Вирджиния Царь – Не позволяй сломать меня (страница 3)

После смерти родителей я перестала праздновать Рождество. Лишь когда Джорджи в детском саду узнал, что принято наряжать ёлку и ждать подарков, мне пришлось вернуться к этой традиции – ради него.

Но в этом году, всего месяц назад, я вдруг поймала себя на мысли: впервые за долгое время я хочу Рождество. Представляла, как мы с Майклом будем встречать наш первый праздник вместе. Помню, как ломала голову, что ему подарить. А теперь… я иронично усмехаюсь. Это больше не моя забота. Улыбка выходит кривой, больше похожей на гримасу.

Я воображала, как мы наряжаем ёлку, как он варит глинтвейн, как заваливает Джорджи подарками – как он делал это и без повода. Возможно, мы бы даже поругались из-за этого. Но теперь всё это кажется ничтожным, мелким на фоне той боли, которую он мне причинил.

Работа затягивает, и день проходит быстрее, чем я ожидала. Когда цифры в углу экрана мигают, показывая ровно шесть вечера, я слышу, как по гравию у дома скребут шины. Сердце вздрагивает и сбивается с ритма – они приехали.

Накинув на плечи тёплую шаль, в одних тапках выбегаю на крыльцо. Машина Кейт аккуратно сворачивает к воротам и паркуется задним ходом под навес.

Через запотевшее заднее окно я вижу Джорджи – его личико плотно прижато к стеклу. Он машет мне рукой и улыбается во весь рот.

Я подбегаю к машине, распахиваю дверь и тянусь к своему мальчику.

– Мамочка! – выкрикивает он, обвивая меня руками.

– Да, сладкий мой… я тоже скучала. Ужасно, – шепчу, прижимая его к себе и зацеловывая холодные щёки. Такие родные. Такие мягкие.

– Я тоже, мамочка! – ещё крепче прижимается Джорджи. – Я привёз тебе все свои рисунки.

– Покажешь? – улыбаюсь я.

– Конечно!

– Меня ты так же будешь встречать? – раздаётся знакомый голос.

Я поднимаю глаза – и встречаю взгляд, тёплый, тёмный, цвета топлёного шоколада. Тим улыбается – чуть насмешливо, будто рад меня видеть, но в глубине что-то не даёт этой улыбке дотянуться до его глаз. Он перекидывает через плечо массивный чёрный рюкзак, и я сразу замечаю перемену: волосы коротко подстрижены. Непривычно. Раньше пряди спадали ему на лоб, и он, неосознанно сложив губы, сдувал их, пока сосредоточенно смотрел в свои таблицы с цифрами.

Тим, как и всегда, одет во всё чёрное: кожаная куртка обтягивает широкие плечи, джинсы плотно облегают длинные ноги. Видно сразу – человек приехал с юга: ни шарфа, ни перчаток, ни намёка на зимнюю одежду. Одет совсем не по погоде Оквуда.

– Конечно, – говорю я, делая шаг навстречу. Стараюсь не смотреть в его глаза – в этот тёмный, внимательный взгляд, который будто считывает меня насквозь.

Останавливаюсь, не дойдя каких-то полметра. Мне нужно ещё пару секунд, чтобы собраться. Чтобы сделать то, на что раньше никогда не решалась. Один шаг – и я уже в его объятиях, прижимаюсь к крепкой, тёплой груди.

– Как же я рада тебя видеть, – выдыхаю почти неслышно, прячась в тепле под его курткой. От него пахнет терпким, травяным ароматом, едва уловимым, но знакомым – запахом, который обжигает память, возвращая все воспоминания разом. Сердце бьётся так сильно, что каждый удар отдаётся в горле. Холодный воздух щиплет щёки, но внутри становится теплее.

Тим замирает, будто не знает, что делать дальше. Его дыхание короткое, горячее, ощущается у виска. Я сама не понимаю, как решилась на этот шаг – никогда прежде не позволяла ему прикоснуться ко мне. Всё кажется немного неловким.

– Я тоже, – наконец говорит он, обнимая крепче. Я чувствую, как его плечи постепенно расслабляются, дыхание становится глубже.

– Полгода… – он едва шепчет, каждое слово звучит тяжело. – Полгода разлуки, чтобы… наконец… прижать тебя к себе.

Я не отвечаю. Просто стою, прижавшись к нему, молча. И вдруг осознаю: моё тело, всё это время натянутое до предела – как после изнурительной тренировки, – начинает понемногу оттаивать. Мышцы словно погружаются в тёплую воду, отпуская напряжение. Я делаю глубокий, почти удивлённый выдох – и обмякаю в его объятиях, позволяя себе расслабиться.

– Сестре полагаются объятия? – звучит за спиной, слегка ехидный голос Аны.

Я оборачиваюсь и демонстративно закатываю глаза.

– Ты тоже скучала?

– А ты нет? – Ана хмурится, но уголки губ предательски подрагивают в улыбке.

– Ещё как. Я вообще не понимаю, как выжила неделю без твоей болтовни, – фыркаю и обнимаю сестру. – Ну всё, проходите в дом. На улице очень холодно. Джорджи, давай свой рюкзак, – оборачиваюсь к сыну и забираю у него тяжёлую сумку.

Кейт подходит сбоку, и еда ощутимо целует меня в щёку.

– Ты в порядке? – спрашивает почти шёпотом, так, чтобы слышала только я.

– Если это вообще можно так назвать, – тихо отвечаю, слегка сжимая её ладонь.

Пока мы готовили ужин, Тим и Кейт увлеклись воспоминаниями о своём детстве. Я знала, что они дружили задолго до того, как я сама познакомилась с каждым из них – впрочем, именно Тим когда-то и свел меня с Кейт. Только сегодня я узнала, что они росли по соседству – в южном городке Юкке, в не самом благополучном районе, где детям приходилось развлекать себя самим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.