Вирджиния Фейто – Миссис Марч (страница 47)

– Может, вы хотели найти и что-то еще, но иногда трудно смотреть правде в глаза. – Ясновидящая сделала паузу, потом продолжила: – Но вам есть что еще обнаружить, и вы это найдете. Ваша интуиция вам все правильно подсказывала. И ваши подозрения соответствуют действительности.

Услышав эти слова, миссис Марч почувствовала себя как после сытного обеда. До них у нее будто сводило живот от голода, а тут она будто даже переела «Запеченной Аляски». Обои вокруг нее хотя и подходили больше для борделя, но создавали обстановку, в которой можно торжествовать. Она опустила взгляд на свои вспотевшие руки. Дышать она стала громче.

Ясновидящая прекратила мешать карты и начала выкладывать их на столе картинками вниз. Дизайн на коричневых рубашках напоминал разбитое стекло. Миссис Марч вертела своими влажными руками, пока ясновидящая выкладывала все двадцать две карты перед ней, одну за другой – Старшие Арканы Таро Райдера Уэйта.

Предсказательница сделала глубокий вдох, затем закрыла глаза. Она держала руки над картами и как-то странно напевала с закрытым ртом (что все больше смущало миссис Марч). Она продолжала издавать эти звуки еще несколько секунд, вызывая дискомфорт у миссис Марч, потом открыла глаза и предложила:

– Пожалуйста, выберите одну карту.

Миссис Марч не ожидала, что ей придется стать активной участницей процесса, и заерзала на стуле. Потом она наугад коснулась ближайшей к ней карты. Ясновидящая засучила рукава своего кафтана, обнажив часть рук, и с излишней важностью перевернула эту карту. На ней изображался приземистый монстр, верхняя часть тела которого была человеческой, но сидела на волосатых козлиных ногах. По обеим сторонам от него находились двое обнаженных людей в цепях, оба – с рогами и хвостами. На карте значилось: «Дьявол» – четко, большими печатными буквами.

– Ну, насколько я понимаю, меня ждут проблемы, – заметила миссис Марч, надеясь произнести эту фразу с юмором. Ясновидящая молчала. Тогда миссис Марч склонилась вперед и спросила шепотом: – Что это значит?

– Видите: карта перевернута, – сказала ясновидящая. – Перевернутый дьявол появляется, когда вы уходите в самые дальние, самые темные уголки вашей души или когда вы скрываете от других свою самую темную, глубоко запрятанную сторону. Вы не хотите доверять свою душу другим, потому что происходящее в ней вызывает у вас смущение, вам стыдно. Она деформировалась в темноте внутри вас. – Миссис Марч представила свою душу в виде волосатого уродливого существа, посаженного на цепь в темном погребе, и пожалела себя. – А теперь вы думаете, что слишком поздно показывать кому-то вас настоящую.

За этими словами последовала тишина – такая гулкая, что возникало ощущение, будто она эхом отдавалась от жутких красных стен.

– Но это глупость, – сказала миссис Марч.

– Я расскажу вам, как с этим справиться, – невозмутимо продолжала ясновидящая. – Обычно я не использую две карты. Это очень необычно для меня. Я использую одну, только одну. Но вам нужны все советы, которые вы только можете получить. Особый момент, да? Вы понимаете? Я вам помогу.

Она снова откашлялась и снова закрыла глаза, а после театрального пения с закрытым ртом попросила миссис Марч выбрать еще одну карту. Предсказательница будущего перевернула ее, на этот раз выпала «Верховная жрица». Темноволосая женщина с суровым видом, в короне с рогами сидела, положив руки на колени, на груди у нее висел большой крест. За спиной находилась шпалера с вышитыми густыми пальмами и гранатовыми деревьями.

– Верховная жрица – хранительница подсознательного, – пояснила предсказательница. – Она очень рьяно охраняет все то, чего вы не говорите, все то, что вы храните здесь и здесь, – она одновременно похлопала себя по груди и виску. – Она появляется, когда вам нужно оценить это знание, скрытое глубоко в вашем подсознании.

Миссис Марч посмотрела на две карты – перевернутую и неперевернутую – на столе. Это были карикатурные рисунки, напоминающие детские.

– Вы собираетесь переворачивать третью карту? – спросила она.

– Она объясняет вам, как решить проблему, – ответила ясновидящая, постукивая по лицу Верховной жрицы одним деформированным пальцем. – В третьей карте нет необходимости. Разве вы не понимаете? – Когда миссис Марч не ответила, ясновидящая вздохнула и добавила: – Вы в опасности. Опасность усиливается. Понимаете?

Миссис Марч, которая на самом деле начинала понимать, склонилась вперед, сжимая пальцами кожу на шее.

– Если не будете осторожны… – снова заговорила ясновидящая. – Эта опасность может оказаться для вас ужасной. Вы понимаете, что я имею в виду?

– Да, о да, – ответила миссис Марч, забыв все то, о чем ее предупреждала мать. – Что я могу сделать?

– Вам нужно себя защитить. Отделиться от приносящего вам зло.

– Вы имеете в виду, что я все-таки от него пострадаю?

Предсказательница будущего посмотрела на нее темно-карими глазами.

– Вы уже страдаете. Но… может, еще не слишком поздно. Не позволяйте этому злу принести вам больше страданий. Больше страданий… опасно. Перебор. – Ее рука на мгновение повисла в воздухе параллельно столу, потом она взмахнула ею, словно показывая грань, за которую заходить нельзя. – Понимаете? Не позволяйте принести вам зло.

– Не позволю, – ответила миссис Марч. – Не позволю.

– Если почувствуете опасность, обратитесь за помощью.

– За помощью?

Миссис Марч посмотрела на свои уродливые потрескавшиеся руки и уродливые потрескавшиеся ногти и подумала, почему никакое количество французского увлажняющего крема ей никогда не помогает. Даже изуродованные пальцы ясновидящей казались красивее ее собственных.

– Если вы почувствуете, что опасность переходит черту, сразу же обращайтесь за помощью, – предупредила ясновидящая более громким голосом, потому что заметила, что клиентка уже не так внимательно ее слушает.

Миссис Марч ожидала, что уйдет от ясновидящей в приподнятом настроении, и она на самом деле испытывала облегчение – облегчение от непоколебимой уверенности в виновности мужа, от уверенности в своей правоте, в том, что она правильно его подозревала, а что важнее всего, она убедилась, что не сошла с ума. Закрыв за собой стеклянную дверь, она поразилась внезапно появившемуся солнцу и почувствовала, что таким образом ей было даровано разрешение в некотором роде и дальше испытывать ярость и недоверие по отношению к нему. Она не стала даже думать о том, что предсказательница будущего с тем же успехом могла говорить про опухоль, ведь слова-то звучали туманно. Оказавшись в квартире, она даже не стала ставить их под сомнение. Она тихонечко забрала мясницкий нож из одного из ящиков в кухне и спрятала у себя под подушкой.

Глава XXXVI

Слежка за Джорджем оказалась изматывающим делом. Миссис Марч пыталась заниматься этим несколько дней, а потом сказала себе, что больше не будет ходить за ним по улицам в разные стороны по Манхэттену – осторожно выслеживать его, пока он заходит в книжные магазины и подписывает там книги читателям, прятаться за стойками и вешалками в универмагах, где он покупал новый кардиган, прижиматься к кирпичному зданию, немея от холода на протяжении нескольких часов и ожидая, пока Джордж закончит обед со своим банкиром – а они совсем не торопились.

Миссис Марч решила внимательно наблюдать за ним, когда он находится дома с ней. Она рефлекторно напрягалась, стоило ему зайти в комнату или произнести хоть слово. Она смотрела, как он разговаривает с Джонатаном, как обычно избегает Марту – изучала его поведение. Она как можно чаще обыскивала его кабинет в поисках улик и однажды даже подслушала телефонный разговор с Эдгаром (во время которого, к разочарованию миссис Марч, они только обсуждали права на экранизацию книги Джорджа).

Когда Джордж куда-то уходил, миссис Марч начинала играть другую роль – Сильвии. Через несколько дней после возвращения из штата Мэн она отправилась в магазин на углу Семьдесят пятой улицы и Лексингтон-авеню, чтобы купить черную бархатную повязку на голову. Она также купила в универмаге такие же духи, как у Сильвии, – те, которые она видела на туалетном столике в спальне. На них была скидка, и она просто не могла упустить такую возможность. Для завершения своего преображения она купила парик в костюмерном магазине. Раз в неделю она стала покупать персики – такого же размера и цвета, как держала Сильвия на опубликованной в газете фотографии.

Дома, заперев дверь спальни, она становилась Сильвией. Она начинала прохаживаться по ковру с прямой спиной, разворачивая ступни в стороны. Она ела персики перед зеркалом в ванной, между откусыванием тренировала разные улыбки и смотрела, как сок стекает у нее по подбородку. Она читала женские журналы о красоте и уходе за собой, как по ее представлениям делала Сильвия, лизала палец, чтобы перевернуть страницу, или просто откидывалась на спинку кресла, смотрела на стену и думала о собственной смерти. Миссис Марч обнаружила, что Сильвии, когда она вот так бездельничает, становится скучно, она начинает испытывать нетерпение, а более сильные ощущения она испытывает, оставшись в шелковых трусиках, а не когда полностью обнажается. Также она иногда курила – последние сигареты из украденного портсигара, слегка наклоняя голову в сторону, как это делала Габриэлла, апатично держа сигарету между указательным и средним пальцем.