Виолетта Весна – Развод с генералом. Месяц под его командованием (страница 21)
— Да. Сейчас да.
Рената придвинулась ближе и включила громкую связь. Я предупредила:
— Со мной адвокат. Разговор не записывается. Но мне нужно задать вопросы по доступам.
— Я видела новости, — сказала Нина.
— Поэтому и звоню. Ты дома?
— Уже нет.
Я выпрямилась.
— Где ты?
— У сестры. Я уехала после того, как у подъезда стояли двое.
Рената сразу взяла ручку.
— Какие двое? — спросила она.
— Не знаю. Мужчины. Не соседи. Один курил у машины, второй сидел внутри. Когда я вышла с мусором, они посмотрели так... — Нина сбилась. — Я не стала проверять, совпадение это или нет.
— Правильно сделала, — сказала я. — В офис тебе кто-то звонил?
— С утра — нет. Вчера вечером был странный звонок.
— От кого?
— Представились внутренней проверкой. Спросили, храню ли я копии согласий по программе на домашнем ноутбуке.
Рената подняла глаза.
— Имя назвали?
— Нет. Я спросила, кто именно говорит, и звонок оборвался.
— Номер?
— Скрытый.
— Нина, вспомни временный доступ три месяца назад, — сказала я. — После аварии на северном полигоне. Кто со стороны «Каскада» оформлял запрос?
Она молчала несколько секунд.
— Сначала пришло письмо от административного сектора. Потом подтверждение от медицинского блока.
— От кого именно?
— Сейчас... Я не помню фамилию. Женщина. Гаева подписывала общий лист, но рабочее письмо прислал кто-то из ее секретариата. Я могу посмотреть в почте.
— Почта у тебя есть?
— Рабочую уже заблокировали.
— Личная?
— Я пересылала себе только шаблоны, не данные.
— Нужны не данные. Нужны заголовки писем, даты, имена отправителей.
— Это могло остаться в кэше ноутбука, — сказала Нина. — Но ноутбук дома.
Рената быстро написала мне на листке: «Адрес. Не возвращаться одной».
— Не езди домой, — сказала я. — Слышишь? Нина, не надо.
— Я и не собиралась.
Она попыталась сказать это уверенно, но голос дрогнул.
Мне стало стыдно за то, что я думала о своей злости больше, чем о людях, которые работали рядом со мной.
— Прости, — сказала я.
— За что?
— Что тебя втянули.
Нина коротко выдохнула.
— Это нашу программу втянули. Не только меня.
И в этой фразе было все, за что я ценила ее больше, чем думала.
Рената наклонилась к телефону:
— Нина, это Сомова. Отправьте мне адрес, где вы сейчас находитесь, и адрес квартиры. Мы организуем законный способ забрать ноутбук, если это потребуется. Никому не открывайте. С неизвестных номеров не отвечайте. Если с вами свяжутся от имени проверки, требуйте официальный вызов через адвоката.
— Поняла.
Я спросила:
— Ты могла активировать старый токен?
— Нет.
— Теоретически?
— Таисия Романовна, я даже не видела токен. Мы получали окно доступа через внешний интерфейс, без технической части. Я могла войти только по своему паролю и только в согласованный список семей. Никакого медицинского блока, никаких служебных кодов операций.
— А кто видел техническую часть?
— Только администраторы «Каскада». Может, медицинский блок. Может, внутренний контур. Но не мы.
— Ты уверена?
— Да. И еще...
Она замолчала.
— Что?
— После того доступа я отправляла запрос на подтверждение закрытия окна. Мне ответили, что доступ аннулирован.
— Кто ответил?
— Вот это я помню. Долгов. Точнее, письмо было от управления внутренней безопасности. Подписано: А. Н. Долгов.
В комнате стало тихо.
Рената перестала писать.
Я посмотрела на дверь, будто Долгов мог стоять за ней и слушать через стену.
— Ты сохранила это письмо? — спросила я.
— В рабочей почте. Если ее не почистили.