Виталий Абанов – Сяо Тай, специалист по переговорам (страница 40)
Когда Сяо Тай огрызнулась на эту странную женщину, которая и не женщина вовсе (благодаря ци, она чувствовала все поблизости и едва подойдя к женщине — она сразу поняла, что это вот — никакая не госпожа Цысинь, слишком уж много у него внизу болтается) — она сперва испугалась. Вот что с человеком похмелье делает, подумала она, едва не схватившись за голову, что же я творю⁈ Тут же у них пунктик к чинопочитанию и уважению старших, а я тут… ой-ей, точно вечером плетей дадут…
Но следующие слова, а потом и действия — заставили ее замереть на месте. Эта странная тетка — изменилась в лице! Была женщина средних лет, с усталым лицом в морщинках, а стала… или стал — юношей с белой кожей и точеными чертами лица, правда на ее вкус — уж слишком женоподобными. Если бы не то, что она ясно видела пол собеседника — она бы скорее его за девушку приняла. Вот только что было одно лицо и тут же — уже другое. Тут же в голове у Сяо Тай всплыло воспоминание. Лицеделы, мордоплясы или по-другому — Face Dancer. Танцоры лицом? Те, кого тренировали Бене Тлейлаксу, чтобы они умели менять черты лица напряжением лицевых мускулов. Все лицеделы на самом деле гермафродиты, что позволяет им принимать любой облик… видимо в этой вселенной лицеделы так не могут.
Что же… значит это шпион. А если шпион, то и пиетет соблюдать не обязательно. Он сам себя раскрыл, что это значит? А это значит что либо он принял ее за своего, либо она сейчас умрет. Либо смерть, чтобы не выдала его секреты, либо… что нужно шпиону в чужом владении? Верно, своя агентура. Значит либо смерть, либо вербовка. В любое другое время она бы вздрогнула, испугалась за свою жизнь, но не сейчас. У нее слишком болела голова и она серьезно полагала, что если сейчас этот вот мордопляс проткнет ее отравленной иглой гом-джаббара, то оно и к лучшему. Черт с ним, подумала она, сколько этой жизни осталось? Задолбали меня местные со своими приколами, думает она, сколько можно уже? Вот почему она не здоровенный мужик два на два, с сильными меридианами и способностью к культивации Небесного Уровня? Пора заканчивать этот фарс, даже если это будет означать конец всему.
— Не могу судить, досточтимый господин, который выдает себя за госпожу Цысинь. Интересно, а что скажет Глава, если узнает, что на смотрины прибыла не мать наследника Фениксов, а какой-то сомнительный мужчина? — говорит она и делает шаг назад. Вот сейчас все и решится, думает она, или гом-джаббар, или сотрудничество. Вербовка.
Она почти не слышит, что говорит лицедел, у нее стучит в висках кровь. Давление, повышенное давление, следствие вчерашней пьянки, а еще — волнение. Но она понимает, что речь идет о сотрудничестве. Хорошо. Уже хорошо. Она будет жить.
— Не хочу, чтобы ты составила себе неправильное впечатление обо мне. — говорит он: — я наемник. У меня нет неприязни ни к Лазурным Фениксам, ни к Северной Звезде, ни к дому Вон Ми… я всего лишь выполняю свою работу. — говорит он. Сейчас нужно показать, что не обязательно ее убивать, что она готова работать с ним.
— Если досточтимый господин скажет в чем именно заключается его работа, то эта девушка может и помочь. — говорит она, стараясь быть вежливой и очень-очень сотрудничающей. Хотя больше всего на свете ей хотелось лечь и лежать прямо на полу, прижимая лоб к прохладным деревянным доскам.
— Уважаемая госпожа. — вскакивает этот странный тип с мягких подушек: — пожалуйста садитесь, что вы стоите в самом деле. Нет мне прощения, что не узнал вас сразу, но ведь вы этого и хотели, верно? Садитесь и позвольте этому ничтожному Лу Цзижэню задать один важный вопрос, со всем уважением к вам, разумеется, — тип почтительно кланяется, его поведение разительно меняется. Ага, вот оно, медовая ловушка, думает она, мягко стелет, жестко спать придется. Вот, значит, как он меня вербовать собрался, добрым словом и пистолетом, а не наоборот. А плевать, голова болит, в ногах слабость, сяду на подушки. На вид мягкие.
— И какой вопрос? — спрашивает она у него. Спрашивает прямо, наверное, это за хамство можно принять, но у нее сил больше нет ни стоять, ни думать, ни прикидываться кем-то еще. Нельзя красное гранатовое вино, нагретое с корицей — с рисовой водкой мешать, вот что. А потом еще сливовое, сладкое… и что-то еще в фарфоровых бутылочках. Нет, алкоголь яд, это однозначно. Правда в прошлой жизни она так не болела, наверное, все дело в весе, она ж тут весит как худющая овечка. Или это проклятая ци во всем виновата.
— Уважаемая госпожа! Позволите ли вы этому ничтожному принести вам клятву верности и связать свою жизнь с вашей, с этого дня и до моей смерти?
Глава 24
Сяо Тай открыла глаза, просыпаясь. Где-то за окном чирикали бойкие птички, перекрикивались дворовые служки, протяжно зазвучал рожок, давая команду утренней страже. Некоторое время она просто лежала в постели, осознавая свое положение. Время прошло так быстро, вот уже и осенний праздник урожая на носу. За это время она многое успела, но этого недостаточно. Женитьба с наследником Фениксов, переезд в цитадель клана, коварные планы нескольких сторон вокруг — все это висело над ее головой дамокловым мечом.
С того момента, как Лу Цзижэнь, мастер Скрытник принес ей клятву верности и связал свою жизнь с ее жизнью прошло уже достаточно времени, и этот самый Лу Цзижэнь оказался на редкость полезным. С какого перепуга он вдруг на ее сторону встать решил, да еще и подчеркнуто подчиненную позицию занял — она без понятия вообще. Однако в ее положении даренному коню в зубы не смотрят. Тем более, что информация от господина младшего Лу исходила такая, что только голову зажать между коленок и поцеловать свою собственную, худую задницу на прощание. Эх… некуда крестьянину податься, Глава Баошу, как она и подозревала — нагло обманывал сироту, дескать будем разрушать клан Феникса, тебя и вытащим. Пообещать он мог что угодно, а на самом деле пережал ей меридианы во время спасения от колодок, а потом обкормил пилюлями концентрации ци в конских дозах. Все для того, чтобы, как только она порог твердыни Фениксов перешагнет — сработала бомба ци, перегружая амулеты щита-купола. По крайней мере в это сам Глава Баошу верил, а этот Лу — конечно считал что она его переиграла, потому что принял ее за кого-то другого. И потом у господина Баошу много чего запланировано — и внезапная атака силами союзников, какого-то клана Северной Звезды и привлечение на свою сторону опального генерала с войсками и в конце концов — передел политического ландшафта в уезде. Но ее все это не касалось, для нее все заканчивалось в момент большого бадабума, порвет ее на кусочки мгновенным истечением всей ци, а попросту — взрывом. Бадабум! И все, нет никакой Сяо Тай, пошли клочки по закоулочкам.
Она вздыхает и переворачивается набок. Вставать неохота. Охота лежать вот так и себя жалеть весь день, бедная сиротка Сяо Тай, родителей у нее нет, родных нет, защитить некому. Мир жесток и все ее либо убить, либо взорвать хотят, сволочи такие. Хорошо хоть Лу-ди на ее сторону встал, объяснил что к чему, обещал содействие. Правда странное какое-то содействие — не извольте беспокоится, госпожа, говорил, обеспечу я вам въезд в цитадель Фениксов, если вам так нужно семь кланов покарать, а начать вы именно с них решили — я вам помогу. И глазом, зараза такая, подмигивает, мол мы-то знаем, о чем речь. Сяо Тай автоматически в ответ подмигнула и задумалась — а знает ли она о чем речь. По любому выходило, что не знает. Но в единственную их встречу она уже настолько устала, что и сил никаких не было, а потому лишних вопросов задавать не стала. Пусто в голове было. Вот сейчас вопросы возникли…
Она вздыхает и откидывает одеяло. Охота, конечно, поваляться весь день, но сейчас ведь Минмин зайдет, как всегда, со своей радостной улыбкой на лице, не спится ей. Зайдет и начнется «Доброе утро, юная госпожа! Какой чудесный день, юная госпожа! Давайте я вам помогу умыться и одеться, а потом принесу завтрак!». Эх.
Она садится на кровати, поджав ноги под себя по-турецки и почесав голову. Вот интересная ситуация получается, думает она, Баошу хочет взломать оборону Фениксов и посылает меня, Фениксы знают это, но все равно соглашаются на брак, послав Лу-ди с тем, чтобы я либо пропала по дороге, либо взорвалась прямо тут на месте. Лу-ди в свою очередь затевает свою игру, открывшись мне и предлагая все же пройти в замок, дескать он об этом позаботиться. То есть сперва Глава Баошу обманывает меня и предает свою сделку с Фениксами, потом Фениксы обманывают его и делают вид что согласны, а на самом деле хотят убить меня раньше, чем я до цитадели доеду. Затем господин Скрытник и лицедел Лу-ди — предает Фениксов, чтобы что? Сам он говорит, что узнал меня (?) и готов служить бескорыстно и честно, преданно и пусть лишь смерть разлучит нас. Ой не верю я этому мордоплясу, но пока это самая сильная карта в моей колоде. Наследничек этот еще, моральный урод… Лу-ди рассказал про него, просил сразу не убивать, погодить немного. Можно подумать я в этом теле убивать могу, особенно адептов-заклинателей пятого ранга. Обосрусь и все. Жидко так и под себя.
— Доброе утро, юная госпожа! — врывается в комнату сияющая Минмин: — такая погодка прекрасная на дворе! Не жарко и не холодно, мое любимое время года. Давайте я помогу вам встать и умыться.