Виолетта Весна – Развод на двоих не делится (страница 13)
— У вас была профессия до брака? — спросила она.
— Да. Дизайн интерьеров.
— Работали официально?
— Немного. Потом… — Алина запнулась. — Потом вышла замуж.
Адвокат посмотрела на нее поверх очков.
— Замуж — это не диагноз. Что значит «потом»?
Марина тихо кашлянула.
Алина почувствовала, как щеки начинают гореть.
— Артему было удобнее, чтобы я занималась домом. Приемами. Его родителями. Ну и переездами, ремонтами. Я иногда брала мелкие заказы для знакомых, но неофициально.
— Портфолио сохранилось?
— Старое где-то есть. На ноутбуке. И в облаке, наверное.
— Доставайте. Все доставайте. Переписки с подрядчиками, планы, сметы, ваши подборки, визуализации, чеки, если есть. Любые доказательства, что вы вкладывали профессиональный труд. Это не гарантия, но это материал.
Материал.
Алина записывала в блокнот Марины, потому что своего не было.
Писала криво: портфолио, сметы, переписки, фото до/после, подрядчики, чеки.
Потом Валерия Игоревна сказала:
— И еще. Не обсуждайте с мужем устно важные вопросы. Все существенное — письменно. Деньги, документы, доступ к квартире, имущество, договоренности. Встречи — либо с представителем, либо после консультации. Не соглашайтесь «просто поговорить», если после разговора вы обычно уступаете.
Алина опустила глаза.
Адвокат заметила.
— Обычно уступаете?
— Не всегда.
Марина тихо сказала:
— Обычно.
Алина не стала спорить.
— Значит, пока письменно, — сказала Валерия Игоревна. — Это не война. Это гигиена.
После звонка в комнате стало тихо.
Кот вылез из-под стола и запрыгнул на подоконник. С улицы доносился шум машин и чей-то собачий лай. На кухне закапал кран. Марина встала его закрутить.
Алина осталась сидеть с блокнотом на коленях.
Портфолио.
Слово казалось почти чужим.
Она открыла ноутбук. Пароль ввела со второго раза. На рабочем столе у нее был хаос: фотографии, старые файлы, рецепты, сканы документов, папка «Дом», папка «Для Артема», папка «Мама», папка «Разобрать» и еще одна «Разобрать точно».
Марина вернулась и заглянула через плечо.
— Ого. У тебя тут археологический слой.
— Не начинай.
— Не начинаю. Ищи.
Алина открыла облако.
Папка «Проекты_до_брака» нашлась неожиданно быстро.
Она щелкнула по ней.
На экране появились старые визуализации. Квартира в Патриаршем. Маленькая студия для девушки-фотографа. Загородный дом с бетонным камином. Детская для мальчика, который хотел космос, но не «слишком детский». Алина листала и не сразу понимала, почему у нее опять щиплет глаза.
Это была она.
Не жена Воронцова, не хозяйка приемов, не женщина, которая знает, какой соус нельзя подавать Виктору Сергеевичу.
Она.
С кривоватыми, но живыми первыми проектами. С подписью «Алина Сергеева» в углу.
Сергеева.
Ее девичья фамилия выглядела почти неприлично чужой.
Марина присела рядом.
— Неплохо.
— Старое.
— И что? У меня тоже лицо старое по утрам, но я же им пользуюсь.
Алина хмыкнула.
— Тут многое наивное.
— Зато не мертвое.
Алина открыла проект загородного дома, который когда-то почти выиграл конкурс у молодого бюро. Почти, потому что в последний момент заказчик ушел к более известным. Она тогда плакала два вечера, а Артем, с которым они только начали встречаться, привез ей пирожные и сказал:
— Ты все равно умеешь видеть пространство. Это редко.
Она тогда влюбилась в него еще сильнее.
Вот опять.
Хорошее воспоминание.
Не к месту. Не вовремя. Но настоящее.
— Он правда когда-то верил, что я могу, — сказала Алина.
Марина не стала отвечать сразу.
— Может, верил, — сказала она наконец. — А потом ему стало удобнее, чтобы ты могла только для него.
Алина закрыла старый проект.
Открыла папку «Дом».
Там были сотни файлов. Кухня_финал. Кухня_финал2. Кухня_точно_финал. Свет_гостиная. Смета_камень. Подрядчики. Салон_ткани. Спальня_вариант_Артем_не_понял.
На последнем названии она неожиданно засмеялась.