Виолетта Весна – Развод. Я беременна от бывшего (страница 7)

— Вера, я купила три разных теста не потому, что люблю аптечные коллекции. Сделаем все. Потом запишемся к врачу. Нормальному, не к кому попало. Но ты сама понимаешь...

— Нет, — перебила я. — Я ничего не понимаю.

И это была правда.

Я не понимала, как можно утром подписать развод, а через час узнать, что внутри тебя начинается чья-то жизнь.

Я не понимала, почему именно сейчас.

Я не понимала, как мне быть матерью, если я только что перестала быть женой.

И больше всего я не понимала, что делать с Артемом.

Телефон на столе молчал.

После моего сообщения он не ответил. Это было на него похоже. Артем не любил выяснять отношения в переписке. Он предпочитал либо молчать, либо появляться лично, когда считал нужным. Без предупреждения. Без вопроса, удобно ли мне.

Я смотрела на экран и ловила себя на мерзкой, слабой мысли: а вдруг он все-таки спросит, что случилось?

Просто спросит.

Не прикажет. Не пришлет водителя. Не скажет Денису Корнееву оформить очередной пункт. Спросит: «Вера, тебе плохо?»

Телефон молчал.

И правильно делал.

Мне нужно было наконец привыкнуть к тишине без ожидания.

— Я сделаю второй, — сказала я и потянулась к аптечному пакету.

Лада накрыла мою руку своей.

— Сначала сядь нормально. Ты вся дрожишь.

— Я нормально.

— Вера.

— Если я сейчас сяду и начну дышать, я расплачусь.

— Ну и расплачься.

— Я уже плакала.

— У тебя сегодня лимит не установлен.

Эта фраза почему-то пробила сильнее, чем сочувствие. Я закрыла лицо ладонями и тихо выдохнула. Слез уже не было. Осталась только усталость. Такая плотная, будто я несколько суток несла что-то тяжелое и только теперь поняла, что руки больше не держат.

Лада пересела ближе.

— Слушай меня. Прямо сейчас мы ничего глобального не решаем. Ни про Артема, ни про Орловых, ни про будущее. Сейчас ты просто дышишь, пьешь воду и делаешь второй тест. Потом третий. Потом врач. Все.

— А если подтвердится?

— Тогда будем думать дальше.

— Я не могу ему сказать.

Лада помолчала.

— Сейчас ты так чувствуешь. Я понимаю почему.

— Нет, ты не понимаешь.

Слова вышли резче, чем я хотела.

Лада не обиделась. Только кивнула.

— Наверное, не до конца. Я не была женой Артема Орлова.

Я опустила руки и посмотрела на нее.

— Он не плохой так, как любят показывать в сериалах. Он не кричит. Не бьет посуду. Не унижает открыто. Он даже голос почти никогда не повышает. И из-за этого долго кажется, что ты сама виновата, если тебе больно.

Лада слушала молча.

— Он заботится. Правда заботится. Только его забота выглядит так, будто тебе выдали правила пользования собственной жизнью. Врач — этот. Машина — эта. Дом — здесь. На прием — со мной. С Кристиной — не обсуждать, потому что это бизнес. Молчать — удобно. Улыбаться — правильно. Не плакать — желательно.

Я сглотнула.

— Если он узнает о ребенке, он решит, что теперь имеет право все организовать. Лучших врачей, лучшую клинику, охрану, документы, отдельный дом. Он назовет это безопасностью. А я снова окажусь внутри его решений. Только теперь не одна.

Лада долго смотрела на меня.

— Ты боишься, что он заберет у тебя ребенка?

Я закрыла глаза.

— Я боюсь, что он заберет у меня право быть мамой по-своему.

После этой фразы стало совсем тихо.

За стеной студии кто-то дернул дверь, но она была закрыта на перерыв. Потом зазвонил маленький колокольчик, и снова все стихло. Где-то в торговом зале капала вода со стеблей в ведро. Обычные звуки. Живые. От них становилось чуть легче.

— Сделаем второй, — сказала Лада. — А потом я позвоню знакомой гинекологу. Без фамилии Орлова, без лишних вопросов.

Я кивнула.

Второй тест показал две полоски быстрее первого.

Третий — тоже.

Я стояла в ванной, потом сидела на закрытой крышке унитаза и смотрела на три пластиковые полоски на краю раковины. В какой-то момент мне стало странно спокойно. Не хорошо. Не радостно. Просто внутри будто выключили лишний шум.

Три теста.

Три ответа.

Я беременна.

Когда я вышла, Лада уже говорила по телефону.

— Да, сегодня. Если можно, без записи через ресепшен. Нет, не срочно в смысле угрозы, просто ситуация сложная. Да, моя близкая подруга. Спасибо, Ань. Очень выручишь.

Она отключилась и посмотрела на меня.

— Сегодня в шесть. Частная клиника на Садовой. Врач нормальная, я ее знаю через сестру. Спокойная, без этих «ой, мамочка, поздравляю» в лоб.

Я кивнула.

— Спасибо.

— Не благодари. Лучше скажи, ты домой к маме или ко мне?

— К тебе нельзя. У тебя работа.

— У меня цветы. Они переживут драму.