Виталий Абанов – Сяо Тай, специалист по переговорам (страница 38)

«Вспышка Десяти Тысяч Солнц» — сложное заклинание, многоуровневая конструкция, направленная на то, чтобы постоянно преумножать количество ци в организме и удерживать его возросший объем внутри. Да, продвинутые заклинатели могут избавиться от перенасыщения ци, но на самом деле таких немного. Почему? Да потому что перед каждым заклинателем обычно стоит диаметрально противоположная задача — не распылить ци из организма, а привлечь и удержать как можно больше этой самой ци. Много ци — много возможностей. Много силы, если по-простому. Кроме того, это заклинание еще и запечатывает выходы энергии, позволяя ей накапливаться и преумножаться. После этого человеку скармливают пилюли концентрации ци, в адских количествах и ждут, пока эта ци впитается в тело. В результате, при детонации вся накопившаяся ци выбрасывается наружу и… нет, не происходит ничего подобного Разрывному Удару отшельника с горы Мо, или Сейсмическому Удару Молотом Главы Императорской Стражи Сяхоу Джугэ, нет. Выброс ци не сравнивает города с землей, не срывает горы под ноль, не выбрасывает сотни тысяч тонн воды на берег. Да, те, кто стоят рядом, в зависимости от плотности и концентрации ци — могут пострадать и скорее всего пострадают. Но даже если это заклинание сработает в особняке семьи Вон Ми — он останется стоять. Пострадают только те, кто находился в одной комнате с ней, ну еще может в соседних.

Однако такое стихийное истечение ци имеет свои побочные эффекты, а именно — все амулеты, которые работают на энергии ци — прекращают свою работу и нуждаются в настройке заново, тонкие процессы, идущие в них, не выдерживают сплошного потока энергии. На поле боя это не имело бы большого значения, однако большие стационарные амулеты для поддержания щитов вокруг цитадели клана Лазурных Фениксов — будут выведены из строя. Настроить их заново — дело не одного дня, а этого самого времени у защитников и не будет.

Поэтому все что надо этому Лу Цзижэню, так это сделать так, чтобы девчонка с тикающей бомбой внутри никогда не перешагнула порог цитадели. И желательно сделать это так, чтобы договоренность о браке осталась в силе, Фениксам нужна эта семья, вернее — ее богатства.

Значит, нужно узнать, что именно движет этой девочкой, является ли она преданной фанатичкой, готовой отдать жизнь за дом Вон Ми, или ее используют втемную.

В первом случае придется организовать нападение на земле семьи Вон Ми, нанять разбойников, да и самому поучаствовать, при этом не обязательно всех убивать, наоборот — чем больше свидетелей, тем лучше. Разбойников втемную сыграть, сказать, что свадебный эскорт прикрытие для перевоза золота и нефрита, в момент нападения — попасть стрелой из арбалета со специальным наконечником в паланкин, дождаться взрыва и удалиться оттуда. Что подумают внешние наблюдатели? Что глупые разбойники напали, ничего не зная, поранили Бомбу Ци и сами же пострадали от взрыва.

Во втором случае — можно договориться с девчонкой о сотрудничестве. Объяснить ей, что ее просто зверям на съедение бросили и показать способ как заклинание самой активировать. У нее тотчас же возникнет ощущение что она может повлиять на свою судьбу, шантажируя старого Баошу, пытаясь договорится с ним. И вот тут, чтобы не произошло — все ему на пользу будет. Активирует ли она заклинание из-за случайности, пытаясь в панике избавиться от переизбытка ци, или войдет в конфронтацию со стариком Баошу, будет ли терпеть до конца или решит убежать — все будет хорошо. Убежит — ну и прекрасно, договор о браке остается, давай вторую дочку. Взорвется сама — тоже замечательно, договор о браке остается,… и так далее.

В любом случае Главе Баошу она ничего не скажет, потому как если скажет — то ее просто свяжут и будут так держать, кормить, поить и следить, чтобы не повредила себе. Да и потом — он же уже обманул ее раз, не так ли? Так что работа будет легкая.

Лу Цзижэнт откинулся назад, на мягкие подушки и взглянул на служанку рядом.

— Ну и где это ваша Вон Ми Сяо Тай? — сказал он нарочито скучающим голосом: — долго я еще ждать буду?

— Прошу прощения, госпожа Цисынь! — кланяется служанка: — сейчас будет!

Когда Сяо Тай заходит в комнату, она сразу сталкивается взглядом с богато одетой женщиной, которая сидит в центре комнаты на шелковых подушках.

— Да длятся ваши дни, досточтимая госпожа! Эту ничтожную зовут Вон Ми Сяо Тай! — Сяо Тай поднимает руки на уровень глаз, соединив их вместе и скрыв под широкими рукавами, одновременно кланяясь.

— Проходи, дитя. — говорит женщина: — меня зовут госпожа Цысинь, я мать наследника клана Лазурных Фениксов, Сянь Фэнхуана. Что же… надо полагать ты знаешь зачем я тут.

— Эта ничтожная не смеет строить догадки! — снова кланяется она, коленки дрожат, а на лбу выступает пот. Все из-за вчерашней попойки, думает она, как раз когда мне нужно себя в руках держать.

— Что же. Все пошли вон, Сяо Тай — остается! — командует госпожа Цысинь и служанки, что стояли про обе стороны от нее — тут же семенят к выходу, опустив голову и уперев взгляд в пол.

— А ты? Особое приглашение нужно? — поднимает бровь госпожа Цысинь и по ее взгляду Сяо Тай понимает, что кто-то все еще стоит позади нее. Но кто?

— Прошу прощения, досточтимая госпожа Цысинь! — раздается из-за плеча звонкий голос. Минмин, ну конечно же. Звонкий голос продолжает вещать, уважительно, но твердо.

— Но инструкции, данные мне госпожой Мэй говорят, что я должна помочь юной госпоже Сяо Тай во время смотрин!

— Не морочь мне голову, девчонка. Убирайся, мне нужно перекинуться двумя словами наедине с этой Сяо Тай. — говорит госпожа Цысинь и Сяо Тай вдруг с удивлением замечает, что та — подмигнула ей! И даже слегка улыбнулась! Что это было? Госпожа хочет поговорить наедине? Зачем? Не поговорит — не узнает, а информация здесь просто невероятно важна. Любая.

— Минмин. — не поворачиваясь говорит Сяо Тай: — пожалуйста, покинь нас. Все будет в порядке. — она слышала и не раз, что во время смотрин всякое произойти может, однако она готова рискнуть.

— … как скажете, юная госпожа, — после некоторой заминки звучит звонкий голос Минмин, торопливые шажки, открывается и закрывается дверь. Все. Они наедине. Она вопросительно смотрит на госпожу Цысинь.

— Подойди ближе, дитя, — говорит госпожа Цысинь: — я не кусаюсь. Ближе. Еще. Хватит. — она поднимает руку и Сяо Тай видит на указательном пальце прозрачную с синеватым оттенком стрекозу. Стрекоза вспархивает с пальца, взмывает вверх и лопается с музыкальным звуком, а вокруг них двоих на секунду вспыхивает синеватый купол.

— Теперь нас никто не услышит. — говорит госпожа Цысинь: — что же, давай наконец поговорим, Сяо Тай. Как ты относишься к этому дому и к этому браку? Все ли тебя устраивает? Если что-то тебе не нравится — ты скажи. Меня очень интересует твое мнение.

— Эта ничтожная очень счастлива тому, что меня приняли в такой высокий дом и порядочную семью. — склоняется в поклоне Сяо Тай: — дела о заключении брака — это ответственность Главы дома господина Баошу, и я не могу высказывать свое мнение об этом.

— Предположим, что могла бы. — говорит госпожа Цысинь и улыбается. Ее улыбка почему то вызывает в голове у Сяо Тай ассоциации с очень и очень зубастой акулой, так и хочется отодвинуться.

— Понимаешь, мне как матери наследника очень важно узнать твое мнение, ведь насильно мил не будешь, а у моего сына немного… не заладилось с предыдущими женами. Этот брак должен состоятся по политическим причинам, однако я могу сделать так, чтобы в течении года наследник Сянь ни разу не вошел в твою спальню.

— Что⁈ — вырвалось у Сяо Тай, она тут же осекла себя, ругая за несдержанность, но было уже поздно. Акула приближалась, она уже почуяла кровь.

— И не только это. Я могу сделать многое и тебе, девочка — лучше постараться мне понравиться. — говорит госпожа Цысинь: — потому что у меня к тебе еще один вопрос — ты жить хочешь?

Глава 23

— Очень хочу. — не задумываясь говорит Сяо Тай: — жить вот прямо очень хочу. Но только не в колодке и не в тюрьме. И желательно одним куском. Если это возможно, досточтимая госпожа Цысинь. Или… кто вы на самом деле?

— Что? — хмурится Лу Цзижэнь, он слишком опытен, чтобы его сердце пропустило удар или сперло дыхание в груди, словно у пришпиленного к стене булавкой жука, он не выдал себя жестом, ни одна ресница не дрогнула, зрачки не расширились, он полностью контролировал свое тело, как и положено Скрытнику высокого уровня.

Но внутри, внутри у него все же что-то дрогнуло. Как⁈ Никто бы не смог распознать его в этом облике, каждый жест, каждое слово, каждая мелочь в одежде, ничего не могло бы выдать того, что госпожа Цысинь — вовсе не госпожа Цысинь. Разве что… другой Скрытник? Коллега? Конкурент? Запустить короткий импульс ци, чтобы проверить? Нет, нельзя, тогда он точно себя выдаст, и если эта девчонка на самом деле его собрат Скрытник, то он сразу же поставит себя на ступень ниже. Это как первому не выдержать в разговоре и спросить «кто же ты на самом деле⁈». Кто так сделает первым — покажет себя глупцом. Он складывает пальцы правой руки в тайное приветствие, и она ничего не замечает, скользит взглядом поверху. Значит она — не Скрытник. Но кто?