Виталий Борцов – Одиночка. Роман о силе, выборе и тайне (страница 12)

– Привет, девушки, спасибо за то, что предупредили о ноже.

Эффект от моих слов поставил меня в тупик, девушки вскрикнули и со всех ног побежали от меня. Постояв в недоумении, я снова скрылся в подворотне и, скрыв себя, взлетел в небо, где на высоте снял покров и завис в воздухе на восходящем потоке. Немного подумав, я понял их реакцию: они на поляне испытали шок, к тому же человек, которого они бросили, вдруг встречает их и, как ни в чём не бывало, здоровается. Есть от чего испугаться. Насладившись полётом, спланировал на крышу, скрыв только крылья, спустился к себе в комнату и лёг спать.

Проснувшись утром, позавтракал и снова ушёл к себе, но на этот раз взял купленный отчимом набор и отцовский нож, поднялся под купол, открыв шторы, приступил к уходу за ножом. Примерно через час ко мне поднялась мама, сев рядом, она подождала, пока я уберу нож.

– Сынок, мы давно с тобой не разговаривали. Ты как освоился на новом месте, почему никуда не ходишь, почему друзей не заводишь?

– Да, мама, ты права, мы давно не разговаривали, как-то всё не до этого было. Мне здесь хорошо, а ты как? Надеюсь, простила меня за все мои выходки и за то, что пришлось из-за меня уехать из села?

– Сын, ты что, я тебя уже давно простила, это я должна у тебя просить прощения, а что из села уехали, так к тому всё и шло, ты в этом не виноват. Мы это уже обсуждали, и спасибо тебе, что принял Влада, он этого очень ждал и теперь буквально светится от счастья.

– Мама, я не мог его не принять, только потому, что он тебя любит, и тебе с ним хорошо. И по-другому быть не могло, особенно после того как я стал официально его сыном, это закономерность. Я заметил, что он очень этому рад, и это мне греет душу, и, как ты заметила, когда он меня обнял, я его не оттолкнул, и как итог проснулся у него на коленях. Мне кажется, это всё объясняет.

– Да, сынок, это я тоже заметила, ведь в тот вечер я поднялась к тебе и увидела, что ты спишь у него в объятьях, предложила ему тебя в кровать отнести. Но он отказался, сказав, что он тебя не хочет будить. Он к тебе относится очень трепетно, я не удивлюсь, если он за тебя всех положит на лопатки. Настолько он тебя любит, к тому же он тут мне как-то сказал, что всю свою жизнь мечтал о таком сыне, как ты.. Это он сказал, на полном серьёзе, не кривя душой, и, не скрою, это меня очень порадовало.

– Мне приятно слышать, что у вас с ним полное взаимопонимание, и это делает меня счастливым. Кстати, а мы могли бы всей семьёй поехать в село и наплевать, что скажут соседи, скажем, в эти выходные?

– Сынок, как ни странно, мы тоже самое хотели тебе предложить, только вот в чём загвоздка: ты ведь опять уйдёшь в лес на весь день?

– Мама, ты отчасти права, мне хочется в основном только из-за прогулки по лесу ехать в село. Но я не на весь день пойду в лес, а всего на пару-тройку часов.

– Тогда ладно, в субботу днём поедем в село, просто у отца пятница полностью занята, и он приедет поздно.

– Договорились, мамуль, ты самая лучшая мама в мире.

– Кстати, сынок, я очень рада, что плетения с твоих ладоней исчезло, и мне неважно как, если захочешь, сам расскажешь, когда придёт время. Спасибо, что поговорил со мной и не закрылся от нас, это для нас было очень важно, пойду готовить обед.

– Не за что, мам, это вам с папой спасибо за то, что приняли меня таким, какой я есть, и не задаёте вопросов.

Неделя до поездки в село прошла как на одном дыхании, и вот настала суббота, и мы поехали в село.

Когда мы разобрали пакеты, я извинился перед родителями, собрав в сумку плащ и нож, скрыл сумку и ушёл в лес. Оказавшись в лесу, повернул в сторону оврага и пешком преодолел всё расстояние до Егорова дома. Снова не увидев его дома, раздевшись по пояс, взлетел и полетел на болото, а приземлившись у ручья, сел у дуба и модифицировал одежду под крылья, тем самым избавил себя от постоянного раздевания. Надев, с трудом, футболку и лёгкую кофту, накинул плащ. Сев возле дуба, я отключился, а когда пришёл в себя, понял, что проспал пару часов. Сходив по нужде, я почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Обернувшись, увидел того человека, который был противником Егора, автоматически выставил перед собой щит. От вложенной в него энергии он стал видимым, а враг и не думал атаковать, он просто смотрел на меня своими чёрными глазами. От его взгляда мне хотелось снять щит, он будто гипнотизировал, а щит стал таять. В ответ на это я собрался с силами и влил в него ещё энергии, мой противник поднял руки, и между его ладоней заклубился чёрный дым, из которого в щит ударила струя тумана. Мне стало понятно, что он намного сильнее меня. И я воззвал к сфере, она мгновенно потеплела, дав мне в ладони энергии, которую я с левой руки использовал для усиления щита. С правой ладони дал импульс по щиту, тем самым послал его на противника. Прежде чем щит столкнулся с его лучом тьмы, я схватил сферу и сильно сжал. Меня тут же пронзила та же боль, что и тогда, когда я обрёл крылья, от чего у меня помутилось сознание.

Когда же я пришёл в себя, оказалось, что лежу на холодном камне, а лопатки как-то странно полегчали. Ощупав плечи, я буквально взвыл от досады: крыльев не стало, но потом я взял себя в руки, встав, осмотрелся. Оказалось, что сфера меня перенесла куда-то в горы. Я стоял посреди каменного карниза, с одной стороны которого была видна далеко внизу пустыня, с другой же стороны – гигантский вход в гору, по краям которого шло незнакомое мне письмо, и из нутра пещеры доносилось чьё-то мощное дыхание. Сначала я испугался, но потом вдруг понял, что мне надо идти именно туда. Собрав волю в кулак, выставил перед собой щит, вложив в него столько энергии, что он засиял. Для подстраховки создал позади него плиту, шагнул под своды пещеры, и мне почему-то пришло понятие, что мне как раз туда и надо.

Света щита вполне хватало, чтобы осветить очень широкий и высокий проход. С каждым шагом я всё явственней слышал чьё-то дыхание, скоро коридор вывел меня в огромный зал, из-за размеров не было видно потолка и стен. А передо мной в двух метрах в воздухе парил огромный шар, в котором был помещён настоящий ДРАКОН, что он живой. У меня не было сомнений, именно от него исходило это исполинское дыхание, дракон был огромен и поистине великолепен. Его синяя с чёрным чешуя была прекрасна, и по тому, как она располагалась, стало ясно, что ни одно копьё её не пробьёт. Мне стало непонятно, почему он в этом коконе, но, посмотрев внимательней, увидел, что по кокону идут знаки. А под ним пол испещрён тем же письмом, что и кокон, а в мозгу вдруг прозвучал голос поистине великого создания, подняв глаза на дракона, понял, что это он говорит.

«Приветствую, носитель сферы, что тебе понадобилось в моей темнице?»

– Это вы ко мне обращаетесь?

«Я никого, кроме тебя, здесь со сферой не вижу».

– Извините, мне просто как-то странно, что такой могучий и мудрый дракон ко мне обращается. Прошу прощения за невежество, моё имя Виктор, сферу, что вы видите на мне, подарил человек, и, по всему, видимо, она меня перенесла сюда во время атаки на меня врага. А для чего она меня перенесла именно сюда, мне неведомо.

Глава 10

«Сфера одной со мной природы, и мне странно, что она в руках у столь молодого вида, как человек. Ну, раз ты представился, то и я представлюсь, моё имя Буря, моё имя Небо, и имя мне Гнев небес. А так зови меня просто Буря».

– Буря, простите мне моё невежество. Но почему такой великий дракон, как вы, в заточении?

«В своё время в нашем мире всё жило в гармонии, а драконы учили всех существ жизни и мудрости мира. Но твой вид возомнил себя богами, и однажды двадцать сильнейших магов решили, что драконы изжили себя. Объявили драконам войну, и была битва, много крови пролилось, и маги истребили почти всех драконов. Когда нас осталось четверо, они хитростью и подлостью сковали нас по одному, и вот уже не одну сотню лет мы, разбросанные по миру, сидим в оковах, но теперь у нас есть шанс вернуть свою свободу. Ведь сфера, одна из частей нашего мира, вернулась, и теперь от тебя зависит, будем ли мы свободны, или так и будем в оковах. Если ты сомневаешься в правдивости моего слова, можешь подойти и коснуться меня, сфера перенесёт мои воспоминания в искреннем свете».

Сфера на груди испускала тепло, от которого мне стало спокойно, вобрав в себя плиту и щит, я подошёл к дракону и, как ни странно, ладонь, которую протянул к голове дракона, прошла сквозь оковы. Когда ладонь легла на его огромную голову, меня окутали картины прошлого этого мира, через полчаса я отдёрнул ладонь, меня переполняла буря эмоций. Ведь всё, что сказал дракон, было правдой, но прежде чем его освобождать, я должен знать.

– Буря, а если я тебя освобожу, что ты будешь делать, обретя свободу?

«Я полечу к тем, кто нуждается в моих знаниях, и кто не столь алчен до власти. Мести к тем, кто предал, я не буду искать, если ты об этом. Я слишком мудр и не наивен, чтобы считать, что месть – это первоочередное дело. Теперь моя цель только в том, чтобы освободить моих братьев, для того чтобы вернуть гармонию в этот мир, полный боли и воплей природы. Это цель превыше всего, ибо без природы нет жизни».

– Тогда у меня есть то, что тебе более всего сейчас нужно.