют малую нужду возле бортового «УАЗа». Хозяйка, услышав неожиданную весть, выскочила из подпола и приказала мне: «Лезь туда!» Я отказалась от этой идеи, сказала, что пойду задними дворами в лес и позову наших на подмогу. Она молча кивнула и толкнула меня в сторону двери, благо она находится с противоположной стороны от прибывших бандитов. Прежде чем уйти, я громко шепнула хозяйке: «Отвлеките их чем-нибудь, мы скоро!»

Огонь от большого костра я увидела издалека. Увидев меня, Павел и Иван бросились навстречу: «Что случилось?!» Я им еле выдохнула: «Бандиты на ферме, приехали на «уазике!»

Быстро посовещались и решили до фермы идти пешком, чтобы преступники не услышали звук мотора. Подкрались к дому и убедились, что все люди находятся внутри. Тихо подошли к двери, Павел первым забежал в дом и пустил очередь из автомата прямо в стену. Бандиты так и рухнули на пол, мы их всех связали веревкой, которую подала нам хозяйка. Позже два обреза нашли в машине.

– Молодцы! – восхитился рассказом Людмилы Обручев и обратился к хозяйке и работнице: – А теперь, дорогие женщины, расскажите, как вы встретили нежеланных гостей.

– Они еще постояли возле машины, – стала рассказывать жена фермера. – Доставали продукты, водку. Ион зашел первым и крикнул: «Валентин, принимай гостей!» Я вышла из-за занавески и удивленно отвечаю: «Вы что, не встретили Вальку? Он же уехал в город». «Значит, разминулись», – ухмыльнулся Ион и поставил две бутылки водки на стол. – Тем лучше! Гуляем, бабоньки!» Я отвечаю: «Почему бы и не погулять, приглашай своих гостей за стол».

Мужчины стали разливать водку, предложили и нам, но мы отказались, ссылаясь на то, что надо приготовить хорошую закуску, а уж потом пить… Они пили водку, а мы чистили картошку. В это время ваши и забежали – я совсем оглохла от выстрелов. Вот так-то, убежала от войны, называется, – пожаловалась она под конец уже избитой за последние дни фразой.

– Тоже молодцы! Настоящие оперативники! – улыбнулся ей Обручев и повернулся к Ивану с Павлом: А теперь приступаем к самому интересному. – Кто из вас расскажет про охоту на шатуна?

– Иван, – кивнул в сторону судмедэксперта Павлов. – Он и застрелил медведя.

– Давай, Ваня, мы тебе внимаем с превеликим для себя удовольствием и предвкушаем услышать рассказ, который затмит все события, которые происходили здесь за последние сутки!

– Да ничего сверхординарного, – поскромничал Федин. – Сели в засаду, а кругом тишина, ни одной живой души. Мудрые вороны – и те чухнули, что трупов уже нет, улетели. Выбрали такое место, чтобы место захоронения было видно достаточно хорошо, но с буреломом, который отделял бы нас от медведя. В случае нападения он потеряет несколько секунд, преодолевая этот бурелом, а на ровном месте попасть в бегущего медведя практически невозможно. Когда было светло, сидели вдвоем. Щекотливость положения заключалась в том, что медведь мог подойти и сзади. Поэтому сидели, опершись спинами друг к другу. Затемно пришел Валентин и взялся за прожектор. Тишина была звенящая, и мы, наконец, услышали, когда медведь очутился возле захоронений. А то, что он находится там, поняли по его вздохам и ворчанию. Я тихонько толкнул в бок Валентина, он включил прожектор, и в его лучах мы увидели медведя. Ослепленный, он встал на задние лапы и зарычал. Я прицелился и начал стрелять: сначала три раза, а затем, когда медведь встал на четыре лапы и стал убегать, еще несколько раз вдогонку. Непрерывно подсвечивая спереди, чтобы он нас внезапно не атаковал, постояли минут двадцать, а затем, взяв аккумулятор, тихо двинулись вперед, освещая себе путь прожектором. Увидели его издалека – он упал в пятидесяти метрах от захоронений. Подойдя поближе, убедились, что медведь действительно шатун: донельзя исхудавший, ребра и лопаточные кости торчат наружу, и запах… Запах этот страшный, похуже, чем пахли трупы людей. У него по-живому загнивало мясо. Мы собрали вокруг валежник, обложили медведя со всех сторон и подожгли. В это время к нам прибежала Людмила.