Виталий Держапольский – Халява (страница 9)

– Держи, шеф! – Я щедро заплатил за проезд.

Водила быстро пересчитал деньги.

– Спасибо, командир! – расчувствовался мужик. – Если нужно будет в город – звони! Подскочу…

– Да я и здесь колеса найду, – покачал я головой.

– На всякий случай запиши телефон, – настоял таксист. – Вдруг понадоблюсь.

– Диктуй. – Я достал сотовый и забил номер таксиста в телефонную книгу.

– Ну, бывай! – Водила протянул руку.

– И тебе не хворать! – ответил я предложенным рукопожатием. – Багажник открой – сумки заберу.

Выгрузив мои нехитрые пожитки, таксист уехал. Я постоял, вдыхая полной грудью аромат родного двора, а затем уселся на лавочку возле подъезда. Закурил. Потихоньку на поселок опускались сумерки. К моему большому удивлению лавочки перед подъездами были пусты. А раньше их по вечерам оккупировали бойкие старушки. Померли все что ли?

Двор же не претерпел сколько-нибудь существенных изменений. Та же детская площадка с покореженными ржавыми качелями, беседка, зияющая прорехами в стенах, вездесущие гаражи… Только деревья стали выше и толще, а от некоторых остались только пеньки. Бросив окурок в лужу – урн в округе как-то не наблюдалось – я зашел в подъезд. Мне показалось, что он стал маленьким и неказистым. Раньше подъезд мне казался другим… Или это я вырос?

Я, не торопясь, поднялся по лестнице и остановился перед знакомой дверью. Дрожащей рукой нашел кнопку звонка и нажал её. В квартире заиграла мелодия. Такая же, как и в далеком детстве.

– Кто там? – Вслед за звонком раздался до боли знакомый голос – мама.

– Я! – неожиданно хрипло прозвучал мой голос.

– Кто? – переспросила мама.

– Я, мам, я…

Дверь распахнулась, на пороге стояла постаревшая мама. Я невольно отметил, что за прошедшие десять лет она сильно изменилась.

– Сереженька, сынок! – воскликнула она, узнав блудного сына. – Наконец-то дождалась!

Она расплакалась, упав мне на грудь.

– Леночка, кто там? – услышал я доносившийся из комнаты голос отца. – Кто пришел-то?

– Сережка приехал! – утирая слезы, произнесла она.

– Серега? – не поверил отец, выскакивая в прихожую.

– Ну, здравствуй, пап… – сглатывая застрявший в горле ком, сказал я.

Отец тоже сильно постарел. Раньше я никогда не видел его в очках. А теперь он стоял, смотря на меня увеличенными толстыми линзами очков глазами. Он сильно схуднул за прошедшие годы, сгорбился, а на лице проступили глубокие морщины. В прошлый мой приезд их практически не было. А ведь им уже далеко за семьдесят! – Произведя в уме нехитрые подсчеты, ахнул я.

«Черт! Какой я все-таки засранец!»

– Серега, засранец! – словно услышав мои мысли, произнес отец и крепко сжал меня в объятиях. – Не мог раньше приехать? А? Хоть бы позвонил, – укорил он меня. Но его глаза светились счастьем. – Мать вон чуть в обморок не грохнулась, тебя увидев…

«Гад же я все-таки, – на душе было муторно, – столько времени не мог навестить родителей! А ведь роднее их у меня нет никого!»

Через полчаса мы сидели за наспех собранным матерью столом. Отец степенно наполнил стопки:

– Ну, сынок, за встречу! И чтобы такие встречи почаще, чем раз в десять лет…

– Простите меня, балбеса! – виновато произнес я. – Обещаю, что теперь все по-другому будет!

– Ладно, Серега, не будем о грустном, – предложил отец. – Просто нас не забывай… Нам уж и не так, чтобы много осталось…

– Отец! – одернула его мать. – Надолго приехал, Сереженька? – Мама уже успокоилась и держалась молодцом.

– Ну… – Я задумался для виду, хотя уже давным-давно все решил. – Пару-тройку месяцев точно погощу.

– Серьезно? – обрадовано воскликнул отец, начислив нам еще по стопочке, пока мама не запретила.

А мама даже всплакнула от счастья.

– А как же твоя работа? – спросила она, промокая слезы салфеткой.

– А работать, мам, я могу где угодно, даже здесь… – А что? Особо даже и не соврал – работы-то у меня никакой и нет, а деньги есть.

– А что за работа такая? – полюбопытствовал отец.

Хорошо, что я заранее подготовился к этому вопросу. Врать родителям не красиво, но не могу же я правду сказать! Еще подумают, что свихнулся сынуля. Я долго думал, чего же такого наплести, чтобы как можно правдоподобнее выглядело?

А помог мне, сам того не ведая, таксист-балагур. По дороге он мне рассказал, что родственник его друга поднял на бирже Форекс целое состояние. На этого родственника мне было, конечно, наплевать. Но тема с биржей засела в мозгу. Несколько лет назад я тоже пытался играть на Форексе, но ничего путного из этого не вышло. Но теорию я помнил, как управляться с терминалом – тоже. Так что пыль в глаза пустить – как два пальца об асфальт.

– Я теперь, пап, трейдером работаю, – на «голубом» глазу сообщил я родным.

– Трейдер? А что это за зверь такой? – удивился отец, разливая по стопкам ароматный коньяк, привезенный мной из Франции. Знали бы они, сколько стоит эта бутылочка «Хенесси».

– Один человек, заработавший на этом деле миллионы, называл себя валютным спекулянтом…

– Спекулянтом? – не поверил отец.

– Сереженька, да как же это? – всполошилась мама.

– Да не переживайте вы так! – улыбнулся я. – Это не то, что вы подумали. Я не стою возле обменников с валютой в руках, не заламываю купюры, не впариваю фальшивки. Негативный оттенок самого понятия спекуляции – это эхо совдеповского стиля жизни. Все нынешние торговцы и коммерсанты занимаются спекуляцией: подешевле купил, подороже продал. Я покупаю и продаю валюту. Я – биржевой игрок.

– Игрок? – мама всплеснула руками. – Сереженька…

– Мам, я не играю в казино. Я играю на бирже. Это разные вещи! В казино выигрыш – чистая случайность. А для выигрыша на бирже требуются знания! Экономические, политические… Чтобы прогнозировать движение валют нужно понимание самого процесса. Существуют методы волнового анализа, технического анализа, да и еще масса всего другого. У меня ушло несколько лет, чтобы овладеть… Зато теперь я могу не задумываться о деньгах, у меня нет начальства, я свободен: хочу – работаю, а нет желания – бью баклуши. Кстати, вы деньги, которые я в прошлом году высылал, пристроили?

– Сереженька, сумма слишком крупная, – слегка помявшись, ответила мама. – Мы как-то побоялись их тратить…

– Мам, вы чего, дом так и не купили? – Расстроенно нахмурился я.

– Купили, – поспешно ответила мать. – Помнишь, где дед твоего одноклассника Сухарева жил? Вот соседний мы и взяли. Место хорошее, домик еще крепкий…

– Место действительно хорошее, – согласился я. – Только предполагалось, что вы купите добротный коттедж с центральным отопление и удобствами, а не хижину дяди Тома с деревянным туалетом! Вы же мечтали об этом! Так вот, мечты когда-нибудь сбываются! Причем, не только у акционеров Газпрома. А моих средств сейчас хватит, чтобы выстроить в нашей глуши настоящий небоскреб!

– Серега, а зачем нам небоскреб? – Отец подмигнул мне, наливая очередную стопку.

– Да это я так, к слову пришлось. Значит так, участок хороший. Сносим старую халупу, а на ее месте строим настоящий дом. Пары-тройки этажей будет достаточно? – спросил я, прикидывая, что будет чем заняться в свободное время. А оно у меня сейчас всегда свободное.

– Сдурел совсем! – Опять всплеснула руками мама. – Куда нам три этажа?

– А вдруг я женюсь? Дети пойдут, где мы гостить будем? В вашей хрущевке и так не развернуться… К тому же, вложения в недвижимость – самая лучшая трата денег.

– Ой-ли! – не удержалась от едкого замечания мама. – Ты жениться собрался? Да у меня такое чувство, что внуков мы не дождемся! Никогда. Тебе уже сколько лет?

– А то ты не в курсе? – усмехнулся я.

– Да в том-то все и дело, что в курсе! Знаешь поговорку: в тридцать лет жены нет, и не будет…

– Зато насчет денег я эту поговорку отработал! – парировал я. – Правда с небольшим запозданием… Вот и с женой и детьми нагоним еще!

– Ох, – мама вздохнула, – если бы все в мире мерялось деньгами. Счастье-то не купишь…

– Ладно, давайте не будем о грустном, – предложил я. – Хотите, фотки покажу, где я за этот год побывал?

– Еще бы! – в один голос воскликнули родители.

Я подключил телефон к ноутбуку и занялся демонстрацией. Родители ахали и охали, рассматривая снимки.

– Слушайте! – вдруг хлопнул я себя по лбу. – А почему бы вам самим не съездить куда-нибудь? Вы ж кроме своего Новокачалинска и не были нигде!

– Как это не были? – обиделся отец. – В Москве были, в Ленинграде… В Сочи один раз по профсоюзной путевке ездили. Ну… это еще при социализме было…