Вирджиния Вулф – Письма: 1888–1912 (страница 5)
0: Лесли Стивену
[Дата неизвестна] [Талленд-хаус, Сент-Айвс, Корнуолл]
мы еще не купались, но завтра пойдем. В поезде мы пели.
00: Джорджу Дакворту
[Дата неизвестна] [Гайд-парк-гейт, 22]
я – маленький мальчик, а Адриан – девочка. Я послала тебе шоколадок. Пока.
000: Джеймсу Расселлу Лоуэллу
(от Лесли Стивена с постскриптумом Вирджинии)
22 февраля 1887 [Пайпортс, деревня] Кобхэм [Суррей]
на обороте – образец почерка твоей крестницы, которая правильно подмечает, что мы сейчас за городом, точнее, в доме Лашингтона22 в Суррее, любезно предоставленном нам для поправки здоровья. По-моему, я уже достаточно выздоровел, если, конечно, можно использовать это слово, когда не болел. Сговорившись с моим любезным обманщиком врачом и другими, Джулия сумела заставить меня бросить на пару месяцев свой злосчастный [Национальный биографический] словарь. За это время я успел чудесно провести время в Альпах и теперь прекрасно отдыхаю здесь. Даже самый закоренелый скептик не станет отрицать, что сейчас я совершенно здоров и в понедельник смогу вернуться к работе. Между тем я получил твою книгу23, за которую должен был поблагодарить. Полагаю, Джулия уже выполнила эту обязанность за меня и справилась гораздо лучше. Пускай с опозданием, но я тоже говорю тебе спасибо. Восхищаюсь твоим умением выступать, однако хотел бы услышать пару аргументов по второстепенным вопросам, и по этой причине (но не только!) надеюсь, что мы скоро увидимся. Впервые за долгое время я действительно хорошо себя чувствую и уверен, что смогу насладиться нашей встречей, ведь к тому времени буду в еще лучшей форме. Джулия просила сказать что-нибудь трогательное – собственно, это я и делаю.
Дорогой крестный папа, желаю вам многих счастливых дней рождения. Мы за городом. Мы видели охотников.
1: Джеймсу Расселлу Лоуэллу
(от Лесли Стивена с постскриптумом Вирджинии)
20 августа 1888 [Гайд-парк-гейт, 22]
это спонтанное произведение мисс Стивен навеяно открыткой с изображением Адирондакских гор [США] и мыслью о том, что ты там был. В последней фразе она выражает чувства всей семьи. Как ты понимаешь, по утрам я ленюсь и развлекаю себя тем, что занимаюсь с детьми, вместо того чтобы работать над словарем, а потому набираю вес, и буду искренне рад, если смогу разделить свой праздный досуг с тобой. У нас все хорошо: дети рады, да и погода здесь лучше, чем где-либо еще на Британских островах, так что приезжай и получи свою долю.
Дорогой крестный папа, вы были в Адирондакских горах и видели много диких зверей и птиц в гнездах? Вы нехороший человек, раз не едете к нам. До свидания.
1a: Джулии Стивен
[Дата неизвестна] [Гайд-парк-гейт, 22]
сегодня утром мы со Стеллой вышли прогуляться у пруда [в Кенсингтонских садах], и там было много больших лодок. Еще мы прибирались в маленькой комнате и чистили серебро, потому что оно ужасно грязное. У чучел животных [в Музее естествознания] было очень весело. Мы ходили туда с Эдвином24. Миссис Принцеп25 говорит, что ездит только на обычных поездах, потому что все экспрессы попадают в аварии. Она рассказала нам про одного 70-летнего старика, который угодил ногами под поезд, и тот тащил его за собой, пока не загорелся. Старик кричал, чтобы кто-нибудь отрезал ему ноги, но на помощь никто не пришел, и он сгорел. До свидания.
1b: Джулии Стивен
[1893?] Лимнерлис, Гилфорд [Суррей]
мы только что вернулись с прогулки в Гилфорд. Сегодня утром я поймала фритиллярию [бабочку]. Миссис Крэйн26 вчера засиделась допоздна. Мы завтракаем и пьем чай в игровой, а ужинаем с мистером27 и миссис Уоттс28. Папа уже начудил, а цветы какие-нибудь нашел? Кровати здесь такие мягкие, что ложишься на них и просто проваливаешься. Мистер и миссис Уоттс ложатся спать примерно в половине девятого, а встают около пяти. Сегодня утром, в половине восьмого, миссис Уоттс пошла в церковь. Мы подарили Эмме [Воган?] дикие розы, здесь их полно. Сегодня глаз Нессы в полном порядке, только немного прищурен, так что повязку она сняла. Погода стоит прекрасная, но раз я это сказала, то наверняка скоро пойдет дождь. Адриан где-то раздобыл старый кнут и теперь собирается хлестать Шэга29. Кукушка куковала прямо возле нас, но соловья мы так и не услышали, а ты? Думаю, остальные пишут тебе то же самое, что и я. До свидания.
2: Тоби Стивену
Пятница, 6 марта [1896] [Гайд-парк-гейт, 22]
как поживает [семейный] музей? Отец говорит, что ученые обнаружили обезьяну, которая ближе к человеку, чем все известные прежде30. Разумеется, речь идет о роде «Самбо» – наверняка ты помнишь, как мы с тобой поймали его лет двадцать назад. Жена дворецкого мистера Гиббса31 держит почтенную таксу. Это животное наотрез отказывается носить намордник и, по ее словам, вопит, как только видит его, поэтому они собираются купить клетку и выгуливать собаку в ней!
Сегодня такой сильный ветер, что мисс Джен [сама Вирджиния] боится выходить на улицу. На днях он задрал ей юбку, и на потеху викария, который как раз выходил из церкви, она припустилась по улице в красных фланелевых панталонах. Она клянется, что покраснела в цвет тех самых панталон, но это уже на ее совести. Мне больше нечего сказать, Ваше Высочество; каждые пять минут моя свеча норовит упасть; Несса ворчит из-за шума; нужно еще поискать Вергилия32, да и вам, наверное, пора на занятия, так что прощайте, Ваше Величество. Напишите мне, как соизволите.
Кстати, ты знаешь, что там с итальянцами, о чем все это и на чьей я стороне?34
Хочу посмотреть, как быстро эта неугомонная девица умеет печатать. Полагаю, она справляется даже лучше, чем я ожидал. Моя простуда уже проходит, и я надеюсь увидеть тебя в четверг.
3: Тоби Стивену
[26 января 1897] Гайд-парк-гейт, 22
размер пленки – 3½ 2⅝ [дюйма]. Мы только что доели остатки моего [именинного] пирога, это был исключительно вкусный кекс «Мадера», причем без изюма! Джеральд подарил мне £1, Стелла – кресло, в котором я сейчас сижу, Адриан – подставку для пера, отец – «Жизнь Скотта» Локхарта35 (книга еще не приехала), кузина Мия36 – дневник, а миссис Гиббс37 – роскошную книгу мистера Крейтона38 о королеве Елизавете39, с позолоченным обрезом, широкими полями, прекрасной типографикой и гравюрами, – придется попробовать ее одолеть.
Адриан обрадовался, когда я сказала ему о десяти шиллингах, которые Джордж прислал сегодня утром. Мы едим варенье тети Мэри Фишер40. Как тебе твоя доля?
Это не считается настоящим письмом, в отличие от того, которое напишешь мне ты, просто сказать толком нечего. Сегодня прямо-таки мороз и самый холодный ветер на моей памяти. Я даже начала носить красные шерстяные манжеты и весь день сижу у камина. До свидания.
4: Тоби Стивену
[1 февраля 1897] Гайд-парк-гейт, 22
твои фотопленки пришли вчера вечером; они ждали меня у тарелки за ужином – два прекрасных рулона превосходной целлулоидной пленки! Тысяча благодарностей (как говорят французы), мой дорогой Герберт, за столь щедрый подарок. Надеюсь, в ближайшее время потратить немало кадров на твое прелестное лицо, а до тех пор, пока не появится достойный повод вытащить их на свет божий, они надежно заперты в самом темном ящике дубового секретера.
Постепенно прибыли все мои подарки. Отцовский Локхарт пришел в тот же вечер, когда я тебе писала, – десять восхитительных томиков в кожаных пурпурных переплетах с позолоченными завитками, спиралями и чертополохами на одной стороне и дизайнерским, голубым и коричневым мраморным узором на другой. Так что мои глаза, пораженные этим великолепием, с еще большим презрением смотрят на обычные жалкие книги, и даже ты, мой дорогой брат, не смог бы подобрать лучших эпитетов к этому прелестному изданию. Джек подарил мне пару коньков «Monier-Williams», лучших на рынке, сэр, ценой в 17ш/6п41 (их я выбрала сама!). Лезвия прикручиваются к ботинкам восемью винтами. Для них будет выделена особая пара обуви, специальная для зимнего сезона, прочная, но элегантная, на шнуровке, с новой крепкой подошвой. По чистой случайности такую как раз изготовили для меня, когда морозы уже покинули эту землю, и теперь коньки вместе с пленкой и прочими сокровищами заперты в том самом дубовом секретере. Пару дней назад я получила письмо от Джорджи